Мишель Бюсси – Следы на песке (страница 13)

Алиса онемела. Эмилия Арлингтон открыто обвинила ее в тягчайшем преступлении и, как это ни странно, была искренна. Она действительно уверена, что Оскара убили.

Уродина – мелькнула злая мысль. Даже в двадцать лет была страшна как смертный грех, ненавидела свою внешность, потому и не фотографировалась.

Алиса собралась, мысленно встряхнулась и решила закончить разговор.

– Если вы не выполните условия договора, я подам на вас в суд, миссис Арлингтон. И скандала избежать не удастся.

– И с чем же вы туда пойдете? Какие доказательства предъявите? Вас поднимут на смех. Истина конкретна: мой сын был героем войны. Он получил награду за доблесть, и никто и ничто этого не изменит. Фамилия Арлингтон не будет опозорена. Не советую поливать грязью моего сына, особенно теперь. Не сомневайтесь, я достаточно влиятельна и найду на вас управу.

– Полагаю, письма рейнджеров и свидетельства людей, не заинтересованных в этой истории, не заставят вас изменить мнение?

– Ни в коем случае. Я уже объяснила, что думаю о сплетнях.

– Значит, встретимся в суде! Не знаю, искренни вы или нет, все ли вам известно об этой истории или вы только что о ней услышали, но у меня в жизни одна цель: сделать так, чтобы этот долг был оплачен.

– Позвольте уж и мне высказаться, мисс. Я не сомневаюсь, что вы гнусная мошенница, лгунья и интриганка, жаждущая лишь денег. Можете поверить, я кое-что понимаю в людях. Ваша выходка позорит память того самого Лаки, чью честь вы якобы защищаете. Мне теперь тоже осталось одно: оплакивать сына, привилегия горевать вам не принадлежит. Мой муж мертв. Оскар тоже. Я обязана хранить честь этого дома. И честь имени, которое мне доверили!

Она вызвала Марию, та мягко выпроводила Алису и закрыла за ней дверь.

– Змея, – процедила сквозь зубы миссис Арлингтон. – Маленькая гадюка… Мария, – позвала она, – можете договориться о встрече для меня?

– Конечно. С кем, мадам?

Миссис Арлингтон достала из ящика письменного стола визитную карточку и протянула ее Марии.

Тед Силва, мужской и дамский парикмахер, 1351, Фаррагут-Норт.

Заинтригованная служанка подняла глаза и переспросила:

– Сегодня, на вторую половину дня? Тед Силва, парикмахер?

Раздраженная миссис Арлингтон процедила сквозь зубы:

– Вы, кажется, умеете читать, Мария?

О да, читать Мария умела, вот только миссис Арлингтон не посещала парикмахера целых двадцать лет.

Она ненавидела куаферов.

14

Знак четырех

5 июля 1964

Агентство Ника Хорнетта, 11-я улица, 115

Ник Хорнетт стал частным сыщиком из чувства противоречия. В молодые годы родители обуздывали все его причуды и заскоки, чтобы он посвящал свое время исключительно учебе, успешно защитил диплом и преуспел больше них, обычных рабочих химического завода Байзенстайна, расположенного в пригороде Вашингтона. Заботясь исключительно о благе сына, они выбрали для него скучнейшую из профессий – юриспруденцию. Получив диплом, Ник начал приискивать максимально веселое занятие, чтобы компенсировать занудство студенческой поры. И стал детективом, что привело к окончательному разрыву с семьей: мать с отцом прокляли неблагодарного сына, забывшего о принесенных ими жертвах.

Время взяло на себя роль экзекутора: Ник приближался к сорокалетию, жил один, рано поседел и вынужден был все время удлинять дистанцию утренней пробежки, чтобы не растолстеть. Одиночество он переносил неплохо. Семь лет прожил в браке с женщиной, к которой не питал большой любви, но и раздражала она его недостаточно, чтобы расстаться. На счастье супругов, у них не было детей и они окончательно себя не закабалили. Потом произошло чудо: жена Ника влюбилась в его лучшего друга. Оба стыдились случившегося, но повели себя честно и признались, не зная, что оказывают Нику величайшую услугу. Познав трудности и перипетии семейной жизни, он теперь наслаждался свободой.

Седина – Хорнетт предпочитал называть цвет своих волос «соль с перцем» – не только не портила внешность детектива, но придавала ему зрелый и серьезный вид и даже определенный шик, что, безусловно, шло на пользу его профессиональной, а иногда и личной жизни.

У двери звякнул колокольчик, предупреждая, что кто-то поднимается по лестнице и вот-вот войдет в контору. Хорнетт принял позу, которая, по его мнению, лучше всего подходила частному сыщику: ноги на столе, одна на другой, стул на колесиках отодвинут на максимальное расстояние, ягодицы прочно уместились на краешке сиденья. В руке зажженная сигарета. Невозмутимый парень, который никого не ждет, но, конечно же, возьмется за очередное дело. Не какой-то там неудачник, больше месяца не видевший ни одного живого клиента и с нетерпением ждущий хотя бы пустякового расследования. Нет, тот жалкий тип – моя полная противоположность!

Дверь открылась. Вошла Алиса.

О черт! Ник мгновенно почувствовал, что, дернувшись от неожиданности, нарушил шаткое равновесие, а стул на колесиках имел опасную тенденцию отъезжать слишком далеко, лишая зад точки опоры. Ему удалось избежать позора и не встретить прекрасную даму вверх тормашками только благодаря крепким щиколоткам.

А посетительница была воистину хороша… и мысленный возглас «О черт!» означал высший балл по шкале Ника.

Ко мне вообще не каждый день кто-нибудь заходит, а уж такие красавицы… Мой типичный клиент мал ростом, лыс и пузат. Он жаждет приключений, предъявляет фотографию женщины – мерзавки, которая, как он совершенно уверен, его обманывает. Вышеупомянутая мерзавка – обычно жуткая уродина, такая старая и противная, что непонятно, как она сумела выйти замуж. А уж роман на стороне и любовник равносильны чуду вроде двух выигрышей подряд в лотерею. Тем не менее муж уверен в существовании любовника – очевидно, его это успокаивает, поддерживает иллюзию, что жена еще очень даже… соблазнительна. И я начинаю следить за якобы изменщицей, ни о чем не думаю, не реагирую на проходящих мимо красоток, смотрю только на морщинистую каргу. Фотографирую страницу, делаю крупные планы, ругаю последними словами счастливчиков-папарацци, которые приезжают на экзотические острова, забираются на кокосовую пальму и снимают топ-моделей, а те купаются голяком в синих океанских водах.

И вдруг эта богиня… Невозможно, она ошиблась дверью и сейчас спросит, здесь ли сдают в аренду «ягуары» или стригут пуделей, потом улыбнется и испарится.

Мысли теснились в голове сыщика – он всегда думал быстро, слишком быстро. Он считал это большим преимуществом в деле, которым занимался, хотя от мозговой гимнастики у него часто случалась мигрень. Ник скомандовал себе: «Все, хватит, наслаждайся зрелищем!»

Алиса была в достаточно короткой клетчатой юбке, чтобы он мог вдоволь любоваться ее ногами.

Господи боже ты мой, до чего же я люблю женские ноги… Особенно такие стройные!

Ник поднял глаза на свободный зеленый джемпер с треугольным вырезом.

Мне нравится грудь женщин в декольте. Я вообще люблю все, что они показывают… частично. О прекрасная незнакомка, в ожидании всего остального, заявляю, что очарован твоими ножками!

Ник, конечно, думал очень быстро, но Алиса начинала терять терпение, а ему совсем не хотелось проявлять вежливость и предлагать ей сесть. Грех прятать красоту под столом.

– Извините, мисс, задумался… – как во сне произнес Хорнетт. – Садитесь, прошу вас.

Алиса опустилась на стул.

Зачем ты это сказал, кретин? Роль старого порочного увальня тебе неплохо удавалась. А теперь молись, болван, чтобы причиной ее прихода оказалась не измена мужа, которого она продолжает любить. Не хочет с ним расставаться. Пытается избежать скандала. Из-за детей!

Алиса начала рассказывать свою историю – второй раз за день.

Да, женщина с такими печальными глазами (и такими ногами) не могла прийти из-за пошлого адюльтера. О нет, она намного выше этого. Грусть, решимость, достоинство. К тебе явилась не клиентка, малыш Ник, а героиня романа! Соберись и слушай даму.

А дама рассказывала о договоре.

Четыре экземпляра. Знак четырех. Как в романе Конан Дойла. Секрет, договор… Черт возьми, а дело-то почти такое же интересное, как сама дама! Загадочное и увлекательное. Ну же, Ник, улыбнись, сделай умное лицо, прикинься компетентным, кивай, играй мускулами, поверни голову и продемонстрируй седеющие виски – в них все твое обаяние. Делай что хочешь, но задержи ее.

Алиса перешла к миссис Арлингтон.

Дама из конгресса, я верно расслышал? Сенатор от Вирджинии? Интонация была такая, словно я должен ее знать. Надо притвориться, что знаю, но не хочу перебивать. Конечно, кому, как не мне, знать всех конгрессменов? Да я вообще со всеми политиками на короткой ноге – ну, кроме президента… Семья Арлингтон, правильно? Мне знаком только Том Скотт-Арлингтон, который полсезона 1956-го играл за «Пум» из Сан-Диего. Форвардом второй линии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.