Мирра Лохвицкая – Стихотворения в пяти томах (страница 186)
ЭДГАР
Ты – не моя. Проклятие над нами.
Над нами гнет незыблемой судьбы!
Но милый друг, не думай, что безвольно
Осталась я минувшего рабой,
Что не борюсь я с ним и не страдаю,
И не гоню из памяти моей.
Ты рассердился только что так мило,
Совсем по-детски сбросив мой платок,
Нахмурил брови, закричал: «Довольно!»
И, кажется, был очень изумлен,
Что я тебе без трепета внимала.
Но как смешон ты был тогда, мой друг.
И я невольно вспомнила другое,
Тяжелое и страшное как бред.
Тогда был вечер. Возвратясь с охоты,
За стол мы сели, гости, я и он.
Две гончие с его тарелки ели,
Он их ласкал. Я ненавижу их!
Он весел был. Пылал камин так ярко.
Пьянели гости. И один из них
Там, на конце стола, совсем мальчишка,
Сказал мне дерзость. Был ли он влюблен
До глупости, иль пьян – не понимаю.
Смутились все.
Настала тишина,
Зловещая, как перед грозной бурей
Невольно я взглянула на него.
Он встал. Раздалось тихое: «Повесить!»
И дерзкий был задушен кушаком
Пред нами, тут же, на полу!
ЭДГАР
Ужасно!
АГНЕСА
Но и прекрасно тоже. Признаюсь,
Его боялась я; но эта сила,
Звучавшая и в голосе его,
И в этом тихом властном приказанье,
Влекла меня к нему, к его ногам.
И я порой его боготворила.
ЭДГАР
Что ж, эту сцену можно повторить.
АГНЕСА
Как повторить? Что ты сказать желаешь?
ЭДГАР
Да, если это нравится тебе,
Мы созовем сюда твоих вассалов
И я велю их всех перепоить,
Затем, как тот, провозглашу: «Повесить!»
Ты будешь ли любить меня тогда?
АГНЕСА
Молчи! Ты глуп. Я вижу – до сегодня
Всей пустоты твоей не знала я.
Ты мог, ты смел сравнить себя с Робертом!
Роберт и ты! Орел и мотылек.
Летай себе по розам и фиалкам,
Сбирай свой мед с душистых лепестков,
Твой мир – цветы, покрытые росою,
Но к облакам тебе не залететь.
Твой путь – равнина. Блеск вершин нагорных
И мрак пучин морских не для тебя.
ЭДГАР
Я более переносить не в силах.
Расстанемся.
АГНЕСА
