Мишель Бюсси – Ты никогда не исчезнешь (страница 48)
Что на него нашло, с чего он вдруг решил проявить героизм? Ради прекрасных усталых глаз Савины? Из-за того, что в его жилах еще оставалось несколько капель полицейской крови? Или всего лишь потому, что он не раздумывал, действовал инстинктивно? Нектеру не нравилось, когда его отгоняли в сторону, и просто-напросто хотелось узнать правду.
Правду, за которую приходится очень дорого платить.
Два часа вести машину на скорости меньше десяти километров в час. На велосипеде он и то катил бы быстрее. Вздрагивать на каждой развилке, проклинать свою смелость («Нет, ты останешься, Савина»), спрашивать себя, действительно ли это он, Нектер Патюрен, медленно пробивается сквозь метель, то и дело отвлекаясь, представляя себе, как в тепле заваривает чай, смотрит на падающий снег, разбирает марки — вчерашние, потому что сегодня никакому почтальону не добраться в Мюроль... Он ли это сам с собой разговаривает в жестяной коробке с мечущимися дворниками?
Что на него нашло?
Он не встретил ни одного внедорожника, ни одной снегоуборочной машины, ни одного закаленного горца в полном снаряжении. Только его старенький «Рено» и он сам!
Астер будет рассказывать многим поколениям малышей про своего героического брата. Ему в голову ударило, он один вышел навстречу самой страшной метели за десять лет... и победил! Люди делятся на безумцев и нормальных. Но многие ли хотя бы раз в жизни переступают красную линию безумия?
Пальцы наконец-то разжались, он отпустил руль.
В машине перед ним, похоже, никого не было, но под слоем снега ничего не разглядишь. Нектер протер лобовое стекло ребром ладони. На мгновение у него мелькнула надежда, что Леспинас со своими уже добрался сюда, но нет, никаких следов другого автомобиля.
Он был один. На берегу озера.
И где-то совсем рядом затаилась Мадди Либери. * * *
Перед тем как выйти в снежную бурю, Нектер, помедлив, вытащил из бардачка новенький пистолет в кобуре. За пятнадцать лет службы в полиции он ни разу им не воспользовался. Это было одно из немногих воспоминаний о том периоде его жизни — пистолет, который он оставил себе без разрешения, вместе с набором для снятия отпечатков пальцев и с металлической бляхой полицейского. Предчувствие? Мог ли он предположить, что вытащит пистолет из кобуры, когда будет мирным секретарем мэрии?
Он открыл дверь машины. Снег разом осыпался с крыши его «Рено». Дождавшись, пока уляжется белое облако, Нектер впечатал в снег свои надежные ботинки с шипами. Отличные, фирменные, Астер подарила на день рождения четыре года назад. До этого дня он не доставал их из коробки — как и пистолет из кобуры, который только что сунул в карман.
Натянув на голову капюшон, он двинулся вперед по причалу, уверенно, как хищник со стальными когтями. Глаза за время этой одиссеи приучились высматривать мельчайшую деталь между хлопьями. Наверное, мозг смастерил датчик для перехвата зашифрованного канала. Он покрутил головой вправо-влево, от одного берега до другого, но не увидел ничего, никаких признаков жизни, даже вороны или еще какой-нибудь птицы, — только пустое озеро, окруженное тысячами призрачных деревьев.
И все же Нектер знал, что она здесь.
Он ощущал себя траппером, преследующим последнего белого медведя. Что с тобой, Патюрен? Он потрогал нагретую рукоять пистолета, чтобы придать себе уверенности, и еще пристальнее вгляделся в поверхность озера.
Правда ли, что на дне таится затонувшая деревня? Эта легенда, которую любила рассказывать Астер, этот макет, который Том втайне построил... И вдруг он разглядел легкую рябь на поверхности воды, едва заметную волну. И ее не ветер гнал, это был правильный круг, который понемногу расширялся, разбивался о берег и тут же сменялся другим, таким же безупречным.
Круги на воде!
Не те круги, какие оставляет брошенный чьей-то рукой камешек, нет, медленные и ровные, какие зарождаются вдали от берега. Такие круги расходятся от лодки.
Нектер пытался убедить себя, что в такую непроглядную метель никто не решится сесть на весла.
Он выругался, и звук его голоса затерялся в крахмальном пейзаже. Развернулся на своих шипах и, широко шагая, вернулся к машине. Снова открыл бардачок и достал бинокль — это была та самая модель, которую Астер продавала туристам. Нектер мысленно похвалил себя за организованность: пусть машина у него старая, ржавая и помятая, зато все в ней аккуратно разложено по местам.
У кромки воды поднес к глазам бинокль. Чертыхаясь, крутил колесико, каждые десять секунд тщательно протирая стекла, не в силах понять, в глазах у него туман или виной всему тающий снег. Метр за метром Патюрен обшаривал темную гладь озера. Он почти не удивился бы, увидев над водой шею Несси, лох-несского чудовища. И уже начал отчаиваться, когда внезапно заметил новую правильную, круглую волну. Заново настроил бинокль и стал высматривать, чем она вызвана.
Есть!
По озеру скользила лодка, ее безмолвное присутствие выдавали лишь круги, расходящиеся от весел.
Он подкрутил колесико, приближая картинку, делая ее отчетливее...
Провалиться мне на этом месте!
Никаких сомнений. Он узнал оранжевую куртку Тома. А рядом — фиолетовую лыжную куртку, сиреневую шапочку и белый шарф Мадди Либери.
Стальные шипы у него на ногах, казалось, намертво впились в доски причала.
Что эта ненормальная делает с мальчиком посреди озера? А Леспинас с его жандармами все не едет! Что делать? Выстрелить в воздух? И что? Что потом?
Он продолжал наблюдать. Лодка отдалялась. Вскоре он потеряет ее из виду.
Выбора нет, он должен следовать за ней.
Обогнуть озеро по тропинке. * * *
Нектер остановился, пытаясь отдышаться. Никогда в жизни он не передвигался так быстро, и каждый шаг давался с невероятным трудом: воткнуть шипы как можно глубже, прочно встать, попытаться поднять ногу — с таким же усилием, с каким выдергивают гвоздь, — и повторить все сначала.
И все же он продвигался вперед, даже быстрее, чем рассчитывал. На груди болтался бинокль, в кармане лежал пистолет.
Что Мадди Либери собирается сделать с мальчиком? Зачем она гребет к другому берегу? Почему не пошла по тропинке?
Он постоял, прислонившись к дереву, навалившись на ствол всем своим весом. Сердце выпрыгивало из груди, он переоценил свои силы — пытался слишком быстро пройти эту сотню метров, ту часть тропинки, где она отходит от берега, вьется среди деревьев и потом снова спускается к озеру. Ничего не поделаешь, нет времени ждать, пока сердце уймется. Подняв бинокль, он поискал глазами лодку или хотя бы круги на воде.
Но никаких следов лодки уже не разглядел. Поверхность озера была гладкой и пустой, словно затянутой пленкой льда.
Нектер выругался. Озеро не замерзло! Он должен был к ним приблизиться, а они не могли развернуться.
Куда они подевались?
Успели пристать?
Ну конечно, раз их больше нет на озере.
Нектер еще чуть ближе подошел к берегу, не понимая, где заканчивается тропа и начинается вода. Шипы с пронзительным скрипом царапнули по камню. Дальше не заходить! Не поддаваться панике, наблюдать, анализировать.
Он напряженно всматривался в берега, в кромку нетронутого снега на тропинке. Если лодка пристала...
И он ее увидел!
На отмели, в крохотной заснеженной бухте.
Лодка была пуста.
Первое, что пришло ему в голову, — случилось худшее, они утонули, они прыгнули в воду, отправились на поиски призрачной деревни на дне, а брошенная лодка тихо плыла сама по себе.
В окулярах бинокля он увидел весла, уложенные на борт, веревку, привязанную к железному кольцу на носу лодки. Веревка тянулась к ветке ближайшего дерева на берегу.
Нектер сплясал бы, если бы не шипы на его трекинговых башмаках.
Нет, они не утонули! Просто пристали к берегу. И дальше пошли пешком.
В путь, он их нагонит! Даже такой увалень, как он, способен идти быстрее десятилетнего ребенка. Даже если ботинки весят тонну, даже если ляжки каменеют и колени скрипят.
Он похлопал в ладоши, потом по ногам, чтобы взбодриться. И зашагал дальше, пытаясь на ходу привести в порядок мысли.
Что задумала Мадди Либери? Это озеро — в глубоком кратере, его можно только обойти по берегу или переплыть на лодке. Им надо попасть на причал, где стоит машина, а значит, они непременно пройдут мимо него, иначе им придется обойти вокруг всего озера... Зачем? Что за безумная прогулка?
Нектер снова прибавил шаг — во всяком случае, так ему казалось, поскольку он замечал, что движется медленно, только когда другие его опережали. Может, на самом деле он отставал от Мадди и Тома? Способен ли он идти быстрее?
Он почти дошел до бухты и остановился, совсем выбившись из сил. Мышцы свело, в боку кололо. Сможет ли он идти дальше? Без остановки, без отдыха? У него нет с собой ни еды, ни питья. Снег таял, стекал по лицу, одна струйка, несмотря на застегнутый капюшон, пробралась к шее. Нектер готов был взвыть от ярости, когда вдруг заметил свет на подступах к озеру, за причалом, за «Мито» Мадди и за своим «Рено». Машина! В тумане вспыхивали синие проблески. Мигалка!
Нет, две мигалки! За первой машиной жандармерии следовала вторая. Савина сумела уговорить Леспинаса выехать в эту собачью погоду. Все выходы перекрыты!
Что бы ни задумала Мадди, теперь ей не уйти.
Он сжал в руке пистолет.