Мира Влади – Я (не) буду вашей истинной! (страница 19)

– А то, что мы с Киром вместе… Ты знал об этом?

Его глаза вспыхнули, но он быстро взял себя в руки.

– Конечно, – спокойно ответил он, хотя в голосе послышались нотки напряжения. – Мы узнаём очень быстро все интересные новости из Тенегарда. Особенно такие. Кир — самый хладнокровный и закрытый из нас. Машина для убийств.

Алекс усмехнулся, но это был совсем не весёлый смех.

– Я знал, что вы вместе. И каждый раз искал возможность вернуться как можно быстрее. В конце концов, когда я нашёл монету, то уже просто признался себе, что потерял тебя. А потом узнал новость о том, что тебя казнят. Хитрый гад, – он хмыкнул, но за этой фразой стояла вся боль прошлого. – Я тут же сорвался в Тенегард. Я был на площади и не мог до конца поверить, что это не дешёвый спектакль, а реальность.

Я невольно задержала дыхание.

– Ты был на площади? – переспросила, не веря своим ушам.

Алекс кивнул, его взгляд потемнел.

– Да. И когда хотел вмешаться, верёвка оборвалась. Дальше ты знаешь.

Мы замолчали. Комната наполнилась только звуками дождя и раскатами грома. Алекс снова посмотрел на часы. Его лицо стало напряжённым.

– Осталось двадцать минут. Собирайся, – тихо сказал он, поднимаясь с кресла.

Алекс убирал ноутбук в сумку, его движения были размеренными, но напряжёнными, как будто он боролся с внутренним конфликтом. Я же буквально приросла к дивану, не желая двигаться. В горле встал ком, а слёзы предательски потекли по щекам. Бессилие захлёстывало, затапливало меня с головой. Всё, что происходило вокруг, казалось, находилось вне моей власти, словно кто-то другой писал сценарий этой абсурдной пьесы.

Он повернулся, заметив моё состояние. Лицо Алекса, обычно скрывающее эмоции за маской самоуверенности, сейчас выглядело иначе — уставшим, но удивительно искренним.

– Даш, я сам этого не хочу. Самому хочется пойти и всё проверить. Но это не шутки, – его голос звучал ровно, но я слышала в нём горечь. – Один раз я уже подумал, что умнее других. Кир дал нам время, мы должны им воспользоваться. Иначе его жертва будет напрасной.

Я упрямо мотала головой, цепляясь за диван, как будто он был последним островком безопасности. Алекс вздохнул и, щёлкнув брелоком, запустил двигатель машины. Мелодичный сигнал, свидетельствующий о работе двигателя, показался издевательским. Он присел передо мной на корточки, чтобы быть на одном уровне, и заглянул мне в глаза.

– Я не могу тебя потерять. Ну, чего ты? – в его голосе не было ни насмешки, ни раздражения, только искренняя забота. Его взгляд, обычно полный дерзости и вызова, сейчас был мягким, почти беззащитным. Он провёл подушечками пальцев по моим мокрым щекам, стирая слёзы. – Ты же боец. Давай, маленькая, пойдём. Не заставляй меня тащить тебя силой.

Я кивнула, но ноги не слушались. Собраться, подняться, пойти — всё казалось непреодолимой задачей. Внезапно я почувствовала, как его близость стала мне приятной. Я уже не хотела оттолкнуть его или бежать прочь. Воспоминания нахлынули, одно за другим — о том, каким он может быть, как было с ним хорошо. Но за ними пришли и другие — те, что напоминали о боли.

– Не смотри так на меня, Даша, – тихо, почти шёпотом произнёс Алекс. Его голос был хриплым, будто он и сам с трудом удерживал свои эмоции. Он обнял мои ноги, крепко, но бережно, словно боялся, что я исчезну.

В этот момент дверь распахнулась, впуская порыв холодного воздуха. На пороге стоял Кир, мокрый до нитки, с которого вода текла, будто он только что вышел из ливня. Без лишних раздумий я вырвалась из рук Алекса, обогнула его и бросилась к Киру. Ткань его одежды промокла меня насквозь, но мне было всё равно. Я обняла его крепко, до боли, и, уткнувшись в его шею, зарыдала, выплёскивая весь страх и напряжение последних часов.

– Никогда… Никогда больше так не делай! – всхлипывала я, сбиваясь. – Я так испугалась…

Кир обнял меня в ответ, его руки были тёплыми и надёжными. Он начал медленно гладить меня по спине, словно успокаивал маленького ребенка.

– Тише. Ты чего? Я уже тут. Всё хорошо, – его голос был низким и мягким и успокаивающим.

Я стояла, сжимая его, пока не почувствовала, что эмоции постепенно утихают. Одежда промокла насквозь, но мне было всё равно — только бы он остался здесь.

– Ну, вот! – раздался голос Алекса, в котором слышалась смесь притворного возмущения и облегчения. – Я уже машину прогрел. Надо же было тебе успеть!

Я бросила на него взгляд. Алекс стоял, облокотившись на стену, и улыбался той самой своей улыбкой, в которой была и насмешка, и скрытая радость.

– Тебе только дай повод уехать вдвоём с Дашей, – вторил ему Кир, глядя на Алекса с прищуром.

Я вздохнула, но на душе стало легко.

Глава 18

Утром настроение было шикарное. Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, играя бликами на полу, словно пытаясь сказать: «Сегодня твой день». После ледяного душа, который окончательно пробудил меня от остатков сна, я натянула любимые шорты и свободную футболку. Лёгкий ветерок за окном напоминал о том, что вчерашняя буря осталась где-то далеко в прошлом.

Выпорхнув из своей комнаты, я ощутила себя почти птицей — лёгкой, беззаботной. Конечно, такое настроение не длится вечно, к вечеру мне его обязательно кто-то испортит. Но об этом позже. Сейчас же хотелось наслаждаться мгновением.

Мы жили в шикарных условиях, ведь Алекс наотрез отказывался селиться в дешёвых гостиницах или питаться на заправках. Он был из тех, кто считает, что достоин только лучшего. Как будто жизнь у него проходила по сценарию фильма о миллионерах. С этой его странностью мы с Киром давно смирились. В конце концов, кто я такая, чтобы отказываться от удобств?

Наш номер был трёхкомнатным люксом. У меня — комната с огромной кроватью кинг-сайз, у мужчин — две двуспалки в общей спальне. У них даже зал был обустроен для удобства планирования очередных «операций». В общем, условия — мечта любой женщины. И, как это ни странно, мне доставалось всё лучшее. Но разве могло быть иначе? Вот и я думаю, что нет.

Когда я вошла в зал, завтрак уже был готов. Белоснежная скатерть, серебряные приборы, ещё дымящийся кофе, свежие круассаны — всё выглядело так, словно нас обслуживала целая команда шеф-поваров, а не какой-то персонал отеля.

Алекс замолчал на полуслове, как только я появилась в дверях. Его взгляд, мгновенно переместившийся на меня, выдал, что разговор был явно не о погоде. Обо мне говорили?

– Доброе утро, – лучезарно улыбнулась в тридцать два зуба. Хоть я и не знала, о чём шла речь, но своим появлением явно нарушила ход разговора.

– У кого-то сегодня хорошее настроение? – Алекс был в своём стиле. Его тон всегда слегка издевательский, но без лишней грубости. Даже немного приятный, если честно.

– Мы живы. Разве не повод для радости? – мой сарказм, кажется, слегка остудил его попытку пошутить. Ну, бывает. – Какие у нас планы?

Кир, сосредоточенный и спокойный, как всегда, поднял голову от своего завтрака и решил ответить:

– Поедем в соседний город. Там живёт мой знакомый. Если он против нас, лучше навестить его первыми. Если с нами, то союзники нам не помешают. По одному они теперь вряд ли будут появляться.

Я намазала джем на тост, задумчиво покусывая его край.

– Ты сам как думаешь, с нами он или против? – пыталась разобраться в его рассуждениях.

Кир сложил руки перед собой, его взгляд стал чуть более острым.

– Ему есть что терять, – его голос звучал уверенно, но с толикой осторожности. – И он мне должен. Для нас это весомо.

Алекс, лениво откинувшись на спинку стула, сделал глоток кофе, с таким видом, словно всё в этом мире его развлекает.

– Дэм будет ждать нас на границе, – сообщил он, словно говорил о чём-то совершенно неважном. – Утром с ним созванивался.

Ну, уже что-то. Четыре мужчины — это лучше, чем два… То есть, в смысле — больше защитников!

– И Дрэг. Он тоже с нами, – добавил Кир.

Округлила глаза, глядя на Кира. Его невозмутимость могла свести с ума.

– Да. Чему ты удивляешься? – пожал плечами он, как будто речь шла о погоде. – Он любит Лейлу и не готов убивать меня.

Ну, конечно! Всё настолько просто. Улыбка Кира была абсолютно искренней, как будто его жизнь не висела на волоске.

– Вообще, слава о нас гуляет по мирам, – весело вставил Алекс, крутя в пальцах чашку с остатками кофе. – Но есть и плохие новости.

– Какие? – напряглась я, чувствуя, как внутри всё сжалось.

– За наши головы объявлено вознаграждение. И свобода, – сказал он так небрежно, словно рассказывал о новом фильме. Затем ухмыльнулся. – Причём такое, что даже я подумываю согласиться.

– Очень плохая шутка, – отрезала я, недовольно глядя на него. – И новость тоже плохая...

– Прорвёмся, – сказал Кир с тихим спокойствием и сжал мою руку. Это прикосновение почему-то придало сил.

Мы быстро собрали вещи, кинули их в машину и отправились в путь. Погода была на удивление хорошей, даже солнечной. Этот контраст после ночной бури был настолько разительным, что настроение улучшилось само собой.

Я расположилась на заднем сидении, поймав волну расслабленности. Открыв окно, наслаждалась лёгким ветерком. А потом началась моя персональная "вечеринка". Где-то в машине Кира завалялась сборка попсовых треков, которые мне почему-то сразу пришлись по душе. Подпевая, я даже слегка пританцовывала, насколько позволяла моя импровизированная сцена в виде сидения.