Мира Ризман – Прощальный танец (страница 12)
«Может, сбежать?» — мелькнула шальная мысль, но Рениса не поддалась мимолётному искушению. Нельзя! Это погубит не только её, но и всю семью!
«Но почему я должна о них беспокоиться?» — новая коварная мысль одолела сознание, но Рениса решительно её отогнала. Надеясь немного успокоиться, она вновь села за стол, подтянула из небольшой стопки сложенной у края чистый лист бумаги и вытащила из ящика карандаш. Но стоило ей провести первую линию, как в дверь постучали.
— Сэйлини Рениса, ваш отец просил вас срочно явиться к нему в кабинет! — объявила служанка, и сердца Ренисы разом ухнули вниз.
«Да быть не может, что так всё скоро!» — со слезами на глазах думала она, переступая порог кабинета. Рениса осторожно покосилась в сторону отца. Поседевший раньше времени Рош выглядел крайне раздраженно. Это пугало.
«Может, матушка пожаловалась на меня из-за сегодняшнего переполоха?» — внутренне готовясь к очередному нагоняю, решила Рениса, но всё обернулось совсем не так.
Рош медленно открыл верхний ящик стола и достал ярко-алый конверт. Блеснула на свету кровавая печать, которую Рениса мгновенно узнала. Бушующее пламя демонов. Безотчётный страх сковал её тело, так что не удавалось даже зажмуриться. И подобно грому среди ясного неба, прозвучали слова отца:
— Я хотел бы получить объяснения…
Глава II. Пасмурное утро. Дамиан
Дамиан:
Приблизительно сутки спустя после попадания в лавину
События прошлого мелькали перед внутренним взором, словно изменчивые картинки в калейдоскопе. Ещё пару месяцев назад он был всего лишь королевским стражником, а теперь уже король, которого не очень-то спешит поддержать народ, и открыватель новых земель, что принесли стране ужасы войны. И почему только все его благие намерения приводили к ещё большей беде? Разве он хоть кому-то желал зла? Так почему же всё обернулось против него, исказившись, словно в кривом зеркале? Или, всё же, были исключения…
Тимиэль — славный молодой дракон. Его весёлый нрав и юношеское бесстрашие сразу пришлись Дамиану по душе. В отличие от других взрослых и тяжеловесных драконов, вёрткий и пронырливый Тимиэль в первых боях проявил не только немалую сноровку, но и поразительную сообразительность. Пока его старшие собратья, выдыхая разрушительные огненные струи, летали над городом и выискивали рассредоточившиеся воинов врагов, он сновал между домов и помогал местным жителям тушить пожары.
Вымотанный и едва державшийся от усталости Дамиан возвращался во дворец. Армия Бэрлока, после долгого сражения, наконец, отступила, покинув город. Скромная победа, с учётом затраченных сил. Дамиан старался не считать погибших (ещё не время!), но сердце каждый раз вздрагивало при виде обожженных тел, оставленных на улицах. Подобно снегу оседал с обугленных крыш седой пепел. Запах гари, казалось, впитался в кожу. И посреди этого ужаса и боли, его взгляд невольно зацепился за мелькнувшего в небе алого дракона. Тот навис над дымящейся крышей и выпустил из пасти столп воды, затем нырнул в крутое пике и, не рассчитав, задел крылом край соседней крыши. Воздушные поток крутанул его, снеся в сторону башни. Звучный удар по хребту, и вот уже дракончик стремительно падает вниз. Дамиан инстинктивно вытянул руки вперёд, выпуская силу. Магический вихрь понесся навстречу падающему и, подхватив почти у самой земли, закружил, помогая вновь подняться в небо. Дракон расправил крылья и полетел прямо к Дамиану.
«Вы спасли Тими, Ваше Величество! Позвольте Тими отплатить вам за доброту!»
Ещё совсем детский звонкий голосок, внезапно раздавшийся в голове, едва не оглушил сознание Дамиана. Прежде ему не доводилось так близко общаться с драконами.
— Не стоит, — отмахнулся Дамиан. — Ваш народ сражается за мою страну, я лишь вернул самую малость…
«Но Тими хочет быть полезным!» — Малыш был крайне настойчив.
— Вы спасаете город, разве это недостаточно? — удивился Дамиан.
«Тими этого мало… — В голосе дракона чувствовалась печаль. — Тими не берут в сражения, он слишком мал и плохо контролирует своё пламя».
— Зато Тими способен тушить пожары! А это не менее важно! — горячо возразил Дамиан.
«Его Величество — волшебник и вполне может общаться мысленно! Совсем не обязательно так кричать!» — хмыкнул Тими. Дамиан озадаченно замер. Прежде телепатия давалась ему не очень хорошо. Отец уверял, что это из-за искажения магии, потому периодически не срабатывали и большинство заклинаний, которым его учили. Но теперь, когда источник магии открыт…
«Так лучше?» — Дамиан нахмурился от напряжения. Он не был до конца уверен в своих силах.
«Идеально!» — ответил Тими, и Дамиан внезапно ощутил небывалое чувство единения. Всё оказалось гораздо проще, чем он мог предполагать. И главное, это приносило невероятное удовольствие. Они проболтали до самого дворца, и Дамиан, не желая прекращать их общение, сначала устроил Тимиэля в королевском саду, а затем и вовсе поселил в тронном зале. Он не желал расставаться с драконом ни на миг, постоянно поддерживая с ним ментальную связь.
«Я словно попал под какие-то чары!» — мелькнула отрезвляющая мысль, но Дамиан тут же отверг её. Тимиэль не был настолько хитроумным драконом, чтобы сотворить подобное. Скорее, сам Дамиан оказался слишком беспечен, не справившись с искушением. Проникая в сознание Тими, он будто бы сам становился драконом, и его невероятно будоражили новые эмоции. Ему впервые довелось испытать истинный восторг полёта, бешеный азарт во время охоты и ни с чем несравнимое чувство превосходства, когда горло опаляло выпускаемым из пасти пламя. Теперь ему удавалось гораздо лучше его контролировать.
«Ему или мне?» — Пугающий вопрос повис в тишине, так и не получив ответа. Что-то было не так. Дамиан не мог объяснить толком, но возникший между ним с Тимиэлем симбиоз таил в себе что-то неправильное. Это уже не было похоже на простую дружбу, а всё больше напоминало неестественную одержимость. Разве должен был Дамиан каждое утро просыпаться от нестерпимого драконьего голода?
— Дракон не домашний зверёк, пусть охотится сам! — не раз говорил ему Этьен, но он не внял предупреждению друга. Да и как бы это удалось, если драконьи инстинкты оказывались сильнее? И его вечно неистово влекло куда-то. То к горному озеру почистить в мягком песке чешую, то в новые, открывшиеся от ледника леса за свежей дичью. И как же в тот момент раздражали бесконечные королевские дела, эта проклятая никак не прекращающаяся война и глупые назойливые мятежники! Его душа стремилась туда, к драконьим радостям, и только взращенная с детства ответственность заставляла возвращаться в человеческую реальность.
«Может быть, меня не пускали на Одоред не случайно? — Дамиан невольно вспомнил, как его некогда вышвырнуло из врат, и он был вынужден оставить друзей. Тогда ему пришлось перепробовать все доступные способы, чтобы очутиться в стране драконов. Он даже выпросил у короля Йорана монаршую печать, позволяющую беспрепятственно путешествовать порталами куда угодно, в любую страну, но всё было без толку. Врата попросту не открывались, а если портал всё-таки срабатывал, Дамиана закидывало в совершенно иные места. — Что, если я слишком чувствителен к общению с драконами?»
Не потому ли сам король драконов О’дар вдруг решил оказать ему поддержку? И поэтому появился так вовремя? Дамиан вновь и вновь перебирал в голове разрозненные факты, тщетно пытаясь сплести их в один цельный узор, но общая картина упорно не складывалась. О’дар зачем-то желал заполучить магический источник, тогда как Тимиэлю, впрочем, как и самому Дамиану, до него не было никакого дела. Им куда важнее было избавиться от лишних забот и тревог, чтоб, наконец, вновь насладиться беззаботной драконьей жизнью. И почему только его не смущали подобные желания? Они же совсем не походили на те, что были у него прежде! Однако суровое понимание пришло только сейчас, когда эта странная связь оборвалась.
Последнее, что Дамиан помнил, был страх. Безумный и неистовый. Перед глазами вновь возникла прекрасная Нэйдж. Его златовласая возлюбленная поднималась к маяку и не видела надвигающуюся на неё с гор лавину. Они должны были её спасти! Он ещё никогда не летел так быстро, но, оказавшись подле неё почти у самой земли, ему не удалось её схватить. Руки оказались слишком коротки! Он вытянул когти, но было уже поздно. Снежный поток обрушился на них и понёс, вертя и крутя, словно брошенную в водоворот ветку. Снег был повсюду. Он забивал уши, глаза и лез в нос. Судорожный вдох, и снег забил ноздри. Дамиан попытался вдохнуть через рот и в следующий миг пожалел об этом. Снег набился по самое горло. Казалось, это конец. Дамиан уже чувствовал на своих плечах леденящие объятья смерти, но внезапно медальон, подаренный матерью, обжёг грудь. Перед глазами что-то ослепительно вспыхнуло, и мир погрузился во тьму.
Он был жив. Совершенно точно и однозначно. Он мог даже пощупать себя и больно ущипнуть. Его дыхание выровнялось, а набившийся снег просто испарился. Дамиан не мог сказать, сколько прошло времени, прежде чем в зияющей черноте этого странного существования длинной полоской вытянулся луч. Бледный и тусклый, он почти ничего не освещал, кроме пыльной половой доски. Дамиан шагнул к нему навстречу, но наткнулся на невидимое препятствие. Между ним и лучом будто бы стояла прозрачная стена. Дамиан попытался воздействовать на неё магией, но неведомое препятствие просто вобрало в себя направленную силу. Это было столь невероятно, что даже пугало. Желая оглядеться по сторонам и, наконец, понять, где находится, Дамиан попробовал вызвать магический шар, но не смог выдавить даже искры! Ужас сковал его тело. Быть может, он потерял возможность колдовать? Замерев на месте, Дамиан прислушался к внутренним ощущениям. Магия, подобно крови, как и прежде, струилась по его жилам. Он чувствовал её в каждой клеточке своего тела, слышал её мелодичный звон и видел её свечение. Нет, с ним всё было совершенно в порядке, похоже, что-то очень сильное глушило всякое проявление магии.