Ни черных книг? Ни жертвенных предметов,
Назначенных служенью Сатане?
Ни договора с бесом Вельзевулом,
Подписанного именем его?
Ни богомерзких песен «гримуара»?
Ни мандрагор, повитых в пелены?
Ни жаб, одетых в платье кардинала?
Ни сов, ни змей, ни гарпий?
КАПУЦИНЫ
Ничего!
1-Й КАПУЦИН.
Он заподозрен, может быть, напрасно?
ЛУИЗА
Напрасно? Ха! Как будто он не мог
Зарыть иль сжечь преступные предметы.
Вы видели, – в камине пепел был?
1-Й КАПУЦИН
Я не заметил.
2-Й КАПУЦИН
Кажется, что был он.
3-й КАПУЦИН
Да, был наверно.
ЛУИЗА (с торжеством)
Поняли теперь?
(Повелительно).
Ступайте снова, братья капуцины.
Не говорите мне, что долог путь,
Что босы вы – и что идти вам трудно.
О, вспомните, когда Спаситель наш
Вступил на путь страдальческий к Голгофе,
Сказал ли Он, что крест Его тяжел?
Роптал ли Он? Нет, – с кротостью небесной
Свой тяжкий крест понес на раменах.
Ступайте, братья, порадейте Богу
И пресвятому имени Его.
Не допускайте мага затуманить
Вам ум и сердце так же, как тогда.
Ему свяжите руки и ведите,
Как пленника. Блюсти над ним в пути
Вы день и ночь должны поочередно,
И знать, что тот, кого ведете вы,
Преступник злейший, смерти подлежащий.
(Капуцины кланяются и направляются к двери. Луиза дает уйти 1-му и удерживает остальных).
ЛУИЗА (тихо).
Товарищ ваш не нравится мне, братья.
Отделаться должны вы от него
Во что бы то ни стало. Вас обоих
Достаточно благую цель свершить.
Отстать от вас он должен по дороге.
Вы поняли?
2-Й И 3-Й КАПУЦИНЫ
Мы поняли, сестра.
(Уходят).
(Луиза отходит к окну и погружается в мрачную задумчивость.)
БР. ФРАНЦИСК
Боюсь, сестра, что с ним на очной ставке
Безумная возьмет свои слова
И мы с тобой процесс наш проиграем.
Вся Франция глядит теперь на нас.
Вот будет срам, когда провалим дело!
ЛУИЗА
А Михаэлис? Он самолюбив –
И больше всех ему терять придется.
БР. ФРАНЦИСК
Плоха надежда на него, сестра. 
