Мишель Хёрд – Могущественный бог (страница 11)

— Она была в ужасе. Дети тоже. — Он наклоняется вперед, опираясь предплечьями о бедра. — Чутье подсказывает мне, что что-то не так.

— Я проверю ее и детей, — говорю я, чтобы успокоить его.

Между нами на несколько минут воцаряется тишина, затем он смеется и качает головой.

— Только посмотри на нас, Кристиано. Мы жаждем женщин, которые нас не хотят.

— Моя меня хочет. Просто по какой-то причине Сиенна сопротивляется, — поправляю я его.

— Да-да. — Он встает. — Поднимай задницу. Давай потренируемся. Мне нужно выплеснуть лишнюю энергию.

Допив остатки бурбона, я ставлю стакан на стеклянный журнальный столик, расположенный между диванами, и встаю.

Я иду за Римо в его домашний спортзал и, достав пистолет, кладу его на ближайшую скамейку. Мы выходим на мат и начинаем кружить друг вокруг друга. Римо хрустит костяшками пальцев и одаривает меня дерзкой ухмылкой.

— Готов? — спрашивает он, прежде чем поддразнить меня: — Или дать тебе минутку размяться? Не хочу, чтобы ты потянул мышцы.

Я разминаю шею и поднимаю кулаки.

— Заткнись и давай драться.

Он атакует меня. Я успеваю блокировать первый удар, с трудом отражаю второй и принимаю третий, когда его кулак врезается в меня. Боль пронзает мою челюсть, и я тихонько хихикаю.

Мы кружим по мату, не сводя глаз друг с друга. Внезапно Римо делает ложный выпад вправо, но затем уходит влево, пытаясь застать меня врасплох. Я уклоняюсь и наношу ему удар по ребрам, отчего он стонет, а затем наносит ответный удар по моей левой ноге.

— Ублюдок, — говорит он, отскакивая назад, чтобы увеличить дистанцию между нами, и потирает грудь.

— О-о-о... я сделал тебе больно, малыш? — дразню я его с самодовольной ухмылкой на лице.

Он снова бросается на меня, и на этот раз столкновение оказывается мощным. Мы яростно боремся за контроль, тяжело дыша и оскалив зубы. Он пытается сделать подсечку, но я ловко уворачиваюсь и валю его на пол. Мы катаемся по мату, борясь так, словно пытаемся убить друг друга, а не просто снять стресс.

Римо бьет кулаком по моей левой почке, и я отталкиваю его от себя, шипя:

— Ублюдок. Ты всегда целишься туда.

Ухмыляясь так, словно только что выиграл бой, он говорит:

— Потому что ты это ненавидишь.

Мы поднимаемся на ноги, и, когда он наносит мне еще один удар, я бью его головой.

Римо, шатаясь, отступает на два шага назад.

— О-о-о, ты, блять, покойник.

— Давай, покажи, на что ты способен.

Он снова бросается на меня, сбивает с ног, и моя спина ударяется о мат. Я громко смеюсь, а потом резко выгибаюсь, и, когда Римо теряет равновесие, оказываюсь сверху. Желая подразнить его, я похлопываю его по щеке.

— Так, что ты там говорил?

Я поднимаюсь на ноги, и на моем лице появляется улыбка.

— Тебе уже достаточно?

— Даже близко нет, — бормочет он, после чего вновь атакует меня, нанося два удара в мой левый бок.

В ответ я наношу удар предплечьем по его горлу, и, когда он давится, выбиваю ноги из-под него, отчего он падает на мат.

Несмотря на отличную физическую подготовку, он уступает мне в мастерстве, поэтому я не выкладываюсь на полную. Меньше всего мне хочется навредить своему лучшему другу. После часа интенсивной тренировки мы прекращаем бой.



Пока я беру со скамейки свой пистолет, Римо переводит дыхание и спрашивает:

— Ты проверишь, как там Валентина?

— Я же сказал, что проверю. — Зная, каким будет его следующий вопрос, я добавляю: — И дам тебе знать, если что-то будет не так. Успокойся.

— Успокойся? Это ты мне говоришь?

Ухмыляясь, я выхожу из спортзала и направляюсь к входной двери.

— Увидимся на следующей неделе.

Римо и Адриано живут в коттеджах, расположенных на территории их родителей. Вокруг снуют охранники, и, когда я иду к подъездной дорожке, ко мне присоединяется Нико.

— Похоже, ты изрядно попотел, — замечает он.

— Это был обычный спарринг.

Я сажусь на заднее сиденье своего Бентли и достаю телефон. Найдя номер Валентины, я нажимаю кнопку вызова и жду, пока соединение установится.

— Привет, — отвечает она, запыхавшись.

— Как ты?

— Я в порядке, а ты как? — услышав нервозность в ее голосе, я прищуриваюсь.

— Как дети?

— Хорошо.

В ее голосе я также слышу нотки усталости. Возможно, я просто зациклился на словах Римо, но ее тон мне не нравится.

— Ты дома?

— Да.

Я вешаю трубку и встречаюсь взглядом с Нико в зеркале заднего вида.

— К Валентине.

Во время поездки я думаю о предстоящей встрече с Константином Драгомиром. Он глава румынской мафии и очень влиятельный ублюдок, который может стать либо занозой в моей заднице, либо ценным союзником. Мы узнаем это только после встречи.

Встречи, на организацию которой у меня ушли месяцы.

Нико паркует машину за БМВ Валентины, и, выходя, я бросаю взгляд на особняк, который наши родители купили им, когда она забеременела Ашером.

Уилл – так называемый риэлтор, который нихера не может продать недвижимость. Если бы не деньги, которые я плачу Валентине каждый месяц, они бы не выжили.

Это еще одна причина, по которой я презираю этого ублюдка.

Я без стука распахиваю входную дверь, а после слышу, как плачет Талия и ноет Ашер:

— Я хочу есть.

— Еда почти готова. Скоро будем есть, малыш. — Усталость в голосе сестры бьет меня прямо в грудь.

Я захожу на кухню и, увидев свою измученную сестру у плиты, с волосами, собранными в небрежный пучок, и усталыми морщинами на лице, вспыхиваю от злости. Талия сидит на своем детском стульчике, громко плача, а Ашер дергает Валентину за штаны.

Я подхватываю Талию на руки, и она тут же кладет голову мне на плечо, засовывая большой палец в рот.

Из духовки начинает валить дым, и пока Валентина в панике распахивает дверцу, чтобы достать подгоревшую еду, я направляюсь к ней.

— Дядя Кристиано! — радостно вскрикивает Ашер и бежит ко мне.