Мира Влади – (Не)любимая невеста Императора дракона (страница 38)

Он появлялся на пороге, с этой своей улыбкой, от которой моё сердце замирало, и я не могла отвести глаз. Его присутствие было как манящий, но опасный огонь, и я знала, что тону в нём, с каждым днём всё глубже.

И вот, в один из дней, когда снег только начал падать, покрывая деревню тонким белым покрывалом, он пришёл снова. В его руках был букет белых роз, усыпанных инеем, их лепестки дрожали, как от холода.

Я открыла дверь, и он не вошёл, а опустился на одно колено прямо на пороге, снег таял на его тёмных волосах, а глаза, такие решительные и уязвимые одновременно, смотрели на меня.

– Элина, – произнес он так серьезно, что у меня колени обмякли. – Я был глупцом. Повел себя неподобающе, ни для императора, ни для мужчины. Я прошу тебя и хочу, чтобы ты была рядом. Каждый день. Каждый вечер. На протяжении всей жизни. Разделила со мной радости и горести. Просто улыбалась. Будь моей женой. Не по договору. По любви.

Розы дрожали в его руках, а мои слёзы, горячие, несмотря на холод идущий с улицы, катились по щекам. Я упала на колени перед ним, обняла его за шею, и наши губы встретились – медленно, нежно, как первый снег, падающий на землю.

Его вкус был сладким, как вишнёвый пирог, и горьким, как правда, которую мы оба приняли. В этот миг магия вспыхнула. Не заклинание, не чары, а свет, чистый и белый, как наша любовь. Он окутал нас, как венец, сплетённый из звёзд, и я почувствовала, как лес, небо, сама земля приняли наш союз. Это было не просто обещание – это было благословение мира.

– Да, – прошептала я в его губы, мои пальцы запутались в его волосах. – Да, Тирон. Да.

Свадьба была не такой, как я представляла в детских мечтах. Никакого дворца, никаких тысяч гостей, никаких золотых корон. Она была только нашей.

В деревне, под тем же дубом у озера, где мы ели вишнёвый пирог под дождём. Хлоя плакала, размазывая слезы по щекам.

Даже волки пришли. Весь клан, и Рейн с Дарианом стояли в первом ряду. Старый знахарь принёс пподарок от Гедеона. Ледяные кольца, сотканные из магии Ледяных драконов, они сияли на наших пальцах и не таяли.

Я шла по ковру из лепестков, в платье, сотканном из света и снега, его ткань переливалась, как северное сияние, а мои волосы были распущены, украшены лишь несколькими подснежниками.

Тирон ждал меня под дубом, в чёрном фраке, но с белой розой в петлице. Глаза его горели, как два солнца, и я видела в них всё – любовь, страх, надежду.

Когда я подошла, он взял мои руки и я почувствовала, как его тепло перетекает в меня, как магия, связывающая нас.

Мы поцеловались под звёздами, и небо озарилось – не фейерверком, а настоящим северным сиянием, подарком Ледяных драконов, которые, как шептались позже, почувствовали наш союз.

Губы любимого были тёплыми, настойчивыми, и он не отпускал меня ни на миг, его руки прижимали меня к себе, как будто Тирон боялся, что я исчезну. Я тонула в нём, в его запахе, в его силе, в его любви.

Магия вокруг нас пела, лес шептался, а волки выли, их голоса сливались с ветром, благословляя нас. Это было не конец сказки – это было её самое красивое начало.

Конец