Мирослава Адьяр – Хозяйка трактира для Демона (страница 2)
Сломлено, глухо и болезненно.
Какая разница, что я отвечу, раз выбора, как такового, больше нет? Я даже не смогу ни с кем попрощаться…
Как глупо.
— Буду считать, что твой ответ “да”, — проскрежетала старуха. — Будет сложно вначале, но ты потерпи. Рождаться — это всегда больно. Все, что тебе нужно знать ты найдешь рядом с новым телом.
— Подождите! Я…
Ничего больше сказать я не успела.
Меня подкинуло вверх и сразу же потянуло вниз, в колоссальную черную искрящуюся воронку. Руки и ноги прошили тысячи иголок, растянуло в стороны, будто нечто пыталось вывернуть конечности из суставов.
Мой крик утонул во мраке.
А через секунду над головой сомкнулась воронка, отрезая меня от лиц прядильщиц.
***
— Твою мать!
Приземление было жестким и болезненным. Я рухнула прямо посреди комнаты, на деревянные доски и сразу же услышала натужный хруст. Пол просел и разошелся, как прогнившая ткань, а я застряла в образовавшейся пробоине, раскинув руки в стороны.
Картинка перед глазами появлялась вспышками.
Деревянные балки низкого потолка, лохмотья паутины, столы с подломившимися ножками. В крыше зияло несколько дыр, через которые вниз капал дождь. Его шум был слышен за окном.
В воздухе царила сырость и запах плесневелого хлеба.
Дернувшись пару раз, я болезненно поморщилась и только сейчас заметила, что сжимаю в кулаке что-то похожее на старинный пергамент.
Он был запечатан и выглядел потрепанным. Один уголок был помят и надорван.
— Да что же это?!
Ударив рукой по полу, я, собрав остатки сил, выбралась из дыры и села рядом, дрожа от холода и ужаса.
Я даже не знала, где я.
И отчетливо слышала, что там, на улице, кто-то ходит.
Условия сделки
Я мертвой хваткой вцепилась в свиток и подумала, что раз уж меня ничего хорошего не ждет, то самое время прочитать инструкцию от двух непонятных женщин. То, что это письмо сунули мне они — сомнений не возникло.
Надеюсь тот, кто шастает на улице подождет и даст мне время немного разобраться в ситуации.
— И что тут у нас?
Я боялась, что пергамент сейчас просто развалится в руках — таким хрупким и старым он выглядел. Чуть-чуть надавить и обрывки полетят во все стороны.
— Не вздумай рассыпаться, — проворчала я под нос и впилась взглядом в размытые корявые строчки.
Будто какая-то старушка с тремором писала, честное слово!
— Так, тебе дан второй шанс, бла-бла-бла. Давайте уже условия сделки!
Пробегая строчку за строчкой я наконец добралась до предпоследнего абзаца.
“Этот трактир — место силы. Тут сходятся пути живого и мертвого, нити магии, пронизывающие мир, древние дороги, по которым когда-то странствовали последние повелители драконов. И это место требует ухода и восстановления. Ему нужен хозяин, что крепкой рукой возродит былое величие. Судьба не просто так занесла твой дух в наши владения, и в обмен на новую жизнь — ты станешь этим хозяином. Не думай сбежать!”.
Я невольно закатила глаза. Ну вот, мы добрались до условий.
“Мы будем следить за тобой. Мы в каждой тени, в каждом шорохе за окном, в шелесте листвы и крике птицы. Попытаешься обмануть или удрать — твоя душа навеки канет во мрак. Мы будем мучить и разрывать ее на части снова и снова, до конца времен! Преуспеешь — и тебя ждет щедрая награда. Помни, нет ничего, что мы не могли бы тебе дать”.
— Какое щедрое предложение.
“На твоей правой ладони есть знак. Он не даст постороннему управлять этим местом. Только ты хозяйка и никто не сможет оспорить это право. А если попытается, то трактир не позволит причинить тебе вред. Пользуйся этой силой с умом”.
Я перечитала письмо еще раз.
Ничего нового, в целом — даже слишком подробная инструкция, написанная для дураков. Никаких тебе туманных намеков или загадок. Даже обидно, о таком в книгах не напишут, там про все догадываться нужно, искать ответы, а тут…
Будь послушной или отправляйся в ад. Если все сделаешь правильно — дадим тебе конфетку.
В ад не хотелось. И сразу же вспыхнул лучик надежды, что раз попросить можно что угодно, то разве не получится попроситься домой?
Разве это много?
Чувство необъяснимой потери накатило с такой силой, что я отложила пергамент и прикрыла глаза. Мне было уже наплевать и на этот трактир и на того, кто там шастает, скрипит и трещит, и на капли дождя, падавшие через дыры в крыше.
В груди стало холодно и колко, к горлу подкатил удушливый ком тошноты и я сцепила зубы, чтобы к грязи вокруг не добавилась еще одна дурно пахнущая лужа.
Подтянув ноги к груди я уткнулась носом в колени.
Хорошо, что мама с папой не дожили до этого момента. Плохо так думать, но им хотя бы не придется смотреть на мое изувеченное тело.
Мне показалось, что я услышала крик подруги, скрип тормозов. Уши резануло с такой силой, что я зажала их ладонями и зажмурилась, сжалась в клубочек и завалилась на бок, стараясь занять как можно меньше места.
Растворится в пыли.
Исчезнуть.
Хотелось заорать, но в уголке черепной коробки сработал какой-то выключатель, что помешал издать даже хриплый писк, не то что крик.
Все инстинкты внутри взбунтовались, предупреждая об опасности. Не самое лучшее место для крика и истерики, потому что я нутром чуяла, что не одна, поблизости все еще кто-то есть.
Помни, нет ничего, что мы не могли бы тебе дать.
— Я это запомню. И лучше молитесь, чтобы вы и правда могли исполнять все желания.
Подняв к глазам правую руку и увидела тонкие линии знака на ладони. Круг с вписанным в него тонким рисунком стрекозы. Там еще были какие-то символы, но они остались для меня полной загадкой.
Не все ли равно, что там написано?
Разобраться бы, как это работает.
Шум за стеной усилился и стоило мне только подскочить на ноги, как дверь трактира отлетела в сторону и, ударившись о стену, просто рухнула на землю грудой ржавого металла и щепок.
Порыв ветра ударил в лицо, в глаза полетела грязная дождевая морось.
— Стой на месте!
Рявкнул кто-то как заправский командир. Я услышала топот ног, бряцание, стук и тихое рычание.
Проморгавшись, я едва не села там же, где и стояла.
В трактир набилось человек десять, все вооруженные здоровяки, с мечами в руках, кровавыми отблесками в глазах и недобрыми ухмылками. Они расступились всего на мгновение, пропуская вперед еще одного человека и сразу же сомкнулись, стоило ему войти.
— Я же говорил, господин, — подал голос один из мужиков.
Незнакомец остановился всего в шаге от меня и откинул назад плотный темный капюшон, скрывавший его лицо.
Мне пришлось поднять голову, потому что незнакомец оказался слишком высоким, и глядя перед собой я могла рассмотреть только застежки его плаща и красную вышивку на груди.
Чувство собственной ничтожности, будто ты крохотная букашка перед лицом непреодолимой опасности, мне совсем не понравилось.
Сжав руки в кулаки, я старалась держать прямо.