Мишель Хёрд – Могущественный бог (страница 29)
— Прости, Кристиано. Я не хотела тебя обидеть.
Отчаянно пытаясь успокоить его вспыльчивый нрав, я снова вскакиваю и обвиваю руками его шею. Вместо того, чтобы оттолкнуть меня, как я делала с ним бесчисленное количество раз, он сажает меня к себе на колени и крепко обнимает.
Я слушаю, как он глубоко вдыхает мой аромат, и, когда его тело вздрагивает, начинаю поглаживать его спину правой рукой.
Глава 14
Кристиано
Мой гнев утихает через пару минут, и, когда я снова успокаиваюсь, чувствую себя чертовски измотанным.
Первая мысль, которая приходит мне в голову, касается того, что произошло между нами сегодня вечером. Я пришел не для того, чтобы заняться сексом с Сиенной, но теперь, когда мне наконец-то выпала честь вонзить свой член в нее, я совершенно обессилен.
Я был одержим ею до того, как переспал с ней, а теперь... что будет после одержимости?
Наши судьбы настолько переплетены, что разлука равносильна смерти.
Может, я и ненормальный, властный, кровожадный ублюдок, который заставляет любимую женщину выйти за него замуж, но, по крайней мере, я ее ублюдок. Всех слов мира не хватит, чтобы выразить мои чувства к Сиенне, но я с легкостью могу сказать, что сделаю, если потеряю ее.
Помимо того, что я сойду с ума, я уничтожу все на своем пути, потому что без нее останется лишь тьма, которая поглотит все хорошее в моей жизни.
Сиенна – единственная, кто может контролировать монстра, живущего во мне. Но это также означает, что у нее есть сила выпустить его на волю.
Она даже не подозревает, что это делает ее самым могущественным человеком в Коза Ностре. Она может управлять мной, как кукловод марионеткой. Если она прикажет мне убить ради нее, я сделаю это без колебаний.
Природа зовет, и я, подхватив Сиенну на руки, встаю и перекладываю ее на другую сторону кровати. Затем направляюсь в ванную. Справив нужду, я иду на кухню, достаю из холодильника бутылку воды и, сделав несколько глотков, возвращаюсь по короткому коридору.
Войдя в комнату, я выключаю свет и, садясь на кровать, спрашиваю:
— Хочешь воды?
— Пожалуйста. — Я протягиваю Сиенне бутылку и жду, пока она выпьет, затем забираю ее и ставлю рядом со своим пистолетом.
Лежа на спине, я устало вздыхаю.
Сиенна придвигается ближе, и, когда она притягивает меня к себе, я прижимаюсь к ней всем телом и утыкаюсь лицом в изгиб ее шеи.
Она начинает перебирать пальцами мои волосы, и от этого по моей коже бегут мурашки, а тело содрогается от сильного облегчения.
Через несколько минут я говорю:
— Мое терпение иссякло. У тебя есть месяц, чтобы спланировать свадьбу, или я потащу тебя в мэрию. Мне все равно, где мы произнесем наши клятвы, но ради семей я дам тебе время все подготовить, чтобы мы могли отпраздновать этот день вместе со всеми.
Ее тело вздрагивает, и через некоторое время она шепчет:
— Ты пожалеешь об этом.
— Я никогда ни о чем не пожалею, когда дело касается тебя, — бормочу я, уже засыпая. Целуя ее кожу, я шепчу: — Спокойной ночи, детка.
Кажется, мне удалось проспать лишь пару минут, когда меня разбудил душераздирающий плач. Мой разум мгновенно проясняется, и я быстро понимаю, что это плачет Сиенна. Она лежит спиной ко мне, сжавшись в маленький комок.
— Нет! — Ее всхлипы прерывисты, а слова едва слышны. — ...не умирай... Нет!
— Детка, — громко зову я, пытаясь вырвать ее из кошмара. Когда я трясу ее за плечо, она вдруг резко выпрямляется, издавая пугающий звук.
— Господи Иисусе, — огрызаюсь я, быстро прижимая ее к своей груди. — Это всего лишь кошмар.
Каждый ее всхлип отзывается болью в моем сердце, и я быстро глажу ее руки, сжимая и разжимая их, потому что это всегда помогает ее успокоить. Процесс занимает слишком много времени, и когда она, наконец, перестает плакать, без сил прижимается ко мне.
— Сиенна? — Я склоняю голову набок и обхватываю ее подбородок, чтобы приподнять лицо. Видя отрешенный взгляд в ее глазах, меня охватывает беспокойство. На этот раз мой тон звучит резко, когда я рявкаю: — Сиенна!
Медленно ее взгляд начинает фокусироваться на мне, и я с облегчением выдыхаю.
— Ты в порядке?
— Да. — Ее голос, хрупкий и нежный, пробуждает мою защитную сторону.
Крепко прижимая ее к груди, я покрываю поцелуями ее висок и щеку. Проходит несколько минут, прежде чем я понимаю, что она уснула, прижавшись ко мне. Не желая отпускать ее, я осторожно укладываю нас в более удобное положение.
Обнимая свою женщину так, словно от этого зависит моя жизнь, я закрываю глаза, и, вдыхая ее аромат, снова погружаюсь в сон.
Когда я просыпаюсь в следующий раз, то обнаруживаю, что лежу в постели один. Я моргаю от света, пробивающегося сквозь занавески.
Подняв руку, я прищуриваюсь, глядя на свои наручные часы.
Я вскакиваю с кровати и шарю по карманам в поисках телефона, но не нахожу его. Оглядев кровать, я там его тоже не нахожу. Аромат бекона привлекает мое внимание, и я провожу пальцами по волосам, выходя из спальни.
Когда я захожу на кухню, Сиенна смотрит на меня, затем указывает на стойку.
— Твой телефон звонил без перерыва, поэтому я достала его и перевела на беззвучный режим. Тебе следует сменить пароль. Его было легко угадать.
Я беру устройство и, увидев более пятнадцати пропущенных звонков, тут же хочу вернуться в постель.
— Я уже поговорила с Нико и сказала ему не волноваться. Остальные звонки я перевела на голосовую почту.
— Спасибо, — бормочу я, выключая устройство и кладя его обратно на стойку.
Подойдя вплотную к Сиенне, я сжимаю ее подбородок и целую в губы, а затем обхожу и беру сваренный ею кофе.
— Ты хорошо спал? — спрашивает она.
— Да. — Я не помню, когда в последний раз так высыпался. Я наливаю черную жидкость в кружку и, ничего не добавляя, делаю глоток, после чего вопросительно смотрю на нее. — Тебе лучше спалось после кошмара?
Когда все ее тело напрягается и она перестает помешивать яичницу, мои глаза прищуриваются.
— Я даже не помню этого. — Ее слова звучат фальшиво. — Я спала как убитая.
Сделав очередной глоток кофе, я вижу фиолетовые круги у нее под глазами. Я замечаю легкую дрожь в ее руках, заметно бьющийся пульс на шее и то, как она старательно избегает моего взгляда.
Не успев смягчить тон, я приказываю:
— Поговори со мной.
Сиенна смотрит на меня.
— О чем?
— О том, что тебя беспокоит.
Она фальшиво хихикает.
— Меня ничего не беспокоит. — Она слишком сильно сосредоточена на приготовлении завтрака, а когда заканчивает раскладывать еду по тарелкам, фальшивая улыбка изгибает ее губы, отчего она выглядит еще более встревоженной. — Иди поешь.
— Сиенна, — говорю я обманчиво спокойным тоном, — прекрати врать. Я вижу тебя насквозь.
Она прикладывает ладонь ко лбу, и на лице у нее мелькает тень усталости, когда она сбрасывает фальшивую маску.
— Мы занимались сексом, и ты заставляешь меня выйти за тебя замуж, а я даже не знаю, как объясню это своим родителям. Как только мы поженимся, все полетит к чертям, и ты пожалеешь об этом, и я просто... не могу... справиться... с... мыслью... о... тебе...