Мира Влади – Истинная из другого мира (страница 24)

— Да… Конечно… — тихо и смиренно ответила я. Это была их семейная реликвия, передававшаяся из поколения в поколение, и теперь, после всего, что произошло, я не имела никакого морального права его носить. Как бы не было больно отрывать от сердца единственную вещь, напоминающую об Артурионе, мне пришлось подчиниться.

Я нервно покрутила кольцо на пальце. Глубоко вздохнув, в итоге набралась смелости и попыталась стянуть его. Но оно упорно оставалось на месте, словно срослось с моей конечностью намертво. Я попробовала ещё раз.

— Мне долго ждать? — поторопила меня Лили.

— Не снимается! — воскликнула в отчаянье, ни на шутку испугавшись. — Хочешь, сама попробуй. Или я могу принести мыло, — предложила я, надеясь на выход из этой, казалось бы, безвыходной ситуации. И в доказательство протянула ей свою руку.

Она подошла ко мне с недовольным видом и, взявшись за кольцо, как следует дёрнула. Острая боль пронзила палец, заставляя непроизвольно воскликнуть и поморщиться.

— Ай! — рефлекторно отдернула свою руку, убирая ее подальше от этой садистки.

А Лилианна вдруг отпрыгнула от меня, как ошпаренная, а глаза ее расширились от удивления.

— Ты чего? — произнесла настороженно, изо всех сил пытаясь понять, что послужило причиной столь стремительной смены настроения ее королевского высочества. — Палец резать не дам! — на всякий случай сразу предупредила ее.

— Условия расторжения помолвки? — потребовала она, ее голос был полон настойчивости и любопытства. Но видя, что я туплю, продолжила сама:

— Есть два условия. Взаимное согласие или… смерть! — победно выдала радостная Лили.

Впервые видела, чтобы это слово приводило кого-то в такой экстаз. Хотя… Наконец смысл ее слов дошел и до моего сознания, отчего сокрушительная волна облегчения прокатилась по моему телу. Он жив! Это откровение было настолько сильным, что я не задумываясь бросилась к принцессе умоляя:

— Лили, ты можешь ненавидеть меня, ты можешь сделать со мной, что угодно позже, только, прошу тебя, возьми меня с собой. Я все исправлю, я найду его. Я знаю, кто заставил нас столько страдать! Дай мне еще один шанс! — мне было всё равно, как сейчас выгляжу. Лишь бы она сказала: "Да".

На ее лице блуждали замешательство и неуверенность, пока она удивленно наблюдала за мной.

— Заключим договор на крови. Согласна? — серьезно спросила принцесса.

— Какой? — обречённо уточнила.

Да, что же это такое?!

— Ты никогда не сможешь навредить мне и близким мне людям.

— Согласна! — кивнула, а мое сердце забилось быстрее.

Это был мой шанс показать ей, что я никогда добровольно и не совершила бы этого.

Она скрылась в портале, за ней следом шагнула я. В этот решающий момент в моем сознании сформировались два обещания. Во-первых, я поклялась себе, что больше никаких кровных контрактов. Слишком хорошо знала, какие разрушительные последствия они могут повлечь за собой. А во-вторых, прошептала про себя: «Теперь я буду плакать только от счастья».

Когда мы вышли на другой стороне, я обнаружила, что стою в просторной и ярко освещенной комнате. Обстановка была мне незнакома.

— Сейчас принесу тебе во что переодеться, а то вид у тебя странный, и всё обсудим, — сказала Лили на ходу, выходя из комнаты.

В поисках, чем себя развлечь в ее отсутствии, подошла к окну и осмотрела двор, залитый теплым солнечным светом. У нас зима, а здесь все еще лето… Пейзаж открывшийся передо мной, хоть и был живописным, но мало добавлял понимания, где именно мы находимся.

Как раз в этот момент дверь издала навязчивый скрип, вернув меня к реальности. Я повернулась на пятках и застыла на месте.

— Быстро же ты… — слова так и застряли в горле.

На меня своими пронзительными глазами с ненавистью смотрел Дамир. Выглядел он, совершенно здоровым. Его сдержанный внешний вид резко контрастировал с эмоциональным вихрем, бурлящим внутри меня.

Он метнулся ко мне с такой внезапностью, что я даже не успела среагировать, не говоря уже о попытке убежать. Его руки, словно тиски, сомкнулись на моей нежной шее, с силой припечатывая меня к стене. Боль пронзила меня, будто молния, сверху-вниз вдоль позвоночника.

— Твар-р-рь, — выплюнул он яростно.

Хватка на горле лишь усиливалась, заставляя меня задыхаться. Мои ноги бесполезно болтались в воздухе, не в силах найти твердую опору. Вся моя жизнь была в его руках в тот момент. Каждый вдох становился отчаянной борьбой, тщетной попыткой наполнить мои изголодавшиеся легкие воздухом.

В глазах мелькали яркие звёздочки, я хрипела и вырывалась. Сквозь дымку боли и страха я заметил силуэт Лилианны. Она повисла на, будто высеченной из камня, руке Дамира, пытаясь ослабить его хватку.

— Любимый не надо! Ты убьешь её! Дамир, отпусти! Я столько сил потратила, чтобы её вернуть, — она уже рыдала и дергала его запястье.

"Он сломает мне шею", — с грустью подумала я.

Лёгкие сковало, а во рту появился металлический привкус. Когда тьма уже вторглась в мое угасающее сознание, последнее, что я видела, были искаженное безудержным гневом лицо Дамира и заплаканное лицо Лилианны. Тем не менее, среди образовавшейся пустоты, поглотившей меня, слабое эхо слов принцессы достигло моих ушей:

— …умоляю. Артурион жив!

Вот это новости

— Зачем ты вообще её сюда вернула? — голос Дамира звучал еле различимо и был наполнен гневом и неверием.

Я застонала. Голова раскалывалась, горло горело, каждый вздох давался с трудом, а глотать было вообще невозможно, как при самой запущенной стадии ангины. Тело ломило, меня даже посетила мысль, что меня немного попинали, пока я была без сознания. Лежала на полу возле той самой стены.

“Могли бы на что-то мягкое перенести”, — с обидой проворчал внутренний голос.

— Может подлечить её? — спросила Лилианна с беспокойством.

— Само заживёт, — жёстко ответил Дамир, его слова были пропитаны злостью.

Воздух был полон напряжения, а мое сердце сжималось от вины и стыда.

— И я рада тебя видеть, — прохрипела я, изо всех сил пытаясь встать, и в конце концов сумела это сделать только с третьей попытки. Кажется, никто и не собирался мне предлагать помощь. В глазах моих ещё мелькали белые пятна.

Аккуратно придерживаясь за стену, я, пошатываясь, добралась до дивана и рухнула на него. Мой взгляд блуждал по комнате. Дамир сидел в кресле, скрестив руки на груди. Видно было, что они у него чесались продолжить начатое. От него исходило явное презрение. На том же диване сидела Лили, ее глаза, опухшие от слез, смотрели с жалостью. Я хотела верить, что в случае нового нападения она станет щитом.

— Слушаю твою жалостливую историю, — поторопил меня Дамир, без капли сочувствия к моему бедственному положению.

— Воды можно? — прошептала я, каждое слово отдавалось болью.

— Пока не заслужила, — резко отрезал он.

Вот же сволочь! Меня затопило волной гнева из-за его бессердечия.

“Ничего… Мы ему отомстим”, — с предвкушением подбодрил меня внутренний голос.

Вздернув повыше подбородок, с невозмутимым видом начала свой рассказ. Голос мой дрожал и ломался. Каждое слово было борьбой, каждая пауза наполнена ощутимой болью. Они слушали молча, впитывая каждую деталь, пока я изливала им свою душу, стремясь быть беззастенчиво честной. Я запнулась, мой голос надломился, и когда я замолчала, меня настиг приступ кашля, сжимая мое и без того саднящее горло.

— Шарк? Первый раз слышу это имя, но это может быть и не имя, — нарушил молчание задумчивый Дамир.

— Я тоже его не слышала, — эхом отозвалась Лили.

— Что случилось после моего возвращения домой? Пожалуйста… — спросила с волнением, не в силах больше оставаться в неведении.

— Вскоре после вашего отъезда возле замка стали открываться порталы и из них появился Димитрион с армией, — Лили говорила с тяжелым сердцем, рассказывая об ужасном повороте событий, постигших их. — Он сообщил нам, что Артурион III и его невеста были зверски убиты в Зачарованном лесу. Он сказал, что эльфы предатели. Террион убил вначале Адриана, нашего отца, а теперь и самого Артуриона. Ему сначала не поверили, но он спокойно вошёл в замок, — пробормотала она, тяжело дыша от горя. — Это означало только одно — Артурион больше не Правитель. Всех несогласных они убивали…

Я изо всех сил пыталась осознать чудовищность ситуации. На меня давило бремя вины, когда Лили призналась в выборе, который теперь стоял перед ней:

— Я не знала, что делать, куда бежать… — с волнением продолжила она. — У меня было только два варианта: либо выйти за Димитриона, либо смерть. Я осталась единственной законной наследницей и, в случае отказа, была помехой.

Теперь меня настигла вся серьезность моего предательства, а сердце сжималось от страха и раскаяния.

— Но вы же сбежали? — не выдержала я, поторапливая ее и сгорая от нетерпения.

— Я не могла уйти одна, — прошептала она, в ее глазах заблестели слезы, когда она украдкой взглянула на Дамира.

Тот же смотрел на неё неотрывно, ноздри его раздувались, желваки на скулах ходуном ходили от гнева. Ну бык на родео, честное слово. Видимо, он тогда был еще не в состоянии сам покинуть замок.

— Да и куда?! Я могу перемещаться только по территории своего государства. Тогда и появился Террион. Я была в лечебном крыле у Дамира.

Сделав глубокий вдох, она изо всех сил старалась продолжить ровным тоном.

— Я не знала, как реагировать. Он рассказал, что они выдвинулись к вам навстречу, но опоздали. Когда они подошли близко, на той поляне больше никого не было, кроме крови и тел. Ни тебя, ни Артура, — голос ее все же дрогнул. — Он предложил свою помощь и защиту. И я согласилась. Мы перенесли Дамира сюда.