Мира Гром – Экзамен на выживание. Чаю, профессор? (страница 3)
– Стой! – рявкнул он, чем вызвал прямо противоположную реакцию.
Я побежала со всех ног, желая найти место, где он меня не достанет. Нужно избавиться от этого психа и потом уже думать, как вернуться домой.
Заскочила в первую попавшуюся дверь и подперла ее спиной, а заодно нашла источник запаха.
Белокурая девушка склонилась над небольшим котелком и закинула в него какое-то перышко. Из котла тут же вылетели искры. Она чихнула и рассмеялась.
– Чаю хочешь? – оптимистично поинтересовалась у меня.
– Нет, спасибо… – Я помотала головой, а мой преследователь как раз навалился на дверь.
– Кто там? – Девушка отошла от стола и направилась к двери.
– Псих какой-то! – честно ответила я, с трудом удерживая свой последний рубеж обороны.
– О, психов я люблю! – снова рассмеялась она, осторожно отодвинула меня от двери и распахнула ее на полную.
– Уйди, глюк! – Проклятый аристократ одним движением руки превратил девушку в облачко тумана и с ненавистью уставился на меня.
Не став ждать его дальнейших действий, я решила притвориться мертвой или хотя бы потерявшей сознание и медленно сползла по стеночке на пол, прикрыв глаза.
Видимо, он не ожидал подобного фокуса, хотя это классический женский прием, и подошел достаточно близко, чтобы получить с ноги в пах.
Одно движение, немного везения, и аристократ тут же сложился пополам, заскулив от боли.
– Вот и нечего приставать к приличным девушкам! – пробурчала я, мигом вскочив на ноги и рванув куда подальше.
Когда я распахнула следующую дверь, за ней показался густой, практически непроходимый лес.
Я сглотнула и уже было собиралась захлопнуть ее, как услышала тихий, тоненький голосок:
– Ай… Ай-яй!
Посмотрела на кота, он недовольно уставился на меня. Правда, принять решение это не помогло.
– Уа-ай! – снова донеслось до меня, словно взывая о помощи.
И, главное, писк такой тонкий, словно детский, жалобный…
Не успев хорошо подумать, я выскочила и закрыла за собой дверь. Может, повезет и моему преследователю достанется другое испытание?!
Стараясь не думать о том, что я осталась одна в лесу (компания кота не в счет), медленно направилась на звук и буквально за соседними кустами моему взору открылась странная картина. Большая птица, чем-то похожая на ворону, только раза в три крупнее, что-то пыталась клевать между больших корней раскидистого дерева.
Наклонилась, подхватила сухую ветку и грозно замахнулась ею на птицу:
– Кыш! Давай, проваливай, чудище пернатое!
– Квир-вар! – отозвалась ворона-переросток и совершенно спокойно отошла чуть в сторону.
Держа палку так, чтобы в случае чего стукнуть ей птицу, подошла ближе и заглянула меж корней.
Ромео спрыгнул с рук и плотоядно облизнулся, тоже заметив крошечного птенца.
– Квир-вир! – Птица расправила крылья и грозно захлопала ими на кота.
– Не смей, паршивец! – пригрозила ему, а сама осторожно просунула руку и достала малыша.
– Квир-вир, квир-вир! – Ворона тут же встрепенулась, переступая с лапы на лапу. Неужели она так радуется? Малыш вспорхнул из рук, активно захлопал крыльями, но взлететь так и не смог, плюхнулся на землю и побежал к своей мамке.
Интересно, это была проверка на милосердие? И сколько еще таких будет?!
– Иди сюда, вредина, – позвала Ромео, снова подхватила на руки, пока не смылся, и пошла искать какую-нибудь дверь. Хотя откуда ей взяться посреди леса?!
Только успела об этом подумать, как под ногой хрустнула ветка, и с диким воплем я ушла под землю.
Ни за что, никогда не позавидую Алисе, которая упала в кроличью нору. Моя многострадальная попа прочувствовала каждый сантиметр, пока я ехала на ней куда-то вниз.
Выбросило меня все на ту же треклятую площадку с арками. Выругалась на чем свет стоит, встала и решила выбрать арку зеленого цвета. Ну а что? Я люблю его, может там будет чуть легче…
Надежда умирает последней, но я хоть согрелась под палящими лучами пустынного солнца. Отбитый зад безбожно болел, горячий песок обжигал ноги, полуденные лучи пекли в макушку, и главное, что кроме бесконечных барханов, здесь ничего не было.
– Ма…ау… – возмутился Ромео. Даже представлять себе не хочу, насколько жарко сейчас этому пушистику.
– Потерпи, мой хороший. Ничего, скоро мы отсюда выберемся! – попыталась успокоить нас обоих, нервно облизав пересохшие губы.
Безбожно хотелось пить. Я готова была все отдать ради всего лишь одного глотка воды.
Хотя на самом деле странно, почему мне так резко захотелось пить. Я ведь здесь и провела-то не более пяти минут… Явно эта пустыня необычная.
Медленно переставляя ноги, я плелась в никому неизвестном направлении, пока окончательно не закончились силы.
– Нельзя сдаваться. Нужно бороться! – сказал бы мне сейчас какой-нибудь психолог, но… Вот он бы пусть здесь и сидел, а я была бы рада сейчас даже нелюбимой общаге.
Без сил плюхнулась на песок и даже кота отпустила. Куда он здесь денется? Никуда, а по отдельности нам может будет хоть немного прохладней.
Провела рукой, пытаясь снять верхний и горячий слой и заметила крошечный росток, пробившийся из-под земли, и едва показавший солнцу свои еще не сформировавшиеся листики.
Не успев прорасти, он уже практически завял. Была бы у меня вода… Хоть немного…
За неимением других вариантов, наклонилась к самой земле и плюнула на него.
Песок тут же впитал влагу, но листики буквально на глазах стали крупнее.
– Мау? – Ромео подошел ближе и собирался откусить зеленый побег.
– Эй, ну что ты творишь?! – возмутилась я и сгребла его в охапку.
– Ма-у-у! – Он недовольно завертелся в руках, даже попытался укусить, но не тут-то было. Я уже очень давно научилась уворачиваться от его зубов и когтей. Еще буквально полгода назад у этого мохнатого паршивца детство играло в попе, и он постоянно пытался играть, травмируя всех, кто попадался ему под лапы.
Листики снова поникли, и я опять повторила свое непристойное действо.
Не знаю, сколько прошло времени, но совсем скоро передо мной уже был вполне себе зеленый кустик травы. Ромео хищно облизывался, глядя на него, но вырваться из моих цепких рук никак не мог.
Наверное, стоило пытаться встать и пойти дальше, но у меня с собой совершенно ничего не было, чтобы можно было забрать с собой бедный цветочек. Хотя…
Единственным, что могло помочь мне перенести растение вместе с небольшим количеством земли, – красные кружевные трусики, которые я успела надеть вчера после душа.
Воровато озираясь по сторонам, быстро стащила с себя этот пикантный элемент гардероба и вернула шорты на место.
К моему огромному удивлению, Ромео прореагировал на данное действо совершенно неожиданно: он опустил голову и накрыл морду лапой, разве что осудительно не цыкнул на меня. Ну и ладно, вот еще котов я не стеснялась…
Кое-как пальцами выкопала кустик и запаковала его в новенький красный «горшочек», вздохнула о сломанном ногте и встала.
– Пошли, Ромео. Надо выбираться отсюда, пока не превратились в яичницу! – поторопила мохнатого, а то он совсем не горел желанием куда-то тащить свой пушистый хвост.
Правда, когда я повторно провалилась под землю, кот сиганул следом со скоростью выпущенной пули и даже обогнал меня в полете.
Шлепнувшись задом о неизменный рисунок все той же площадки, я вспомнила, кажется, все нецензурные слова, которые только слышала когда-либо.
Мой незатейливый преследователь смерил меня удивленным взглядом и даже челюсть отвесил, разве что не достал блокнот и не начал записывать за мной, но мне уже было не до него. При попытке встать в копчик стреляло острой болью, и от этого подкатывала паника.
– Набегалась? – спросил аристократ, когда я замолчала.
– Угу… – простонала, морщась от незабываемых ощущений.
– Пошли тогда! – с нажимом произнес он.
Кряхтя, пыхтя и продолжая материться, я кое-как встала, даже приняла протянутую руку, потому что у самой, казалось, совсем не осталось сил.