Мира Вишес – Нежеланная невеста дракона (страница 3)

– Что ж, – сказала я с усмешкой. – Ищите свою причину. Удачи в поисках.

Ксалор хмыкнул. Казалось, не ожидал такого от меня. В его глазах мелькнуло что-то новое. Уважение? Но оно исчезло, похороненное под лавиной гнева.

– Играешь с огнем, смертная, – произнес он так, что кровь застыла у меня в жилах. – Помни об этом.

Он развернулся и вышел из кабинета, не оглядываясь. Дверь захлопнулась с такой силой, что чуть не слетела с петель. С полки свалилась старая фарфоровая статуэтка, разбившись вдребезги.

Я шумно выдохнула. Адреналин отступал, оставляя послевкусие поражения и… осознания. Он не сдастся. Этот дракон ищет лазейку. А ведь она есть! Если найдет, то цена моей расплаты будет высока.

Обратно в приемный зал я не пошла. Сидела за отцовским столом до тех пор, пока снова не услышала с улицы шум. Я подошла к окну. Внизу, во дворе, свита дракона садилась на коней. Ксалор вскочил в седло одним легким движением. Он дернул поводья и галопом помчался к воротам. Его люди, все еще растерянные, понеслись следом. Облако пыли поднялось за ними столбом, скрыв их от моих глаз.

Они уехали. Первая битва была выиграна – помолвка состоялась, Ксалор поставлен в тупик. Но война только начиналась. Он не собирался играть по моим правилам.

Я сжала кулаки, глядя на рассеивающуюся пыль. Где-то глубоко внутри, вопреки азарту, копошился червячок сомнения: а не зря ли я все это затеяла? Я тряхнула головой, отгоняя упаднические мысли. Нерешимость – роскошь, которую я не могу себе позволить.

Глава 3

Тишина, воцарившаяся после грохота копыт драконьей свиты, была громче любого крика. Я стояла у подоконника в кабинете отца, глядя на пустоту двора. Разбитый фарфор у ног напоминал о ярости Ксалора – точный, хрупкий символ того, во что я ввязалась. Тревога, противная и навязчивая, пыталась укрепиться в груди, но я прогнала ее, глубоко вдохнув свежий воздух из окна. Игра начата. И я не проиграю.

Дверь кабинета отворилась, на пороге появилась Марлена. Ее глаза были влажными, лицо белее свежевыпавшего снега, а губы подрагивали.

– Корди! – выдохнула она, чуть не плача. – Что это было?.. Ты… и Ксалор Веларион?! Я же была вместе с вами на балах! Он тебя презирает! Ты его ненавидишь! И… и… – Голос ее сорвался. – Это из-за меня, да? Из-за этого дурацкого правила? Ты жертвуешь собой, чтобы я могла выйти за Элрика?

Сестра бросилась ко мне, схватив за руки. В ее глазах читался настоящий ужас – не за себя, а за меня.

– Не позволю! – заявила она. – Я подожду, пока ты не найдешь кого-то другого… не этого.

Я мягко, но твердо высвободила руки. Время слабостей прошло. Нужно было играть роль до конца – хотя бы для Марлены.

– Успокойся, – сказала я, заставляя губы растянуться в самой беззаботной улыбке. – Какая жертва? О чем ты? Посуди сама: я выхожу замуж за наследника дома Веларион! За дракона, Марлена! Это же верх мечтаний любой аристократки! – Я широко раскинула руки, изображая восторг. – Представь: титул драконьей леди, влияние, сказочное богатство, о котором можно лишь мечтать! И сила… О, их сила! Разве это не выгоднее любого графа или герцога?

Марлена смотрела на меня, словно я говорила на древнем наречии. Ее шок медленно сменялся недоверием.

– Но вы же терпеть друг друга не могли! – воскликнула она. – Он отпускал тебе колкости, ты смотрела на него, как на что-то налипшее на подошву! А драконы… – сестра понизила голос, оглядываясь, будто боясь, что их услышат, – страшные снобы. Женятся только на своих, на драконьей крови, или в избранных случаях – на королевских особах или могущественных магах! А твой дар им…

Она запнулась, не желая обидеть.

– Мой дар драконам без надобности, – закончила я за нее спокойно. – Особенно непроявленный. Драконья кровь доминирующая: их дети всегда наследуют способность к трансформации и долголетие. Но, – я грациозно повернулась, давая сестре оценить мой стан, – разве я не тяну на «избранный случай»? Драконы могут себе позволить нарушать традиции.

Про себя же я позлорадствовала, представляя сцену в замке Веларионов после получения моего согласия. Ксалора наверняка отчитали как следует. Предлагать руку смертной из-за глупого спора! Если они вообще о нем знают. Ох, как его драконье достоинство должно было пострадать! Эта мысль согревала душу.

– Но его неприязнь… – не сдавалась Марлена, хотя в ее тоне уже слышались колебания.

– Сестренка, ты слишком неопытна, чтобы понимать такие тонкости. Разве он не сам сделал мне предложение? – Я сделала значительную паузу, глядя на нее с видом знатока людских и драконьих сердец. – Порой самая ярая «ненависть» – напускная. Спрятанное влечение. Как у мальчишек во дворе – дергают за косички ту, кто им нравится. Ничто человеческое драконам не чуждо, поверь. Особенно таким молодым и горячим.

Хотя его «горячность» больше похожа на извержение вулкана…

– Думаю, за его колкостями и высокомерием скрывалось… восхищение. Скрытое. Глубоко запрятанное. – Я почти сама поверила в эту чушь, так артистично я ее подала. – Все у нас с ним будет хорошо, не переживай.

Марлена задумалась. Я видела, как в ее добрых глазах боролись сомнение и желание поверить в лучшее для меня. Она хотела, чтобы я была счастлива, или хотя бы не несчастна из-за нее.

– Ты действительно считаешь, что это удачный брак? – спросила сестра, утирая слезы. – Честно?

– Конечно, – заверила я ее, обнимая за плечи. – И посмотри на расклад. Во-первых, Элрик может просить твоих руки и сердца. Никто не посмеет вам помешать – формально старшая сестра обручена. Во-вторых, драконам не нужно мое приданое и управление Хартвудом. У них своих гор золота хватает. Значит, все поместье, все земли, все доходы отойдут тебе и твоему мужу. Разве не идеально?

Последний аргумент, казалось, добил ее сомнения. Глаза Марлены засияли.

– О, Корди! Если ты действительно так считаешь… и если он… если в этом есть хоть капля правды… – Она отстранилась, смотря мне в глаза с надеждой. – Тогда я рада за тебя! Пусть это и не любовь с первого взгляда… но ты будешь драконьей леди! Это же так почетно! И для тебя плюсы, и для меня! Правда, идеально!

Марлена рассмеялась, румянец вернулся на ее щеки. Моя ложь сработала, груз вины свалился с ее плеч. Она затараторила о том, как объявит Элрику хорошую весть, как они поженятся и будут обустраивать Хартвуд… Я улыбалась, кивала, а внутри ныло от горечи. Но она счастлива. Хотя бы она.

Облегчение оказалось недолгим. Вечером того же дня в гостиную, где я пыталась читать магический фолиант, бессмысленно скользя глазами по буквам, вторгся Илмер Рендал. Его лицо было мрачнее грозовой тучи, а руки нервно перебирали складки камзола.

– Леди Корделия, – начал он без предисловий, устало и тревожно. – Мы должны поговорить.

Я отложила книгу, жестом приглашая его сесть. Он проигнорировал кресло, предпочитая стоять, как на судилище.

– Говорите, господин Рендал.

– Это… помолвка, – он процедил слово, будто оно было ядовитым, – с Веларионом. Вы должны отозвать свое согласие.

– С чего бы? – Я подняла бровь. – Вы же разговаривали с лордом Ксалором. Все решено.

– Решено?! – В его глазах отразилось отчаяние. – Леди, вы видели их лица! Лица его свиты! Это было не просто изумление. Это было почти презрение. Они смотрели на вас, на Хартвуд, как на нечто, оскверняющее чистую драконью кровь. А сам лорд Ксалор… – Рендал сглотнул. – Он не хочет этого брака. Ни он, ни его род.

– Ксалор сделал мне предложение, – парировала я. – Письмо подлинное, вы его читали.

– Понятия не имею, зачем он его отправил! – вырвалось у Рендала. – Веларионы не простят нам этого. Итог может быть ужасен. Для вас. Для Хартвуда. Для леди Марлены!

Он взывал к моему разуму, к ответственности. Во мне снова вспыхнул знакомый строптивый огонек. Страшно было, да. Но пойти на поводу – означало остаться ни с чем. Проиграть Ксалору, проиграть законам, проиграть будущее Марлены.

– Мое решение окончательно, – припечатала я, закрывая тему. – Я становлюсь невестой Ксалора Велариона. Точка.

Рендал застыл, смотря на меня с тем же немым порицанием, что и драконья свита днем.

– Тогда… – он сдался, его плечи бессильно опустились. – Тогда я вынужден начать подготовку. Согласно обычаю, помолвка должна быть публично объявлена на королевском балу. Ближайший на следующей неделе. В столице. В присутствии Их Величеств.

Королевский бал. Через несколько дней. Публичное объявление. Сердце екнуло. Сцена готова. Ловушка захлопывается.

– Отлично, – произнесла я, храбрясь. – Я подберу самое роскошное платье. И Марлене тоже. Пусть все видят, что Хартвуд возрождается.

Рендал молча поклонился и вышел, оставив меня одну в огромной, внезапно похолодевшей гостиной.

Я подошла к камину, где тлели догорающие поленья. Несколько дней. Если точнее, всего четыре. До бала, который все усложнит. Для Ксалора. И для меня. Отменить свадьбу станет гораздо сложнее.

Уверена, он не допустит публичного объявления. Задумал что-то и будет действовать. Драконы не из тех, кто ждут удара. Они наносят его первыми!

Я закусила губу, глядя на язычки пламени. Ладно, пусть ищет «причину». Вряд ли найдет. Это я заставлю его разорвать помолвку. Заплатить за свою дерзость и учиненное надо мной издевательство.

Удар последовал уже утром. От Веларионов прибыли господа маги. Для проверки моей совместимости с драконьей энергией и способности продолжить их род. Изящное унижение!