Мишель Хёрд – Овладей мной (страница 55)

Бросив взгляд в сторону Питера, я захожу в магазин.

— Ты вернулся, — говорит Эверли, и, возможно, я ошибаюсь, но в ее голосе звучит радость.

— Да. Я хочу убедиться, что ты нормально доберешься до дома.

— Позовешь Винсента? — спрашивает она.

— Конечно. — Я направляюсь в заднюю часть, где нахожу своего сына, рисующего картинку. — Что рисуешь, приятель?

— Нас, — говорит он. Выпрямляясь, он протягивает мне бумагу. Когда я забираю у него рисунок, он пытается встать. Я опускаюсь на корточки, тогда он указывает: — Это ты. Я посередине. А это мама.

Я чертовски огромен. Он видит меня таким?

Мое сердце увеличивается вдвое, и я обнимаю его.

— Это лучший рисунок, который я когда-либо видел. Могу я оставить его себе?

Винсент кивает.

— Я нарисовал это для тебя.

— Спасибо, малыш. Я вставлю его в рамку. — Я снова смотрю на рисунок. — Мне это нравится.

— Папочка? — спрашивает он. — Ты ведь больше не уйдешь?

Я качаю головой.

— Нет, я забираю вас с мамой домой.

— Ты останешься с нами?

— Я буду навещать вас.

Его нижняя губа тут же выпячивается, и он хмурится.

— Я хочу, чтобы ты остался с нами навсегда. Мама сказала, что ангелы не могут забрать тебя назад.

Господи, мое сердце.

Встречаясь взглядом со своим сыном, я говорю:

— Я буду видеть тебя каждый день. Маме просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть, прежде чем мы сможем жить все вместе.

— Пора уходить, — внезапно говорит Эверли позади нас.

Когда я смотрю на нее, она качает головой, выглядя не слишком довольной.

Я встаю во весь рост и, взяв Винсента за руку, мы выходим из магазина. Пока она запирает дверь, я спрашиваю:

— Тебя что-то расстроило?

Она указывает глазами на Винсента, затем шепчет:

— Мы поговорим дома.

Блять. Я что-то не то сделал?

Я иду с ними к синему седану Эверли, и как только она усаживает Винсента в его автокресло и закрывает дверцу, я спрашиваю:

— Что я сделал?

Ее глаза встречаются с моими.

— Ты не можешь давать ему обещания, которые не сможешь сдержать.

Я качаю головой.

— Где я дал обещание, которое не сдержу?

— Ты сказал ему, что мы все будем жить вместе. Ты не можешь ему это обещать. Мы можем решить остаться просто друзьями.

Нихрена этого не будет.

Я делаю шаг ближе и, не заботясь о том, что показываю свое безумие, рычу:

— Мы с тобой никогда не будем друзьями, Эверли. Я даю тебе время, о котором ты просила, но не сомневайся, ты моя. С момента нашей встречи и до момента нашей смерти ты всегда будешь моей. — Ее губы приоткрываются со вздохом, но это не мешает мне добавить: — Мы будем встречаться, чтобы ты могла привыкнуть к нам, но, будь что будет, исход только один. Мы поженимся и станем семьей. Чем скорее ты примешь это, тем легче все это будет.

Щеки Эверли вспыхивают, а ее зрачки расширяются. Она смотрит на меня так, словно у меня выросло две головы.

— Ааа… — Ее рот закрывается и открывается. — Я… Ладно… Ахх… Мне нужно время, чтобы переварить все это.

Она обходит меня и быстро садится за руль. Когда она закрывает дверь, я открываю ее снова и приказываю:

— Запри двери, моя маленькая любовь.

Идя к G-Wagon, на моем лице появляется широкая улыбка.

Неужели Эверли только что возбудилась от того, что я был таким доминирующим с ней?

Глава 38

Эверли

Черт возьми, это было очень напряженно.

Сердце трепещет в груди, пока я еду домой.

Понравилось ли мне это?

Почему?

Боже, этот мужчина был чертовски горяч, устанавливая правила.

— Мамочка, что у нас сегодня на ужин? — Спрашивает Винсент.

Что-нибудь, что охладит меня.

— Ааа… Посмотрим, когда вернемся домой. Есть что-нибудь, что ты хочешь?

— Пицца — для особых случаев, верно? — спрашивает он.

— Да.

— Значит, это особенный момент, что папа вернулся.

Я хихикаю.

— Хорошо. Мы закажем пиццу сегодня вечером.

— Ура!

Когда Винсент счастлив, мои мысли возвращаются к Алеку. Он прекрасно ладит с Винсентом, и мне нравится наблюдать за их взаимодействием.

Я все еще опасаюсь романтических отношений с Алеком, но я сказала, что дам ему шанс, и так и сделаю.

Когда я въезжаю на подъездную дорожку, Алек останавливается позади меня. Я выхожу из машины и замечаю внедорожник, припаркованный перед моим домом.

— Кто это? — бормочу я, открывая дверь, чтобы Винсент мог выйти.