Мишель Подымски – Интерфейс (страница 29)
Саммерс согласился с Кроуссеном, что выставлять оцепление здесь бесполезно. Если антихакеров решил взломать Макс, то он найдет и способ проникнуть в здание, и способ его взломать.
Лучше ждать. Сидеть в засаде. А когда проникатель явится — поймать с поличным. Даже если он нашел способ обхода блокировки антихакерских способностей, на взлом нужно время. Иногда пять минут, иногда десять, а то и до пятнадцати. В это время проникатель слит с системой через «Тело» и попросту не воспринимает внешний мир. Только поток кода, льющийся через его сознание. Именно тогда биохакер беззащитен и беспомощен.
— А что, если Войтовичу слили дезинформацию? — спросила сидящая рядом Бергер. — Отвлекающий маневр. Пока мы сидим тут, взлом происходит в другом месте.
— Если бы они хотели отвлечь нас — выбрали бы ложную цель попроще, — не открывая глаза, ответил Юрген.
В душе он немного остерегался работать с Бергер. Все-таки во многом она была его противоположностью. Например, Августа могла вспылить, иногда была жесткой, даже жестокой. Как-то она прострелила подозреваемому обе ноги с целью получения информации. Дело раскрыли, но тогда Бергер грозило увольнение, которому смогло воспрепятствовать только вмешательство Кроуссена.
А сейчас, когда опасность грозила Стражински, Августа тем более была способна на шаги, выходящие далеко за грани полномочий детектива «Ассаж». И Саммерс этого откровенно побаивался.
Августа была умной, у неё была прекрасно развита интуиция. Но в то же время ради раскрытия преступления она могла пойти на многое. А сейчас — на все. И Юргену это было не по душе.
Слежка за офисом антихакеров велась не только снаружи, но и изнутри. Джо Варела был внедрен в организацию под видом молодого антихакера на стажировке. Способности у него были, и подобное не вызвало подозрений.
Питер Руссо заменил одного из работающих здесь техников. Сейчас он был подключен к системе безопасности здания и видел буквально каждый его сантиметр.
Адам Грин, успевший вернуть свою изначальную внешность, контролировал второй вход в здание.
Антихакеров, кроме высшего руководства, решили не оповещать. Целью стояло поймать Макса, а не предупредить проникновение. Саммерс понимал, что этим он серьезно рискует. Ведь если взлом состоится, данные обо всех потенциальных антихакерах окажутся в руках непонятно кого. Но он посчитал, что игра стоит свеч. Когда начнется проникновение, антихакеры в любом случае должны его почувствовать и не дать произойти. Даже если Макс нашел какую-то систему противодействия антихакерам, Юрген был нацелен поймать его.
Августа не находила себе места. Она то выходила из мобиля, то возвращалась. Постоянно курила трубку. Не верилось ей, что проникатель, пусть даже Макс, сунется сюда. В место, кишащее людьми, способными противодействовать взлому.
Бергер, на ходу раскуривая трубку, в очередной раз вышла из мобиля. Розовый снег коснулся её волос и плеч. Она посмотрела на вход в стреловидное здание. Сморщилась.
Вместо того чтобы предпринимать какие-то шаги по поиску Стражински, она сидела здесь. Даже если удастся поймать Макса, не факт, что он знает, где держат Кристофера. Правда, других зацепок у Августы не было и поймать проникателя — единственное, что могло привести к Стражински.
Сигнал на интерфейс Августы поступил, когда она докурила трубку и собиралась вернуться в мобиль.
Вызов шел от Стражински.
«Кристофер?» — ответила она, уже успев обрадоваться.
«Нет. Не Кристофер», — ответил ей чужой мыслепоток. Холодный и жесткий, как будто принадлежащий не человеку.
«Что вы сделали с Кристофером?» — лицо Бергер моментально превратилось в гримасу страха.
«Ничего. Только подключился к его интерфейсу, чтобы поговорить с тобой. Если бы Стражински был мертв, его интерфейс нельзя было бы использовать. Ты же знаешь», — ответил неизвестный.
«Что вам нужно? Деньги?»
«Небольшая услуга. Взгляни направо».
Августа повернулась, рассматривая проносящиеся по магнитной трассе мобили, дома, огни иллюминаций.
«Видишь высокого человека в коричневой куртке?» — спросил неизвестный.
Бергер увидела его. Высоченного громилу за два метра ростом с короткими волосами и улыбчивым лицом. Но улыбка была какой-то неестественной. Будто приклеенной. Словно тот человек впервые в жизни попытался улыбнуться и у него это не выходило. Это напоминало сцену из классического фильма о Терминаторе, когда робот пытался изобразить нечто подобное.
«Его нужно провести в здание», — прозвучал в голове Августы холодный мыслепоток.
«В какое здание?»
«Знаешь в какое. Не притворяйся».
«Но напарник заметит мое исчезновение».
«Сделай так, чтоб не заметил. Свяжешься со мной через интерфейс Стражински, когда тот человек будет на шестом этаже офиса антихакеров. Сделаешь все как надо — мы вернем Кристофера».
Мыслепоток оборвался.
И без того бледное лицо Августы моментально обрело цвет патрийского снега. Вертикальные зрачки лихорадочно забегали в поисках того, кто мог за ней следить. Она вслушивалась, всматривалась, принюхивалась, но не находила ничего подозрительного. Мобили, люди, здания, снег. Все как обычно.
Чтоб следить, не нужно было находиться рядом. Достаточно камеры. Но Августа все равно искала.
Она уже поняла, кем, а точнее, чем является тот громила, которого ей приказали провести в здание. Контейнером. Искусственной оболочкой, имитирующей действия человека. Такими пользовались в основном контрабандисты, провозя запрещенные предметы из мира в мир.
А внутри его, конечно же, находилось «Тело». Какого-то бедолагу с прочищенными мозгами врастили внутрь контейнера. И чтобы спасти Стражински, Августе предстояло доставить инструмент взлома в здание.
Параноидальные теории существовали всегда. Когда-то люди боялись демонов, чертей, колдунов и ведьм, проживающих среди них и мечтающих извести человечество. Потом, с развитием науки, начали побаиваться негласного присутствия на Земле инопланетян. Будто те готовят заговор для порабощения человечества. С открытием проходов в параллельные миры главной теорией параноиков стали иномиряне.
Мол, не могло быть человечество единственным в мультивселенной. В других мирах обязательно есть живые существа. Причем разумные. Почему бы им не найти проход к людям? Почему бы не наблюдать за нами? Если это так, то какие у них намерения?
Теории существовали самые разнообразные. Религиозная, говорящая, что все измерения вместе являются единым разумным существом с божественной сущностью. Теория отражения — считающая, что где-то среди миров находится точно такая же Земля-Патрия с точно такими же людьми. Теория изначального мира — будто все измерения пошли от одной-единственной вселенной.
Кто-то боялся потенциально существующих иномирян, кто-то, наоборот, ждал встречи с ними как с возможными друзьями. Создавалось множество книг и фильмов о возможном контакте с существами других миров. Кто-то объявил Айзека Азимова пророком, а его роман «Сами боги» — святым писанием.
Но существование иномирян, как и инопланетян в свое время, оставалось не доказанным и не опровергнутым.
Парень, которого когда-то звали Вильгельм, шел по одной из заснеженных улиц Каллисто. На то, что он одет в шорты и футболку, никто не обращал внимания. Ведь модификации позволяли контролировать ощущение холода и жары. Ставь соответствующее изменение — и ходи весь год хоть голышом или наоборот — в зимнем пальто.
Он свернул в одно из неприметных куполообразных зданий, где, судя по вывеске, находился клуб отдыха.
Если алмунийский «Восток» был клубом в старом смысле слова, то этот представлял новейшее поколение. Неприметное помещение внутри и люди, лежащие в подобиях коконов, подключенные через порты к коммуникатору.
Сейчас они не здесь. Эти люди развлекаются в ночном клубе. Слушают выступления певцов-симулякров, отплясывают на виртуальном танцполе, пьют виртуальные спиртные напитки, которые им приносят виртуальные официанты, знакомятся друг с другом в виртуальном пространстве, принимают легализированные программные наркотики, которые по требованию подгружаются в их мозг. Подобное заведение стоило хозяину намного меньше, чем настоящий клуб наподобие «Востока». Хоть коконы псевдореальности стоили недешево, но все же дешевле, чем куча аппаратуры, БАРы-официанты и охранники, постоянные закупки спиртного и еды. Да и виртуальный клуб позволял создавать невозможные в реальности пространства, которые нравились здешним посетителям.
Вильгельм миновал зал, прошел в небольшую комнатку, где, подключенный к биокомпьютеру, сидел техник-управляющий.
Парень послал сигнал из интерфейса, техник открыл глаза, почесал свой массивный подбородок, отключил биопорт.
Вильгельм мягко кивнул вместо приветствия.
— Ты быстро, — поднимаясь с кресла-шара, сказал техник.
— Ученый начал догадываться. Пришлось убить его.
— Ты правильно сделал, — усмехнулся техник.
— Но Радшар, за ним придут и другие. Он не последний. Рано или поздно люди поймут…
— Не успеют, — перебил Вильгельма техник. — «Волшебство» уже понемногу расползается по их мирам. Легализации пока что нет, но это лишь дело времени. Скоро операция вступит в финальную стадию.
— Если нам не помешает Шагари и его приспешники.
— Мы слишком долго здесь. Мы научились говорить как люди, думать как люди, вести себя как люди. После сотен лет подготовки операция не может сорваться сейчас. Шагари слаб, у него мало сподвижников. Он не сможет нам навредить.