Мишель Пейвер – Ледяной демон (страница 8)

Зимой Горные племена спускаются в Лес следом за благородными оленями. Морские племена уходят в Лес от штормов, которые зимой обрушиваются на побережье. Когда ударила Звезда-Молния, все искали убежища под деревьями.

С общего согласия вождем лагеря выбрали Фин-Кединна. Он был неутомим: улаживал споры, распределял припасы, одним своим видом приободрял упавших духом.

Когда вождь сказал, что пришло время для встречи племен, все воодушевились. Последняя встреча племен проходила до удара Звезды-Молнии.

– Пришли еще выжившие, – сказала Ренн.

– Знаю.

– Дарк, мне нужна твоя помощь…

– Сказал же – скоро приду.

Они зло смотрели друг другу в глаза.

Ренн хотелось закричать: «Мне тоже худо от всего этого! Я беспокоюсь за Фин-Кединна, он себя совсем не щадит! Я уже несколько дней Торака не видела! И я постоянно думаю – вдруг весь Лес исчез?»

При одной только мысли, что Лес мог исчезнуть навсегда, у Ренн перехватило дыхание, а потом ее чуть не вырвало. Лес давал убежище, давал огонь, чтобы согреться, кору, из которой люди плели веревки и сети, давал орехи и ягоды, для еды и исцеления от болезней. Он всегда был с ними, всегда протягивал руку помощи. Как он мог исчезнуть?

– Сюда кто-то идет, – сказал Дарк.

– О нет, – пробормотала Ренн.

К ним подошла женщина из племени Водорослей с какой-то склизкой, воняющей рыбой массой в руках.

– Иди отсюда, – одновременно сказали Ренн с Дарком.

– Это кожа селедки, принесла для волка, – просто, без выражения сказала Халут. – Помогает от ожогов.

– Это мы и без тебя знаем, мы – колдуны, – грубо и даже зло сказала Ренн. – Почему ты припасла селедку, а не отдала ее в общий котел?

– Это только кожа, мы ее сушим, у нее целебная сила. Эту я размочила. Волк здесь?

– Он тебя не подпустит, – сказал Дарк. – Не терпит чужаков.

– Тогда вы это сделайте, – сказала Халут и, сунув кожу селедки Ренн в ладони, повернулась, чтобы уйти. Но, сделав полшага, остановилась и спросила: – У волков правда желтые глаза?

Ренн растерялась:

– Ты никогда не видела волков?

– На нашем острове их не было, – с тоской сказала Халут. Она нахмурилась, и слой из «крови земли» на лице пошел трещинами. – Вы не должны называть его Камешком, волки – священные. – Халут прикоснулась указательным пальцем к передним, острым, как клыки, зубам. – Поэтому мы их обтачиваем.

– Это его имя, не тебе судить, – буркнула Ренн.

Но когда Халут ушла, ей стало худо. Неудивительно, что Водоросли такие ершистые, ведь все племена настроены против них.

– Это все потому, что они выглядят не так, как мы, – сказала Ренн.

– Я тоже странно выгляжу, – хмыкнул Дарк.

Ренн не ответила. Она вдруг поняла, почему Дарк здесь, под землей, и не хочет видеть последних выживших, которые пришли в лагерь. У этих выживших на лбу красовались татуировки – тринадцать красных точек. Такая же татуировка была у Дарка.

– Лебеди, – пробормотала Ренн. – О Дарк, мне так жаль.

Дарк пожал плечами:

– Не важно.

«Конечно важно», – подумала Ренн.

Когда Дарк был маленьким мальчиком, отец отвел его в горы и там оставил. Семь зим Дарк выживал как мог. Ренн не могла даже представить, каково это – встретиться с людьми из племени, которое бросило тебя умирать.

– Как думаешь, кожа селедки волкам помогает? – спросил Дарк, и Ренн по голосу поняла, что он не хочет говорить о своем племени и о том, что его бросили.

– Честно сказать, сомневаюсь. Но это их хоть как-то отвлечет.

После удара Звезды казалось, что Камешек отчаянно хочет снова стать маленьким волчонком и поэтому не выходит из укрытия, где чувствует себя в безопасности. Его мать осипла, оплакивая мертвых волчат, и, когда нашелся Камешек, забота о нем придала смысл ее, казалось бы, рухнувшей жизни. Она наловчилась избегать ненужных стычек с собаками людей и приносила Камешку любую еду, которую могла найти на окружавших пещеры холмах.

Теперь, когда Темная Шерсть воссоединилась с Камешком, в его пещере стало совсем тесно. Ренн протиснулась внутрь, а Дарк с факелом в руке сидел на корточках у входа. Пока Ренн обматывала рыбьей шкурой лапы Камешка, волки следили за каждым ее движением. Закончив, она не могла не улыбнуться – Камешек уже вылизывал перевязанную переднюю лапу, а его мать вылизывала задние.

– Да уж, теперь видно, что Халут ничего не знает о волках, – сказала Ренн и с любовью почесала бок волчицы, а та от удовольствия завиляла хвостом. – Но я все равно думаю, что это может помочь…

Она осеклась.

– Что там такое? – насторожился Дарк.

– Отодвинься, я вылезаю. Нашла кое-что у нее в шерсти.

В это время какой-то мальчишка закричал у входа в пещеру:

– Разведчики вернулись! Встреча племен сейчас начнется!

Ренн с Тораком пропустили крики мимо ушей, они смотрели на то, что лежало на ладони у Ренн.

Маленькая еловая веточка… Иголки свежие, ярко-зеленые.

Ренн перехватила Фин-Кединна, когда он выходил из убежища Воронов на встречу племен.

Фин-Кединн повертел еловую веточку между пальцами и, вернув ее Ренн, вполголоса сказал:

– Никому не говори.

– Но ведь… – изумилась Ренн.

– Ты думаешь одно, а это может значить совсем другое. Веточка могла застрять в шерсти еще до падения Звезды.

– Или это значит, что где-то остались живые деревья! Если расскажем, подарим людям надежду!

– Да, Ренн, только надежда может разбиться вдребезги. Мы никому об этом не расскажем, пока не будем знать наверняка.

– Но…

– Все, хватит! Пора на встречу племен.

Лицо у Фин-Кединна было словно высечено из песчаника, а голос такой, что никто бы не стал спорить. И Ренн не стала.

Все собрались у длинного костра.

Небо в ту ночь затянуло тучами. Пламя костра освещало темных от сажи собравшихся у костра людей. Ренн сразу увидела среди вернувшихся разведчиков Торака. Он хмуро смотрел на небо, и она не смогла встретиться с ним взглядом.

Дарк протиснулся мимо Ренн ближе к костру, и в этот миг его заметил кто-то из недавно пришедших. Высокий мужчина с острыми чертами лица увидел Дарка и открыл рот от удивления. Потом быстро взял себя в руки, вымученно улыбнулся и попробовал прикоснуться к его плечу. То, что произошло дальше, немало удивило Ренн. Дарк зарычал и резким движением плеча отбросил руку мужчины, а тот так и остался с открытым ртом.

У мужчины были каштановые волосы, но Ренн, глядя на острый подбородок и впалые щеки, заметила их сходство.

– Этот человек, он?.. – тихо спросила Дарка Ренн.

– Мой отец, – сквозь зубы ответил Дарк.

И уже в следующее мгновение уверенным голосом, который никак не выдавал его состояние, приказал нескольким охотникам разойтись и охранять лагерь по периметру.

Фин-Кединн объявил о начале встречи племен. Все притихли – люди хотели услышать новости от вернувшихся разведчиков.

Дающая право голоса ветка передавалась от одного к другому.

– Никаких следов стойбища племени Кабана…

– И Выдр тоже. Утесы к востоку от озера Голова Топора обрушились, там никто не мог уцелеть…