Мишель Хёрд – Могущественный бог (страница 45)

— Черт, ты опасна.

Когда он встает и направляется на кухню, я несколько секунд моргаю как идиотка, а потом кричу:

— Что ты делаешь? Вернись и закончи начатое!

— Это звучит как приказ, принцесса. Может, попробуешь умолять?

— Мудак, — огрызаюсь я и, поднявшись с дивана, иду за ним.

Если он хочет играть грязно, я отвечу ему тем же.

Я жду, пока он снова возьмет нож, и, когда он открывает упаковку ветчины, опускаюсь на колени.

Его внимание переключается на меня, и, оказавшись между его ногами и островком, меня охватывает сильная нервозность. Я никогда ничего подобного не делала и надеюсь, что не облажаюсь.

Кристиано пытается вести себя непринужденно, начиная нарезать ветчину на квадратики, но когда я берусь за его боксеры и стягиваю их, чтобы освободить его стояк, его взгляд снова устремляется на меня.

Я обхватываю его член рукой и внимательно рассматриваю, замечая вены, проступающие под кожей. Медленно я начинаю двигать кулаком, затем наклоняюсь и заглатываю набухшую головку в рот.

Я провожу языком по его коже, увлажняя ее, и когда из его груди вырывается неожиданный стон, мой взгляд снова устремляется к его лицу.

Губы Кристиано приоткрыты, черты его лица напряжены, и все его внимание сосредоточено на мне.

Я засасываю его немного глубже, затем отстраняюсь.

— Черт возьми, Сиенна, — хрипло бормочет он.

Сделав глубокий вдох, я снова заглатываю его и начинаю сосать сильнее. Свободной рукой я обхватываю его яйца, стараясь случайно не причинить ему боль.

— Господи Иисусе, — шипит он. — Ты меня убиваешь.

Его член дергается у меня во рту, и, не желая, чтобы он кончил, я отстраняюсь и выползаю.

Поднимаясь на ноги, я говорю:

— Я приготовлю пасту.

Я слышу, как нож с грохотом падает на кухонный островок, и в следующую секунду Кристиано перекидывает меня через плечо.

— О боже! — Я вскрикиваю от такой грубости, и, когда он выходит из кухни и поднимается по лестнице, шлепаю его по заднице, жалуясь: — Твое плечо впивается мне в живот.

Еще один крик вырывается из моей груди, когда он подбрасывает меня в воздух, а затем ловит.

Когда через минуту он бросает меня на кровать, навалившись сверху, я говорю:

— Ты очень сильный.

— Ты ничего не весишь. — Его губы впиваются в мои, а взгляд темнеет от желания, словно он вот-вот оттрахает меня до потери сознания.

Я провожу пальцем по его подбородку.

— Это странно, что меня возбудило то, как грубо ты со мной обращался?

Он хихикает, осыпая поцелуями мою шею.

— Вовсе нет.

Мои глаза останавливаются на потолке, затем они округляются.

— Почему, черт возьми, у тебя по всему потолку зеркала?

— Чтобы я мог видеть всю комнату, когда лежу в постели.

Я перевожу взгляд на спину Кристиано, и мои губы расплываются в улыбке.

— Ты хорошо смотришься на мне.

Он скользит вниз по моему телу, и я не могу оторвать глаз от зеркал, наблюдая, как его голова оказывается между моих бедер.

Мой живот напрягается, а тело охватывает жар, когда я вижу, как Кристиано сосет и облизывает мой клитор.

— Боже, — стону я. — Пожалуйста, не останавливайся.

Он обдувает меня горячим воздухом, а затем спрашивает:

— Это ты так умоляешь, принцесса?

Я быстро киваю.

— Да.

Он встает и стаскивает с себя боксеры, затем, схватив меня за ноги, притягивает к себе, пока моя задница не оказывается на краю кровати.

Когда он приставляет свой член к моему входу, я понимаю, что вижу, как он медленно входит в меня. Он входит лишь наполовину, затем медленно отстраняется, а я бурно кончаю.

Спина выгибается дугой, и все мышцы моего тела напрягаются. Удовольствие настолько сильное, что я не могу издать ни звука.

В тот момент, когда Кристиано понимает, что я кончаю, он начинает трахать меня так сильно, что я буквально скольжу по кровати.

— Боже, — рычит он и, схватив меня за бедра, удерживает на месте, ввбиваясь в меня.

Когда мой взгляд скользит по его сексуальной заднице в зеркале, еще один оргазм накрывает меня с головой.

Я могу лишь наблюдать за этим эротическим зрелищем, пока удовольствие парализует меня. Есть только Кристиано и то, как безжалостно он скрепляет наш брак.

Он поднимает руку, крепко сжимает мое горло, и, когда его накрывает волна оргазма, прижимается лбом к моей груди. Я чувствую его дыхание на своей коже, когда его член дергается внутри меня.

Я вижу, когда его невероятное тело теряет всю силу.

И это один из самых незабываемых моментов в моей жизни.

Сейчас, когда он изливается в меня, я единственный человек, кто видит его таким.

Я принимаю каждую каплю его спермы, и однажды, дай Бог, один из его сперматозоидов оплодотворит меня, и я рожу следующего capo dei capi.

Кристиано поднимает голову, и, заметив, что я все еще смотрю в потолок, усмехается:

— Тебе действительно нравятся зеркала.

— Ты даже не представляешь. Безумно возбуждает смотреть, как ты меня трахаешь.

— Да? — Он выходит из меня и ложится рядом. Наши взгляды встречаются в отражении. Положив руку мне на грудь, он массирует ее, и на его лице расцветает улыбка. — Я понимаю, что ты имеешь в виду.

— Неужели?

Схватив меня за подбородок, он поворачивает мое лицо к себе.

— Хватит об этом.

Он прижимается своими губами к моим и целует с таким благоговением, что у меня слезы наворачиваются на глаза.

Глава 21

Кристиано

Ужин превратился в полуночный перекус, который мы сжигали до самого рассвета.

Я не мог перестать трахать Сиенну. Даже пока мы одевались, я все еще был возбужден.