Мира-Мария Куприянова – Экземпляр номер тринадцать (страница 75)

— Что «тебе»? — еще тише прохрипел маг, отпуская мои ноги и скользя пальцами в открывшейся вырез корсажа — Весело, вредная ты ведьма?

— Больно — едва успела вымолвить я, тут же вскрикивая от неожиданно острых ощущения.

Миг, и все замерло. Я поражено распахнула глаза и тут же наткнулась на напряженный взгляд несколько обескураженного мужчины.

— Больно? — тихо и спокойно спросил он, будто не сам только что едва справлялся с дыханием — Что болит, малышка?

— Ну… — Господи, я то считала, что пунцовый — это максимально возможный из оттенков красного на моих щеках. Наивная! — Дей, просто…

— Малышка, пожалуйста — еще серьезнее произнес маг.

— Ох… — и я заметалась под этим тяжелым взглядом, не понимая, как теперь объясняться — Ну… не то, чтобы больно. Но будет больно. Насколько я знаю, это пройдет через пару дней, но именно сейчас, сразу после первого раза…

— Мммммм…. — будто сквозь боль застонал муж, прикрывая глаза и откидываясь на спинку сидения — Я идиот… Господи… Прости меня, крошка. Я такой осел…

— Дей!

— Делия, прости! Прости меня, маленькая — и совершенно расстроенный маг резко ухватил меня за талию, усаживая на собственные колени и крепко прижимая к груди — Я дурак. Эгоист и сатрап.

Сильные руки успокаивающе гладили мою спину, а губы уже совершенно иначе касались волос.

«Уииии! Какой он у нас милашка!» — зашлась слюнями внутренняя ведьма — «Ну как с таким жить, а?»

Отчего-то мне стало окончательно неловко. А в сердце, помимо добровольно принятой любви, вовсю расцвели умиление и благодарность за заботу.

— И ты прости — глухо пробубнила я в мужское плечо — Я не специально, честно!

— Я знаю, маленькая — нежно вздохнул Мигре — Я слишком тороплюсь. Получив тебя никак не могу прийти в себя. И вот… откровенно глупею. Тебе надо отдохнуть. У нас все будет позже. А сейчас спи, моя хорошая… спи…

И вопреки всему, впервые в жизни я закрыла глаза в экипаже и, не смотря на отсутствие кровати, тут же провалилась в мягкий, глубокий сон.

Проснулась уже ближе к полудню. За окнами медленно двигающейся кареты на фоне серого холодного неба все так же лился с неба нескончаемый дождь. Правда тропические потоки успели смениться тонкими нитями затяжной мороси. А уверенное покачивание рессор говорило о том, что экипаж медленно, но верно двигается по намеченному пути.

Едва я успела сладко потянуться и пригладить взъерошенные ото сна локоны, как дверь экипажа открылась и в салон, прямо на ходу залез пахнущий свежестью и дождем Дей.

— Доброе утро, соня — тепло улыбнулся он, тут же приникая к моей теплой щеке поцелуем.

— Далеко еще? — уточнила я, не забыв улыбнуться в ответ.

— Прилично — вздохнул муж — Последние полчаса я провел на облучке, магически придерживая экипаж от завязанная в грязи. Но, увы, резерв не вечен. Так что, вполне вероятно, мы вскоре снова станем пленниками какой-нибудь особенно глубокой канавы.

— Будем надеяться на лучшее — мягко вздохнула я — Жаль, ничего нельзя сделать, чтобы улучшить ситуацию.

— Ну... попробуй снова проклясть дождь — сделав вид, что слегка задумался, резко кивнул мужчина — Или наслать порчу на дорогу.

— Как можно? — деланно возмутилась я — Проклясть?! Ни в чем не повинное природное явление? И прямо на глазах у самого Верховного Дознавателя?! Я что, на дуру похожа? Конечно же нет. Это противозаконно! — фыркнула я.

— А ты теперь вся такая законопослушная? — засмеялся Дей.

— Приходится — со вздохом призналась я — У меня муж инквизитор. Тут не забалуешь.

— То есть ты точно не при чем? — грозно сведя брови и сдерживая улыбку, уточнил маг.

— Конечно! — наивно хлопнула я глазами — И не докажите!

Салон кареты сотряс громкий мужской хохот, с которым мне в рот сунули мягкую, явно заранее подогретую булочку с заварным кремом. На язык тут же пролился сладкий наполнитель, заставляя жмуриться от удовольствия. А поплывший следом по воздуху аромат горячего шоколада целиком и сразу сравнял мое настроение с высшим пиком счастья.

— Хорошо, когда ведьма — собственная жена— мягко проговорил инквизитор, в качестве десерта целуя мои перепачканные сладостями губы — Всегда наверняка знаешь, что она ни в чем не виновата. В любом случае.

— Это да — тут же согласилась я — Тем более, что, судя по всему, дорогу еще до меня прокляли…

… В общем, в столицу наш заляпанный по самую крышу экипаж въехал и правда почти ночью. Только, увы, уже следующей.

Деймон заметно нервничал. Постоянно смотрел в окно, напряженно хмурясь и угрожающе взирая на затянутое тучами небо. Я тихо сидела, стараясь лишний раз не дергать хмурого спутника и недоумевала. Нет, конечно Дей сразу мне сказал, что решение срочно выдвигаться в город обосновано срочным вызовом на службу. Наша ссора едва ли могла повлиять на быстрый отъезд. Составить компанию ему я напросилась уже сама. Даже не смотря на то, что маг упорно предлагал мне остаться в поместье и дождаться его скорого возвращения.

Шли все-то первые сутки после снятия печати Безразличия! Естественно, единственным моим желанием было выцепить в объект любви клещом и тереться о него, словно кошка. Одна мысль о скорой разлуке с только что обретенным любимым вызвала такую боль, что инквизитор всерьез разволновался, глядя на мое чрезмерно бледное лицо и, скрипя сердцем, согласился ехать вместе.

И вот теперь я воочию убеждалась, что в столице инквизитору будет, мягко говоря, не до меня. Судя по суровым складкам, вновь прорезавшим его лоб и резко заледеневшему взгляду, умом он уже был где-то далеко. Там, где ни мне, ни нашей любви не было места. И пусть физически он все еще сидел передо мной, но не нужно было иметь магических способностей, чтобы понять, что в карете угрюмо отстукивает пальцем по стеклу окна уже не внимательный и влюбленный вир Мигре, а сам Верховный Дознаватель инквизиции. Который лишь номинально еще здесь. А ментально уже мчался на встречу преступным элементам, выполняя свои таинственные служебные обязанности, о которых мне знать, опять же, не пристало.

Город мягко мерцал зажженными фонарями и радовал пустыми улицами. Покоряясь непогоде, жители пораньше закрыли магазины и лавочки. Гасли вывески в окнах уютных кафе. Лишь в центре в нескольких больших поместьях еще играла музыка и по улицам разносился шум частных балов. Но на нашей тихой улице вовсю царствовали пасмурные сумерки.

— Делия, я провожу тебя и поеду в Управление — немного сухо произнес маг, когда уставший экипаж, наконец, остановился перед палисадником нашего дома — Ты не обидишься?

— Конечно, — как можно мягче улыбнулась я, прикусывая дрожащую от обиды губу — Я все понимаю. Ничего.

— Точно понимаешь? — нахмурился муж.

— Точно — я глубоко вздохнула и ровно посмотрела на мужчину — Иди. Я же вижу, что ты спешишь.

— Спасибо, дорогая — облегченно выдохнул он и, едва я спустилась со ступенек экипажа, поцеловал в лоб и быстро повел к дому.

За время нашего отсутствия, казалось, ничего не изменилось. Дверь открыл лакей, подтверждая, что новая прислуга не успела испуганно сбежать. По крайней мере, не вся.

Из приоткрытой двери кабинета струился мягкий свет.

— Делия! — почти без удивления воскликнула Гретта, тут же появляясь в холле — Как долго вы добирались…

— Дождь. Дороги размыло — сухо объяснил Дей и тут же, смягчаясь сжал мои ладошки в своих руках — Все хорошо, милая?

— Да, иди — стараясь улыбаться не слишком глупо, прошептала я — Все хорошо. Сейчас пойду к себе, лягу спать пораньше.

— Эм… — неожиданно вклинилась Гретта — Если можно, я бы сперва хотела поговорить с тобой.

— Может завтра? — почти застонала я.

— Это очень срочно — медленно и внятно произнесла Верховная, многозначительно кося на инквизитора.

— Иди, Делия — снова чуть улыбнулся мне муж — Я тоже уже поеду.

— Не рискуй собой — едва слышно шепнула я, вопреки рациональной осторожности привставая на цыпочки и целуя его в подбородок.

— Не разрешай кузине долго себя мучать — в тон мне шепнул он и вернул куда более горячий поцелуй.

— Идем, — со вздохом обернулась я к Гретте.

А потом шагнула в след за ней в кабинет, заметив через плечо, что маг не уходит, дожидаясь, пока за мной закроется дверь.

Едва мы оказались одни, Верховная взмахом руки активировала полог тишины и в раз растеряла легкомысленность облика. Губы ее плотно сжались, а темные брови сошлись над переносицей в сердитую линию.

— Как это понимать, Делия? — холодно спросила она.

— Никак — устало вздохнула я, опускаясь в кресло для посетителей — Считай, что я просто тщательно выполнила указания Ковена.

— Выполнила? — прикусила она губу — Объяснись.

— Вам нужна была моя инициация? — немного злясь, огрызнулась я — Вуаля.

— Инициация, значит — медленно протянула ведьма — А где в этом приказе, скажи-ка мне на милость, звучал хоть намек на снятие печати Безразличия?

Вместо ответа я просто пожала плечами и откинула голову на высокий подголовник. Глаза закрывались сами собой. Дорога не просто утомила. Она вымотала меня окончательно, отдавая ломотой в мышцах и противным першеним где-то глубоко в носу. На лицо была начинающая простуда. И, вместо препирательств с Верховной, куда рациональнее было бы спешно сварить подходящее зелье, чтобы не разболеться.

— Молчишь? — хмыкнула Верховная — Хотя, слова и правда уже излишни. Тем более, что эта новость была свежа два дня назад. И я очень надеялась, что у тебя хватит смелости признаться в этом, еще когда ты сферила из поместья Мигре, чтобы попросить подготовить к твоему приезду спальни.