Мира Влади – Я (не) буду вашей истинной! - Мира Влади (страница 32)

В машине, кроме нас двоих, никого не было. Это, конечно, радовало, но не сильно.

– На самом деле, – продолжал он, – пока наши договариваются с вашими, есть человек, который хочет с тобой побеседовать.

– А спросить меня, хочу ли я с ним беседовать, нельзя было? – пробурчала я, мысленно придумывая способы, как бы вырваться из этой ситуации.

– Ты хочешь, – утвердительно бросил он. И снова тот самодовольный взгляд через зеркало. – Верну тебя обратно, даже не заметят, что ты пропадала. Если, конечно, ты не захочешь завернуть в лесок по дороге назад, – и эта его улыбка, такая наглая, такая… мерзкая.

Отвечать на его провокации не хотелось, но язык, как обычно, оказался быстрее разума.

– У меня сегодня уже был бомбический секс, – выпалила я с сарказмом, желая хоть немного вывести его из равновесия. – Спасибо, лишний раз не надо.

Его усмешка стала шире, но он ничего не ответил. Просто поднял громкость музыки до максимума, всем своим видом показывая, что разговоры закончены. Ну и ладно, мне и так есть о чём подумать.

Время от времени я бросала взгляд на мелькающие в темноте очертания деревьев, пытаясь понять, куда нас несёт. В голове роились вопросы. Кто этот человек, который хочет со мной поговорить? И главное, зачем? Если мои предположения верны, сейчас в доме идут переговоры. Это вроде как хорошая новость. Нас не убили на месте, с нами общаются. Значит, мы ещё представляем ценность. Это радует.

Но радость была, мягко говоря, относительной. Я ехала связанная, в полной неизвестности, и не могла даже придумать, как выйти из этой ситуации.

Мы свернули с трассы, и вокруг раскинулось пустое поле, где ветер неустанно гонял колышущиеся травы. Ничего, кроме этого бескрайнего пространства, до самого горизонта. За полем показался небольшой лес — тёмный, густой, словно таивший в себе что-то зловещее. Машина мягко тряслась, преодолевая неровности дороги, пока мы не углубились под свод деревьев. Кроны сомкнулись, отбрасывая тени, похожие на изогнутые когти. Сердце гулко билось в груди, а каждый новый поворот казался ещё более необратимым.

И вот, выехав из леса, я увидела это. За полем, утопая в искусственном свете, возвышался высокий забор с вышками по периметру. На вышках маячили фигуры в темных плащах. Что за место? Мамочки… Сердце пропустило удар. Это явно не загородный клуб и не уединённая дача.

Ворота скрипнули, начиная открываться, и нас пропустили внутрь. Передо мной предстал величественный особняк из бежевого кирпича, массивный, как крепость, с высокими окнами и резными дверями. Вокруг раскинулся идеально ухоженный сад — аккуратно подстриженные кусты, живые изгороди и аллеи, выложенные гладким камнем. В каждом углу сада горели фонари, заливая всё вокруг мягким светом. Здесь было так светло, что ночь казалась мифом.

Денис заглушил мотор и, небрежно хлопнув дверью, вышел из машины. Обойдя её, он открыл мою дверь, с улыбкой, которая только раздражала своей насмешливой уверенностью. Я попробовала выбраться из салона… Кое-как вывалилась. Грациозность, как говорится, ушла в отпуск.

Возле машины стояли трое мужчин. Они не скрывали, что внимательно меня изучают. Взгляд каждого был тяжелым, пронизывающим, как будто я была чем-то вроде экспоната, который они собирались разобрать по кусочкам.

И тут до меня дошло. Я — в майке без лифчика, волосы растрёпаны, босиком, в растянутых спортивных штанах. Прекрасный вид для первого знакомства. Чучело! Ну что за жизнь?

Собрав всю свою гордость, подняла голову и сделала шаг вперёд. Шлёп-шлёп. Босые ноги оставляли отчётливые следы на гладком мраморе. Денис, как верный пёс, шёл впереди, даже не взглянув на меня.

Руки были связаны, и никто не торопился развязать меня. Что, боятся, что я устрою здесь шоу? Ну, вполне возможно, конечно. Я и сама была не против, если бы придумала, как.

Мстительно думала, шагая по идеальному полу: "Чтоб вам мои следы неделю отмывать! Мелочи, но приятно."

Меня завели в просторную, залитую мягким светом столовую. Стены были выполнены в светлых тонах с изысканной позолотой, будто это место позаимствовали из дизайнерского журнала или вырезали из какой-то невероятно дорогой интернет-картинки. Пространство сияло, но от этого становилось только неуютнее.

В центре комнаты, за длинным столом, сидел мужчина. Его внешность была настолько солидной и располагающей, что я на секунду задумалась, а точно ли этот человек из нашего мира? Или миров…

На вид ему было около пятидесяти. Виски волос слегка тронула седина, возле глаз пролегли аккуратные морщинки, выдающие частую улыбку. Он выглядел так, будто привык к тому, что его слушают, а его мнение имеет вес. Домашний костюм и тапочки сделали его вид почти абсурдным в этом великолепии. Да, эта встреча точно без галстуков. И, видимо, без лифчиков.

В центре стола, накрытого на двоих, стоял сервиз, сверкающий как зеркало. Всё было идеально: серебряные приборы, изысканные блюда. Я скользнула взглядом к свободному месту, и Денис, продолжавший стоять у меня за спиной, мягко подтолкнул меня к нему. Прошла с гордо поднятой головой, стараясь не выдать дрожь в коленях, и села. Из угла комнаты всё ещё маячил ещё один мужчина, явно готовый вмешаться при малейшем сигнале.

– Руки мне развяжут? – начала я без всяких вступлений, голос звучал хрипло, но уверенно.

Мужчина за столом посмотрел на меня с лёгким интересом и кивнул. Денис, не спеша, достал нож. Чирк, и путы упали. Он обошёл стол и встал чуть позади.

Мои запястья жгло, будто на них всё ещё лежали тугие верёвки. Разминая кисти, я поправила волосы и, не скрывая, ответила на их пристальные взгляды своим. Раз уж изучают, пусть и я не упущу возможности.

Мужчина в тапочках молчал. Только барабанил длинными пальцами по столешнице. Звук раздражал. Я заставила себя не отводить взгляда, даже когда его глаза чуть сузились.

– Интересно… – проговорил он наконец, будто сам с собой.

– Это значит — нравлюсь вам? Или разочарованы? – слова сорвались прежде, чем я успела подумать.

Наверное, виной всему страх, который давил изнутри. Нервы сдавали.

Мужчина едва заметно улыбнулся, но на вопрос отвечать не стал.

– Вы попали в скверную ситуацию, – произнёс он, будто констатируя очевидное. Голос был глубоким, обволакивающим, но каждое слово резало, как нож. – И вам требуется помощь. Не буду скрывать: для нас это шанс, который выпадает раз в жизни. Но конечные цели у нас разные. Чего вы хотите в итоге?

Этот вопрос застал меня врасплох. Никогда раньше я не формулировала, чего же мы все добиваемся. Для чего я в этом мире? Для чего терплю боль, страх, потери?

– Хочу, чтобы нас оставили в покое, – наконец выдавила я. Сама мысль о том, чтобы сформулировать желание, оказалась тяжёлой. – Чтобы мужчины, которые… помогаю мне, стали свободны. Сами выбирали свой путь.

Слова вышли неубедительными. Слишком общими. Я вздохнула и добавила чуть тише:

– И чтобы мне дали вернуться к своей привычной жизни. Без вас, без Тенегарда.

Мужчина прищурился, слегка наклонив голову. На миг мне показалось, что его морщинки у глаз стали глубже, но это мог быть просто эффект света. Он барабанил пальцами по столу, ритмично, раздражающе. Казалось, звук отдавался в висках. Я сжала кулаки, чтобы не сорваться.

– Как только все узнают, что у вас в союзниках "Воины тьмы", – он сделал паузу, словно специально добавляя веса своим словам, – желающих примкнуть к вам увеличится, как и количество попыток добить вас.

Его взгляд был пронизывающим, в нём читалась смесь анализа и предупреждения. Я старалась не показать своего напряжения.

– Кто не рискует... – проговорила я с нарочитой лёгкостью, хотя внутри всё сжалось.

Он улыбнулся краешком губ — холодно, но с ноткой одобрения.

– Я хочу предложить вам индивидуальные условия договора, – сказал он, постукивая пальцами по столу.

– Чем же я могу быть полезна? – попыталась сохранить ровный тон. – Навыков у меня нет, силы тоже.

– Но вы жили в Тенегарде и знаете его местность? – его взгляд впился в меня.

Я коротко кивнула. Да, мы с Киром действительно обошли там всё.

– Когда начнется наступление, мне нужно, чтобы вы с моим человеком нашли одну вещь. Она крайне важна. Взамен я обещаю вам полный покой и защиту.

– Не только мне, – перебила его. Не собиралась оставлять тех, кто стал для меня чем-то вроде семьи.

Он снова улыбнулся — чуть шире, но всё так же бездушно.

– Большой список? – с лёгкой иронией поинтересовался он.

– Нет, – ответила я твёрдо. – Только те, кто сейчас находятся в доме, из которого меня привезли.

Ну не за всех же мне тенегардцев просит, в самом деле!

– Хорошо, – кивнул он, соглашаясь.

Дальше последовало подробное описание того, что я должна буду найти, где это может быть и какие трудности нас, скорее всего, ждут. Каждое его слово всё сильнее вгоняло меня в состояние осознания того, что это задание — практически путешествие в один конец. Нет, шанс вернуться есть, но он будет полностью зависеть от удачи. А она, как известно, штука капризная.

– Где гарантии, что вы выполните условия со своей стороны? – спросила я, глядя прямо ему в глаза.

– Уже то, что вы сейчас сидите за этим столом и разговариваете со мной, – он жестом обвёл комнату, – само по себе исключение из правил. Вам придётся поверить на слово. А слов на ветер я не бросаю.