Мира Гром – Ломать – не строить, душа не болит (страница 5)

Мужчине пришлось постараться, чтобы сдерживать улыбку, так рвущуюся расцвести на лице при воспоминании об этой девушке.

Император приказал допросить пленных служанок и найти комнату принцессы, забрать оттуда все вещи и перенести в выбранный им для временного пребывания дом. А еще заменить неподходящее ей кольцо – знак ее неприкосновенности. Он рассчитывал пробыть здесь неделю. Подавить все возможные мятежи, чтобы пойти войной на следующее государство.

За завтраком как раз собрались самые почтенные лорды и советники. Принятия каких-либо решений не предвиделось и некоторые были со своими женщинами. Дориан ждал, ему не терпелось показать им свою, чтобы все знали, кому она принадлежит, непременно восхищались ей и уважали. А еще мужчина хотел сделать своей женщине подарок, и никак не мог придумать какой.

Тихо скрипнула дверь, и лучший из его слуг взглядом приказал девушке подойти к императору. Она молча подчинилась. Эсми видела полуголых девиц сидящих у ног мужчин и, преодолев на ватных ногах комнату, попыталась присесть на пол, но сильные руки подхватили и усадили на колени.

– Доброе утро, господин, – спокойно поприветствовала она своего хозяина. Ей не хотелось, чтобы он знал, что слуга проболтался о том, чьей рабыней она стала.

– Покорми меня, – приказал Дориан вместо приветствия. Эсмина взяла нож и вилку и аккуратно отрезала кусочек от отбивной, макнула в соус и поднесла хозяину.

Все рассмеялись, наполнив просторный зал резкими звуками. Не понимая, что она делает не так, принцесса невольно поежилась.

– Руками, – прошептал император.

Девушка поморщилась и взяла мясо дрожащими пальцами. Она едва удержала большой кусок, пока варвар жадно впившись зубами откусывал. Смех стих и еще более пятнадцати минут девушка кормила своего господина, стараясь не сильно испачкать руку. А он по-хозяйски держал ее за грудь своей огромной ладонью.

Наконец-то он взял кубок с вином и приказал:

– Теперь поешь сама. Руками.

Эсмина, всегда любившая овощи больше, чем мясо, тут же принялась за салат.

– Вы только поглядите, император себе крыску травоядную взял!– смеясь, сказал один из лордов.

Дориан нахмурился, а девушка понимала, что следовало бы, но не смогла промолчать:

– А вы видимо тот еще козел, раз вас интересует, кто и что ест! – гордо приподняв носик, заявила она. Теперь смеялся император и все присутствующие, только языкатому гостю стало не до шуток.

– Дор, научи свою женщину держать язык за зубами и не дерзить мужчинам! – с вызовом сказал тот.

– Кай, я сам решу чему и кого учить.

***

Император был доволен ее ответом. Он не ожидал, что она вообще посмеет, открыть рот, но сейчас понял: у его мышки тоже есть коготки.

Только вот принцессе кусок в горло уже не лез. У нее дрожали руки, хотелось, чтобы как можно быстрее этот завтрак закончился. Один из лордов схватил свою женщину за волосы, задрал ее юбку из прозрачной сиреневой ткани и усадил на руки, предварительно подставив член.

Принцесса смутилась, ощутив, как ей в ягодицу упирается твердый бугорок. Дориан хотел сейчас поступить так же, он чувствовал, как волна возбуждения накрывает его всё больше и больше. Но, он обещал ей…

– Завтрак окончен, до встречи за ужином, – он резко встал, поставив принцессу на ноги, и жестом приказал следовать за ним.

Как только они вышли из обеденной залы, Дор позвал слугу, сопровождавшего Эсмину и наотмашь врезал ему по лицу. Император замахнулся для второго удара, но девушка успела схватить его за руку и закричала:

– Не надо, господин! – ей не хотелось видеть, как бьют того, кто не может, не имеет права ответить.

– Еще раз увижу, что моя женщина ходит босой, тебя посадят на кол! – рявкнул император.

– Повелитель, вы приказали позвать, обувь не успели принести… – попытался оправдаться слуга.

– Пошел вон с глаз моих! – императора трясло от злости. Он бы избил подчиненного гораздо сильнее, но тонкие руки пытавшиеся удержать его были такими холодными, что он хотел поскорее отвести ее в комнату, закутать в одеяло, прижать и обнимать, пока девушка не согреется.

– Спасибо, что остановились, – принцесса встала на носочки и хотела нежно коснуться губами щеки своего господина, но он повернул голову и сам горячо и страстно поцеловал ее.

Дориан подхватил девушку на руки и понес в спальню. От проявления нежности ему захотелось ее еще сильнее. Казалось, что его мышка уже готова отдаться своему господину, но верилось в это с трудом.

Сама, поцеловав этого мужчину, принцесса вспомнила вчерашний вечер, его язык на своем клиторе, щетину на щеках, слегка покалывавшую нежную кожу между ее ног. Руки тут же вспотели, и по телу разлился приятный жар, который собирался внизу живота, обжигая и с готовностью желая повторить ощущения.

Император закрыл за собой дверь и уложил свою женщину на кровать.

«Вот сейчас он навалится и накажет меня за то, что посмела остановить его!» – подумалось принцессе. Но он лишь завернул ее в одеяло, придвинул кресло к камину и перенес девушку к теплу.

– Посиди тут, пока тебе доставят всё необходимое, – тихо попросил он, – увидимся за обедом.

***

Выскочив из комнаты словно ошпаренный, император быстрым шагом направился в крыло с пленными девушками. Ему надо было сбросить напряжение.

Дориан, не обращая внимания на слуг, ворвался в ближайшую из комнат, где работорговцы держали свой товар, схватил первую попавшуюся девицу за волосы и резким движением разорвал на ней рубаху. Пленница попыталась ударить его, что-то кричала. Сильный мужчина одной рукой придавил ее к столу, загнув в удобную для вхождения члена позу. Он макнул пальцы второй руки в кувшин со сметаной, поднесенный расторопным слугой, провел между упругих девичьих булок, быстро спустил штаны, достал и смазал головку. Потянул девушку за волосы, заставив прогнуться, вскрикнуть от боли. Качнул бедрами и резким движением вошел напряженным членом к девушке в зад. Смазки хватало с лихвой и он начал двигаться то практически выходя, то снова врываясь. Он обеими руками взял свою жертву за бедра, потом за грудь и вот перешел держаться за плечи.

Девица схватила стеклянный графин с остатками морса, так небрежно оставленный новым слугой, разбила его о стол, сжала острый осколок и окровавленной рукой попыталась вонзить его в горло своему насильнику.

Дориан ловко перехватил ее за запястье, заломив руку.

– Дура! – выругался император, выходя из нее, – убрать, пока я не придушил эту тварь! – рявкнул он так, что стекла задрожали. Двое расторопных слуг быстро вывесли рыдающую девушку. Для них подобные вторжения императора были обыкновенным явлением. Правда, эта оказалась первой, дерзнувшей напасть на императора во время сношения.

Мужчине было плевать на жалкую попытку убийства и на эту девку в целом. Он пришел сюда трахнуть кого-нибудь, спустить злость, и спокойно перейдет на другую.

Остальные пленницы рыдали, вжавшись в углы. Император, словно дикий зверь, обвел взглядом и выбрал самую маленькую из них. Пышногрудая представительница лесного народа, увидев, что мужчина смотрит на нее, попыталась юркнуть под кровать, но он успел ухватить ее за косу. Мужчина приподнял над полом, извивающуюся, что было сил девицу. Другая попыталась наброситься на него со спины, но получив хлесткую пощечину, тут же притихла. Император облокотил выбранную пленницу на край кровати, задрал рубаху, смазал и снова ворвался в зад. Разрывая, сжавшийся от страха анус и заставляя девушку кричать от боли. Он брал свое. Завоеванные трофеи ничего для него не стоили. Мужчина хотел лишь одну, пока еще недоступную, но такую желанную.

Спустя примерно полчаса, он достиг пика и семя выплеснулось в зад рабыни. Император вышел, оставив всхлипывающую девушку лежать на смятой постели.

Злость наконец-то прошла. Его раздражала недосягаемость желаемого, но Дор стойко ждал того момента, пока принцесса сама начнет его уговаривать лечь с ней.

– Собрать всех рабынь в большом зале к ужину,– приказал он, направившись свою спальню.

***

Эсмина сидела у камина и касалась пальцами губ. Они горели, как при высокой температуре. Ей понравилось целовать ими Дориана, но девушка боялась себе в этом признаться. Поэтому она просто грелась и думала о том, как ей заставить императора остановить кровопролитие и войны. Она даже не заметила, когда он вошел, и стал наблюдать за ней, прислонившись к стене. Мужчина смотрел на девушку и все пытался понять, как исполнить совет матери, как сделать так чтобы она его полюбила…

– Давно вы здесь?– спросила принцесса, наконец-то заметив своего господина.

– Не очень, – он подошел и нежно поцеловал ее в макушку. У девушки враз все тело покрылось мурашками. Она встала с кресла:

– Присядьте, господин, – попросила она.

– Зови меня, когда никого другого нет, просто Дорианом и не выкай, ладно? – напомнил он, исполнив ее желание.

– Хорошо, – девушка сама села к нему на руки и прижалась к сильному телу.

– Ты согрелась? Тебе все принесли? – поинтересовался мужчина, обнимая ее за талию.

– Да, спасибо.

– Если я попрошу, ты выполнишь? – он хотел сделать это сам, но решил дать выбор своей женщине.

– Смотря о чем… – растерялась принцесса.

– Поцелуй меня, Эсми. Сама. Как жена целует мужа…

– Я не умею, – прошептала Эсмина, залившись ярким румянцем.