Миранда Ли – Сердце рвется к тебе (страница 3)

Джейку казалось, что нет ничего хуже такой жизни. Он не мог припомнить, чтобы у отца было хоть немного свободного времени. Все, что он делал, он делал ради семьи.

Когда отец умер от сердечного приступа в возрасте сорока семи лет, Джейк был убит горем и твердо решил оставаться холостяком, а также заниматься любимой работой, а не той, которая нужна для оплаты счетов.

Джейк был верен своему решению. Целых двадцать лет он снимал документальные фильмы в самых отдаленных уголках мира, заработав на этом небольшое состояние. Он бы и продолжал так жить, если бы стычка с группировкой повстанцев в раздираемой войной Африке не заставила его жизнь пойти в другом направлении.

По сравнению с прежними временами работа на телевидении была скучной, но в ней были свои приятные моменты. Джейк не мог всерьез жаловаться на судьбу.

Сменив кочевой образ жизни на более оседлый, он отказался от одноразовых связей и мимолетных увлечений в пользу более длительных отношений. Его нынешняя подружка была ориентированной на карьеру и очень независимой женщиной, отличной собеседницей, ураганом в постели. Оливия прекрасно понимала, что не стоит давить на него, досаждая разговорами о женитьбе и детях. Оливия заверила его на первом же свидании, что биологические часы ее не волнуют. Единственная ответственность, которую Джейк допускал в своей жизни, – это ответственность за оплату его личных счетов.

Именно так все и было… пока поверенный в делах Крейга на его поминках не передал Джейку письмо, имевшее эффект разорвавшейся бомбы.

Джейк уже знал, что ему причитается большая часть наследства дяди, поскольку Крейг передал ему на хранение копию своего завещания. Но вот чего он не знал, так это того, что дядя за несколько дней до смерти вызвал к себе поверенного и вручил ему письмо для основного наследника, которое тому должны были передать после похорон.

Джейк вытащил письмо из кармана, развернул его и в сотый раз перечитал.

«Дорогой Джейк!

Надеюсь, ты не сердишься на меня за то, что я не рассказал о своей болезни, но мне уже никто ничем не мог помочь, к тому же я ненавижу жалость. Я прожил хорошую жизнь, и единственное, о чем я жалел, так это о том, что причина моей кончины оказалась такой скучной. Смерть от пули или бомбы подошли бы мне гораздо больше.

Но вернемся к причине этого письма. Джейк, я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал. В прошлом июле, когда я останавливался у тебя после того, как повредил колено, я хорошо узнал твою милую экономку. Эбби была очень добра ко мне и сделала гораздо больше, чем было обусловлено ее обязанностями, чтобы сделать мое пребывание и комфортным, и приятным. Нет, ничего предосудительного между нами не произошло. Она не из таких девушек.

У меня есть к тебе просьба. Я не хочу делать добавление к завещанию, это слишком хлопотно. Но все же, Джейк, я желаю, чтобы ты купил Эбби новую машину взамен того ужасного драндулета, который она водит. Что-то маленькое и стильное, но при этом надежное.

Я также хочу, чтобы ты выделил ей двадцать пять тысяч долларов из моего значительного наследства, чтобы она отправилась в путешествие. Пожалуйста, настаивай на том, чтобы она не использовала эти деньги ни для каких других целей. Не позволяй ей отдать ни цента своим родственникам.

Я абсолютно уверен, что ты сделаешь это для меня. Ты же хороший человек. И совсем не жадный. Передай Эбби мою любовь и скажи ей, чтобы она не откладывала надолго свою мечту увидеть мир. Жизнь предназначена для того, чтобы ее проживали здесь и сейчас.

То же самое касается и тебя, мой мальчик. Я буду наблюдать за тобой сверху.

Твой дядя Крейг».

Джейк закрыл глаза и сложил письмо, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

– Черт побери, Крейг, – прошептал он, и сердце его сжалось от горя. – Ты должен был сказать мне, что болен. Я мог бы быть рядом с тобой, как ты всегда был рядом со мной. Тебе не следовало умирать в одиночестве.

Невозможно было не сделать то, о чем просил Крейг. Но это все равно раздражало Джейка. И дело было не в деньгах. У него и без наследства достаточно денег. Дело было в том, что выполнение предсмертных желаний дяди заставило бы его вторгнуться в личное пространство Эбби, чего он старательно избегал с тех пор, как нанял ее.

Потому что, если посмотреть правде в глаза, она нравилась ему все больше и больше.

Но выхода не было. Нужно было запастись терпением, проявить сдержанность и преодолеть все это.

Глава 3

Босс наконец появился. Слегка измотанный, но все равно очень красивый в своем элегантном сером костюме и отглаженной белой рубашке, которая подчеркивала его темные волосы, оливковый цвет кожи и глубокие синие глаза.

Даже Эбби вынуждена была признать, что он красавчик. Но ее никогда слепо не тянуло к мужчине только из-за внешности. По ее мнению, красота должна быть не внешней, а внутренней. Больше всего в мужчинах ее привлекали доброта и мягкость, те качества, которыми Уэйн обладал в избытке.

– Извини, что опоздал, – сказал Джейк, направляясь на кухню, где Эбби варила себе кофе. – Проклятый паром задержался. Могу я попросить чашечку кофе? Черный, без сахара, – сказал он, усаживаясь на один из кухонных табуретов и одновременно снимая галстук.

Эбби хотелось закричать на него. Неужели он не понимает, как она взвинчена? Но она прикусила язык и приготовила ему чертов кофе.

– Так о чем вы хотели со мной поговорить? – спросила она, поставив перед ним кружку.

Девушка стояла по другую сторону барной стойки, не решаясь взять свой кофе, боясь пролить его, – руки дрожали от волнения.

Джейк нахмурился, что только добавило ей дискомфорта.

– Вы меня увольняете? – выпалила она.

Он вскинул голову, его темные брови изогнулись дугой.

– Что? Нет. Нет, конечно же нет! Боже милостивый, так вот о чем ты подумала?

Эбби лишь покачала головой:

– Я не знала, что и думать.

– С какой стати мне тебя увольнять? Ты – лучшая хозяйка в доме, какую только может пожелать мужчина. Прости, что заставил тебя так думать.

Эбби почувствовала, что краснеет от его комплимента. И от его извинения. Облегчение захлестнуло ее. Она не хотела потерять эту работу.

– Это связано с завещанием Крейга, – резко продолжил Джейк.

– Завещанием Крейга? – повторила Эбби, чувствуя себя несколько смущенной. – Вы говорите о своем дяде Крейге, который гостил здесь в прошлом году?

– Да. Дело в том, Эбби, что он оставил тебе кое-что в своем завещании.

Эбби смотрела на Джейка в шоке и замешательстве.

– Вы хотите сказать, что он мертв?

– Что? Да. Да, он умер на прошлой неделе. Неизлечимая болезнь, – закончил он с тяжелым вздохом.

– Но… но это же невозможно! Я имею в виду, что видела его живым совсем недавно.

Джейк нервно провел рукой по волосам.

– Для меня это тоже стало шоком. Он никому не сообщил о своей болезни. Я ничего не знал до тех пор, пока не позвонил его адвокат и не сказал мне, что Крейг скончался.

Эбби с трудом понимала, что он говорит.

– Вы хотите сказать, что не были с ним, когда он умер?

– Нет. Он закончил свои дни в хосписе, никому не сказав об этом.

– Но это же ужасно! – горячо воскликнула Эбби, расстроенная тем, что кто-то мог так умереть.

Джейк пожал плечами с усталой покорностью судьбе.

– Это было то, чего он хотел. Я удивлен, что ты не слышала о его смерти. В выходные это было во всех новостях. Он был довольно знаменит.

– Я… я не часто смотрю новости.

– Я в курсе.

Ей хотелось спросить Джейка, почему он сам не сказал ей об этом, но, конечно же, зачем ему это делать? Она не была ни родственницей, ни другом. Он даже не подозревал, как она наслаждалась временем, проведенным с его дядей, пока он гостил здесь.

Крейг был обаятельным человеком, высокоинтеллектуальным, много путешествовавшим и очень начитанным. Он был невероятно мил, проявляя интерес к ней как к человеку, а не просто как к горничной. За день до отъезда он дал ей список из десяти книг, которые, по его словам, все – а в особенности молодые женщины – должны прочитать. Она все еще медленно продиралась сквозь тексты. Именно из-за книг она не смотрела новости и не видела сообщения о его смерти.

Слезы хлынули из глаз, когда она поняла, что никогда не увидит этого замечательного человека.

– Он… он сказал, что уезжает отдыхать.

Голос Эбби дрогнул при этом воспоминании.

– Он сказал мне то же самое, – сказал Джейк.

– Вместо этого он ушел умирать, – выдавила она. – Один…

Эбби не могла придумать ничего печальнее, чем умереть в одиночестве. Это было главным, что преследовало ее в мыслях о смерти Уэйна. Что он был совсем один, там, в океане, где бушевал шторм, и было мало шансов на спасение. Неужели в конце концов он потерял всякую надежду? Неужели отчаяние охватило его за несколько мгновений до того, как он утонул?

Внезапно огромная волна горя захлестнула ее, слезы наполнили глаза, пролились и побежали по щекам. Когда рыдание вырвалось из горла, Джейк уставился на нее с выражением ужаса.

На Эбби нахлынуло смущение, но остановиться она уже не могла. Новые рыдания сотрясли ее тело, и Эбби спрятала лицо в ладонях. Она просто не могла видеть, как ее босс наблюдает за ней, пока она плачет от горя. Без сомнения, она выставляла себя полной дурой. Наверняка он сочтет ее типичной сентиментальной женщиной, которая оплакивает едва знакомого человека.