Мира Вишес – Нежеланная невеста дракона (страница 24)

– Твоя временная резиденция, – Дезмонд махнул рукой, и завеса раздвинулась, обнажая узкое пространство размером с чулан. – Главное – безопасная. Эдакий карман.

Он втолкнул меня внутрь. «Комнатка» была лишена мебели, стен как таковых не существовало – их заменяли те же непроницаемые, серые пласты энергии, что составляли суть этого места.

– Здесь все страшное, – констатировала я с намеком на жалобу.

– Страшное? – Демон покачал головой с преувеличенной жалостью. – Это ты еще моего истинного облика не видела.

К горлу внезапно подкатила тошнота, голова закружилась. Я прислонилась к прохладной, вибрирующей «стене», пытаясь подавить рвотный позыв. Все тело трясло мелкой дрожью, как в лихорадке.

– Я… плохо себя чувствую, – выдавила я сквозь сжатые зубы. –

Дезмонд посмотрел на меня с любопытством, будто наблюдал за интересным, но не особо важным экспериментом.

– Естественно. Твоему человеческому естеству здесь не место. Так же, как и моему демоническому – в вашем мире. – Он пожал плечами. – Но ты продержишься тут дольше, чем любая другая смертная. Благодаря твоему темному дару.

Дезмонд сделал шаг назад, к выходу.

– И последнее, – добавил он, его голос стал жестче. – Не приближайся к завесе. И если что-то полезет сквозь нее, какие-нибудь щупальца или лапы – не трогай их. Иначе будет неприятно.

– Лапам? – уточнила я с издевкой.

Дезмонд хохотнул, что прозвучало здесь особенно жутко.

– Рад, что ты не теряешь присутствия духа, милая.

Он вышел за «порог», и завеса сомкнулась за ним, опять став непроницаемой. Я осталась одна. Даже мое собственное дыхание казалось приглушенным, словно его всасывали стены. Тошнота отступила, сменившись слабостью и головной болью.

Мысли путались, усталость наваливалась свинцовой пеленой. Я зажмурилась, но за веками тоже стояла серая пульсация. Пришлось открыть глаза. Надо было понять, что это за клетка.

Я прошлась вдоль стен, осторожно касаясь их пальцами. Поверхность была плотной и упругой, хотя на вид как застывший туман. Энергия под кожей отзывалась слабым гулом, но пробить эту преграду не могла – стены поглощали любое воздействие. Ни щелей, ни швов, ни малейшей возможности к бегству.

Взгляд снова уперся в завесу тьмы. Запретная зона, к которой нельзя приближаться. Но что еще оставалось делать, кроме как пытаться понять, где я заперта?

Я сделала шаг к завесе. Еще один. Холод усилился, пробирая до костей. Воздух стал густым, сопротивляющимся. Протянуая рука, дрожащие пальцы. Вот он, край тьмы…

Я коснулась ее. Обжигающе-ледяная волна тут же ударила по руке, как разряд молнии, смешанный с укусом ядовитой змеи. Боль пронзила до локтя, вырвав сдавленный стон. Я отдернула ладонь. Что ж, Дезмонд предупреждал не зря!

Отступив к центру «чулана», я снова опустилась на корточки, прижимая ноющую руку к груди. Боль медленно утихала, сменяясь тупым покалыванием. Кольцо на пальце казалось безжизненным – ни искорки, просто застывший камень, теперь совершенно тусклый. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать.

Ждать решения дракона, который, скорее всего, уже вычеркнул меня из своей жизни.

Ждать милости демона, у которого милости не было в принципе.

Ждать, когда этот серый кошмар разъест меня изнутри.

Сколько же я здесь протяну? Этот вопрос повис в мертвой, поглощающей тишине, пока что без ответа.

Глава 24

Время в демоническом «кармане» текло, как застывшая патока. Секунды, минуты, часы – все сливалось в одно тягучее, серое ничто. Я сидела на холодном, вибрирующем полу, спиной к «стене», и пыталась дышать ровно. Странно, но тошнота и дрожь отступили. Голова больше не гудела, лишь легкая слабость напоминала о чужеродности этого места. Адаптация? Видимо, моя тьма таки пригодилась. Она словно обволакивала меня изнутри тонкой защитной пленкой против разъедающей сути потустороннего измерения.

А что если…

Вспоминая прочитанные в фолианте заклинания «для начинающих», я подняла руку, сосредоточилась, позволила тонкой струйке тьмы сорваться с кончиков пальцев. Не вспышкой, не волной, а именно струйкой – темной, вязкой, как дым. На пробу. Она устремилась к завесе. И… растворилась. Беззвучно, без сопротивления. Завеса впитала ее, как сухая земля воду. Ни дыры, ни ослабления барьера. Ничего.

Мой дар, источник стольких страхов, был ключом к выживанию здесь и абсолютно бесполезным в качестве оружия. Будь у меня светлая магия или хотя бы огненная стихия – я, возможно, сумела бы прожечь эту завесу. А тьма поглощается тьмой – это какая-то насмешка судьбы…

В отчаянии я стала перебирать в памяти другие заклинания из той же книги. «Теневая энергия», «Увядание», «Создание темных волн»… Будто я, самоучка без практики, с легкостью могла такое наколдовать. И все это было рассчитано на наш мир, на взаимодействие с живой материей или человеческой аурой. Здесь, в этой пульсирующей серой пустоте, самые сложные формулы казались детскими каракулями на песке перед океаном. Надо было брать не фолиант по темной магии, а «Справочник выживания в демонических измерениях для особо одаренных дурочек»!

Не знаю, сколько я так просидела. Но в какой-то момент завеса подернулась, затрепетала, и из нее вышел Дезмонд. Его улыбка была все такой же сладкой и ядовитой.

– Корди, как ты тут? – осведомился он.

– Просто восхитительно, – не сдержалась я. – Особенно нравится вид на… ну, на серые стены.

Демон усмехнулся, явно позабавившись моей колкостью.

– Пришел сообщить, твой дракончик в курсе условий обмена.

– И? – спросила я, делая вид, что разглядываю свои ногти. – Что он сказал? Поздравил тебя с гениальным планом похищения и попросил меня не возвращать?

– Говорить с ним лицом к лицу? – Дезмонд фыркнул. – Я что, самоубийца? Нет уж. Я культурно просунул записку под дверь его кабинета.

Ха, да он боится Ксалора! По крайней мере, в нашем мире. И этот «обмен» закроет для него поддержку Веларионов, доступ к их магии, которая позволяла ему комфортно существовать среди людей. Значит, чешуйка для него ценнее. Что она ему даст? Силу? Власть над чем-то? Догадки множились, но ясно было одно: у Ксалора появился идеальный повод объявить невесту погибшей или сбежавшей.

– Дезмонд, – сказала я прямо, глядя ему в темные, бездонные глаза. – Зачем тебе чешуйка черных драконов?

Он замер. Его усмешка пропала, сменившись на миг неподдельным шоком.

– Ты… – Демон прищурился. – Ты открывала шкатулку?!

– А что такого? – пожала я плечами с наигранным безразличием. – Заглянула. Увидела сморщенный кусочек драконьей кожи. Кстати, не очень эстетично.

– Ты ненормальная! – Его голос потерял бархатистость, став резким. – Тебе невероятно повезло, что ты ее не потрогала! Аэлину Веларион именно это и убило.

– Мориус говорил, что ее убил артефакт с темной магией.

– Да, артефакт. Внутри которого лежала эта чешуйка! От нее твоя драконья свекровь и получила смертельную дозу чистейшей, концентрированной тьмы. Даже я не смог вытянуть ее обратно.

Я могла бы и сама догадаться… Аэлина погибла из-за этой самой чешуйки. Три года назад. Сразу после нападения на Хартвуд.

– Выходит, демоны – сообщники Ноктварусов? – спросила я, цепляясь за соломинку, за надежду понять хоть что-то перед неизбежным концом. – Это вы напали на Хартвуд? Вы убили моих родителей?

Дезмонд присвистнул, его изумление казалось искренним.

– Вот это теория заговора! – Он покачал головой, но в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения. – А ты смышленая… И знаешь куда больше, чем я предполагал. Но нет, бойня в твоем Хартвуде, наемники… Это почерк людей, Корди. Не демонов. А Ноктварусы… – Его голос стал тише, почти задумчивым. – Они владели магией, которую ваше общество клеймит как «плохую». А для меня она очень даже хорошая. И полезная.

Он хочет эту магию! Выжать из чешуйки то, что убило Аэлину, и использовать для себя? Ужас сковал душу. Если крошечный кусочек кожи смог убить драконицу, то на что был способен целый черный дракон? Неудивительно, что для «очищения» их дома всем другим драконьим родам понадобилось объединиться.

– Хватит совать свой нос куда не следует, любопытная невеста, – пресек Дезмонд дальнейшие расспросы. – Надеюсь, в следующий раз я зайду к тебе, чтобы доставить обратно в объятия твоего пылкого жениха.

Он исчез за завесой, бросив меня одну – с новыми знаниями, которые лишь усилили чувство безысходности. Аэлина, Хартвуд, чешуйка, сила Ноктварусов… Все сплелось в тугой, неразрешимый узел. И я была заперта в самом его центре.

И снова я сидела и размышляла, сидела и размышляла. Пока тишину не нарушил шелест. Сквозь плотную завесу тьмы, как сквозь маслянистую пленку, просочилось что-то. Несколько смутных, дымчатых отростков, напоминающих лапы с когтями из сгущенной тени. Они шевелились, словно ощупывая воздух внутри моего «кармана», тянулись ко мне. Достать не могли, но всем своим видом напоминали о совете Дезмонда: не трогать.

Я смотрела на эту жуть. Отчаяние накатило новой волной, горькой и окончательной. Зачем продлевать собственные страдания? Зачем ждать, когда Дезмонд решит мою судьбу, или когда этот серый кошмар окончательно разъест разум? Лучше уж встретить конец сразу. Пусть даже от этих «лап».

Я встала. Шагнула к завесе, вытерпев исходящий от нее холод. Лапы замерли, почуяв движение. Я протянула руку. Не к завесе, а к ближайшей дымчатой лапе. Мои пальцы коснулись холодной, упругой энергии.