Мира Ризман – Оставь мне музыку! (страница 4)

Вирджин только вздохнула. Плата и в самом деле оказалось весьма достойной: перед леди Виолетт лежала полугодовая выручка.

– Если хочешь, мы можем купить тебе более интересное платье для фестиваля, – предложила она, но Вирджин решительно отказалась.

Её номер был уже продуман до мелочей, и наряд играл в нём не последнюю роль. Она лишний раз убедилась в этом, поднявшись в свою комнату. Достав из шкафа приготовленное платье, Вирджин приложила его к себе и направилась к зеркалу. Лёгкая ткань приятно льнула к телу, а приглушённый синий цвет хорошо оттенял россыпь веснушек, как обычно по весне украшавших лицо. Покружив по комнате, Вирджин вскоре убрала платье обратно в шкаф, после чего достала флейту и, включив фонограмму, начала тренироваться. Любимая музыка быстро увлекла её, заставив позабыть о тревогах дня.

«Омэйю Ву не может быть таким примитивным, – ложась в кровать, размышляла Вирджин. – Его композиции – настоящее искусство! И их совсем необязательно только петь!»

Она вспоминала, как выглядели самые известные любовницы омэйю и лишний раз убеждалась в собственной правоте. Девушки были очень разными: худыми и полноватыми, высокими и миниатюрными, с невероятно мощными голосами и с совсем тихими, но необычными тембрами. Определённо Ву был мастер своего дела, настоящий шоумен. Любовницы этого омэйю так часто занимали первые строчки хит-парадов, что даже бродячий кот мог напеть мотивы его лучших песен. Вирджин же была и вовсе восхищена. Она являлась стойкой поклонницей творчества и находила музыку Ву невероятно мелодичной и оригинальной. Было в ней что-то особенное, задевающее сердце. От отдельных мотивов порой шли мурашки, причем именно от самих нот, а не от слов. Вирджин умела играть все песни омэйю на флейте, и от этого они не теряли своего очарования. Возможно, она даже напрасно не выбрала одну из них для фестиваля. Впрочем, у Вирджин была своя тактика, и ей претило идти по проторённой дорожке. Многие её одноклассницы мечтали стать певицами и готовили к фестивалю раскрученные песни. Они явно рассчитывали покорить омэйю своим талантом, но леди Виолетт всегда говорила Вирджин, что главное – выделиться, быть оригинальной, ни на кого непохожей. И, кажется, именно в этом она пока преуспевала.

Глава вторая, в которой неприятности только множатся

Утро следующего дня Вирджин встретила в приподнятом настроении. Она встала пораньше и решила прогуляться в парке перед школой. Погода выдалась чудесной: в меру прохладной и чуть ветреной. Вирджин спешно покидала улицы из небоскребов, чтобы как можно быстрее оказаться среди цветущих сакур. Добравшись до парка, она замедлила шаг и, чуть пританцовывая, начала напевать последнюю популярную песенку Ву. Любимые строчки припева застали её на изогнутом мосту, и она с удовольствием повторила их ещё несколько раз, наслаждаясь тем, что в утреннее время парк был пуст. Единственные, кто мог её услышать, были местные воробьи и голуби, те словно вторили ей, начав весело чирикать и самодовольно гулить. Склонившись над блестящей в лучах солнца рекой, Вирджин спела ещё одну песню, покружилась на ветру, подставляя лицо нежным падающим лепестками, и, только завидев случайного прохожего, наконец, смолкла и заспешила в школу.

Школу Вирджин не очень-то любила. Училась она довольно неплохо, но в последнее время из-за подготовки к фестивалю одноклассницы вели себя особенно нервно, часто вспыхивали по любому поводу и частенько задирали друг друга. Особенной дружбой Вирджин ни к кому не прониклась, но и откровенно ни с кем не враждовала. Потому, идя по главной аллее, ведущей к воротам школы, она приветливо кивала знакомым, но не примыкала ни к каким мелким группкам. Поздоровавшись с очередной одноклассницей – темноволосой красавицей Мэри, Вирджин чуть заметно прибавила шагу, чтобы оказаться впереди, но, к её удивлению, та её догнала и подхватила под локоть.

– Я вчера видела тебя с омэйю! – возбужденно зашептала она, хитро поглядывая по сторонам.

Вирджин вздрогнула. Она никак не ожидала, что кто-то мог вчера видеть её, и, на всякий случай, решила пока помолчать. Однако Мэри явно была не той собеседницей, которой подобный ответ мог прийтись по вкусу.

– Давно ты с ним? – начала свою атаку она. – У вас было свидание? Как вы познакомились?

Вопросы так и сыпались один за другим, так что и слова вставить было некуда. После пятого Вирджин перестала их воспринимать, и вовсе не потому, что не желала отвечать любопытной Мэри, – у школьных ворот, нервно переминаясь с ноги на ногу, стоял Эри! Девчонки, идущие впереди, перешептывались и нарочно обходили омэйю стороной, бросая на него восхищенные и любопытные взгляды. Он стоял один. Поблизости не обнаружилось ни слуги, ни помощника, и это Вирджин особенно не понравилось. В груди засвербило тревожное предчувствие. Отчаянно хотелось свернуть и где-нибудь затаиться. Эри, лениво взирая на толпу приближавшихся школьниц, пока ещё не заметил Вирджин. Но Мэри вцепилась в неё словно клещ и неотвратимо тянула за собой. Шаг, вопрос, ещё шаг и… Эри её увидел! Смуглое лицо озарила торжествующая улыбка, глаза вспыхнули.

– Ви! Рыжик Ви! – закричал он и совсем по-детски принялся махать ей рукой.

Вирджин хотелось провалиться на месте. Ошарашенная Мэри остановилась на полуслове. Её взгляд устремился на Эри, потом вернулся к Вирджин. Мэри непонимающе захлопала ресницами.

– Ещ-щ-щё один? – потрясенно произнесла она, а Эри уже бежал навстречу.

Школьницы поспешно уступали ему дорогу и застывали на месте, чуть поодаль. Тысячи глаз были обращены на бегущего омэйю, а затем и на Вирджин.

– Я всё-таки тебя нашёл! – радостно возвестил Эри.

Он остановился в шаге от Вирджин, затем бухнулся на одно колено и пафосно произнёс:

– Будь моей ханни!

Школьницы разом ахнули, и возбужденные шепотки разбежались по толпе.

– Ты покорила моё сердце! – запальчиво продолжил Эри, поспешно поднимаясь. – Я не мог уснуть после нашей вчерашней встречи, только и думал о тебе! Пойдём! Тебе больше не нужна эта школа, теперь у тебя есть омэйю!

Эри схватил Вирджин за руку и потянул за собой. Шёпот перерос в гул.

– Обалдеть! – выдохнула Мэри, качая головой.

Однако Вирджин не сдвинулась с места.

– Простите, Эри-сама, – твёрдо сказала она, выдергивая свою руку. – Но я не могу с вами уйти!

– Почему?! – юный омэйю мгновенно потерял весь свой романтический лоск, превращаясь в капризного мальчишку.

– Вы не получили ни моего согласия, ни согласия моих родителей. Рядом с вами даже нет слуги, чтобы засвидетельствовать согласие на контракт! – Вирджин буквально трясло от напряжения. Она не была уверена, что её тон не повысился до оскорбительной высоты, но, видя метаморфозы на лице Эри, чувствовала, что дело принимает катастрофический оборот. Он не отступит. Ни по-хорошему, ни по-плохому!

– Тебе нужны свидетели? Оглянись! Вокруг одни свидетели! – Эри нервно хохотнул и развёл руками, показывая, как много людей уже собралось вокруг.

Вирджин и сама видела, что двор за школьными воротами наводнили ученицы. Окна верхних этажей распахнулись и оттуда уже торчали любопытствующие лица. Некоторые младшеклассницы даже подпрыгивали, желая получше рассмотреть происходящее.

– Простите, – голос Вирджин предательски дрогнул. – Но я не могу стать вашей ханни. Моё сердце отдано другому омэйю!

Толпа мгновенно отреагировала на эти слова новым бурным вздохом. Вирджин заметила, как в руках большинства близстоящих школьниц светились камеры личных айпи. Конечно же, такую сенсацию сразу же заливали в Сеть! Вирджин никогда прежде не пребывала в такой растерянности. Она беспомощно смотрела по сторонам, в надежде отыскать хотя бы преподавателей, но удача, похоже, отвернулась от неё. Вокруг были только девчонки, жадные до сплетен и сцен!

– Это старый козёл Ву? – презрительно фыркнул Эри под новый ошеломлённый вздох толпы. – Да из него уже песок сыпется, как и из его нафталиновых песенок!

Уничижительные слова, словно стрелы, вонзились в Вирджин. Возмущение оказалось настолько велико, что она не смогла его проглотить.

– Да то вы понимаете в творчестве! Омэйю Ву – великий музыкант, гениальный композитор и просто потрясающий высший! Как вы посмели его судить?! Вы сами-то хоть что-нибудь сочинили? Написали хоть строчку? Пару нот? Ведёте себя как неразумное дитя, оскорбляете уважаемых омэйю без всякого на то повода! Говорите про чей-то песок, а сами ещё из подгузника не выросли!

– Это я не вырос? – В глазах Эри вспыхнуло пламя. – Да кто ты такая, чтобы мне говорить подобное! Знай своё место! – Его рука взвилась к небу и, сделав широкий размах, стремительно направилась к лицу Вирджин. Жестокая пощёчина обещала свалить девушку с ног. Всё происходило словно в замедленной съёмке: Вирджин видела, как к ней приближалась рука и испуганно зажмурилась, но удара так и последовало. Толпа огласила новым возгласом неожиданную развязку. Вирджин несмело приоткрыла глаза, отмечая, что рядом не оказалось любопытной Мэри. Вероятно, та отступила, едва появились первые камеры.

– Ты перешёл все границы, Эри! – прогремел голос внезапного спасителя.

Вирджин подняла взгляд. Эдгар держал брата за руку, и в его глазах плескалась раскалённое золото. От вида разгневанного омэйю замирало сердце и кровь стыла в жилах. Даже галдящая любопытствующая толпа резко стихла.