Мира Форст – Сойти с ума (страница 17)

Между скаженными в погребке устанавливалось поочередное дежурство. Доббин заранее составлял список дежурных на месяц, и ежедневно пара поселенцев помогала с раздачей блюд, уборкой со столов и мытьем посуды.

− Я уже знаю, кого можно ставить в пару, а кого нет, − пояснил Модсли графине. — Лучше всех работает парочка Изабель — Молли.

− Они же все время ссорятся, − удивилась Бригитта.

− У эльфиек дух соперничества зашкаливает. Девчонки постоянно пытаются обогнать одна другую, вот и стараются.

− Ясно. А откуда столько еды? — полюбопытствовала девушка. Она наивно предполагала, что придется питаться орехами да ягодами.

− Бригитта, лес-то вокруг нас непростой. Ты заметила цветы?

− Такую красоту трудно не заметить, − естественно обратила внимание графиня на необычные растения со светящимися сердцевинами.

Изумрудные, коралловые и аметистовые цветы выглядывали над землей пышными шапками. Никаких листьев или стеблей, только чашечки с лепестками.

− Мне неизвестно назначение всех цветов, − поделился Доббин, − но тот, что с аметистовыми лепестками — цветок от хвори. Так что, если простудишься или другой какой недуг одолеет, цветок возле себя подержи.

− Здорово! — обрадовалась Бригитта такой возможности не болеть.

− А теперь представь, сколько за такое чудо готовы платить те, у кого есть чем платить.

− Вы продаете цветы, − догадалась графиня Янссен.

− Редко, − удивил Доббин. — Только когда заканчиваются деньги. Волшебные растения чуют ложь, по-другому я и не знаю, как это еще назвать. Я как-то взял такой цветок, думал себе монет припасти, так лепестки почернели и опали. А когда вынес на продажу, чтоб скаженным всего купить, так с ним все путем было.

− Интересно, − задумалась Бригитта над таким чудным явлением.

− Последняя продажа два года назад состоялась. Деньжат месяца на три осталось. Надо нового покупателя искать. Присматриваемся уже к знахарям разным. В прошлый раз псевдомагу одному продали, а еще раньше богатею из родовитых. Тут ведь осторожность требуется, не ко всякому богачу с таким предложением и соваться стоит. Могут королю сдать или выследить.

− У меня есть украшения с собой. Можешь их продать. Они дорого стоят, а подозрений не вызовут, − предложила Бригитта.

− Ну, если тебе не жалко.

− Совсем не жалко, − решила пустить девушка подарок генерала Волфуорта на благие цели.

− Доббин, расскажи, как ты попал сюда и почему принимаешь такое участие в скаженных? − попросила она.

Модсли совсем не прочь был поболтать с хорошенькой девушкой, потому обстоятельно выложил Бригитте всю информацию о себе и об устройстве поселения.

− Мне ведь виселица грозила за разбойные нападения на купеческие лавки, − честно признался он. — Я сразу согласился таблеточку безумия принять, когда ко мне в распределитель старик один пожаловал с таким предложением. Хитрый лис, знал, что у меня награбленное добро схоронено. Мы с ним обмен и совершили, я ему место тайника выдал, а он мне таблетку дал.

− Доббин, − прервала его повествование графиня, − а как тебя защитная преграда на мосту пропустила?

− Признаться, я сам тогда удивился. Как на преграду при переходе через разлом наткнулся, струхнул сильно. Но все же прошел. Есть у меня мыслишка одна на сей счет. Думаю, лес иногда пропускает самозванцев для того, чтобы мы помогали выживать скаженным. Ведь иначе пропадут тут свихнутые, если им быт не организовать.

− Дома в поселке ты строил?

− Нет, что ты. Они уже до меня тут стояли. Я теперь только с ремонтами помогаю при необходимости. В поселке, на день моего появления в нем, пять десятков скаженных проживали и один нормальный дядька среди них. Он-то и обрисовал весь расклад. К лазу привел, объяснил, как капибар с помощью сон-цветка легко с фермерских дворов уволакивать. Можно сказать, я у него эстафету принял за скаженными приглядывать. Потом год за годом еще двое ребят объявились, таких же, как мы с тобой. Стали подсоблять здорово.

− А куда делся твой предшественник? — полюбопытствовала Бригитта.

− Затрудняюсь ответить, − выдал Доббин. — Ушел однажды и не вернулся. В этом лесу нет правильных дорог. Думаешь, что по знакомой тропинке идешь, а она совсем в другое место выводит.

− У него не было компаса?

− Был.

− Может, он просто покинул Скаженный лес, раз ход имеется? — предположила Бригитта.

− Возможно и так, − не стал отрицать подобного варианта Доббин Модсли.

− Почему ты не уходишь?

− Не хочу, − признал помощник скаженных. — Тут мой дом теперь. И, думаю, предшественник мой тоже не ушел. Любил он лес.

Бригитта обживалась, привыкала, помогала по мере возможностей и через некоторое время стала замечать определенный мужской интерес со стороны Доббина и его товарищей. Могла ли она ответить кому-то из них? Как и любая девушка, графиня хотела встретить свою любовь, хотела сильных чувств, страсти. Но до сих пор только слышала, что так бывает. Ей нравились парни, которые променяли виселицу на Скаженный лес и теперь помогали несчастным безумцам. Но, если мужчина просто нравится, это ведь не то же самое, что любить? Она много размышляла по этому поводу. Но не могла решиться окончательно и сделать выбор.

Было и еще кое-что, некий барьер, останавливающий девушку. Бригитта выросла в родовитой семье, получила соответствующее статусу образование и воспитание. Она никогда не якшалась с преступниками, пусть и с бывшими, но все же преступниками. Разница менталитетов ощутимо влияла на ее суждения в делах сердечных. Графиня признавалась самой себе, что ей гораздо интереснее, чем с Доббином, общаться со скаженным магом, который в прошлом был ее круга.

Первое знакомство Бригитты с чокнутым Ханом, как его все тут называли, состоялось в погребке. Тридцатилетний Хан сам изъявил желание поближе сойтись с ней.

− Я чувствую в тебе родственную душу, − сообщил девушке маг. — Нам непременно стоит пообщаться. Но не среди плебеев, − многозначительно глянул он на Доббина.

Тот только хмыкнул, но ничего не сказал на этот выпад.

Какой колоритный персонаж, − разглядывала Бригитта высокого мужчину. Он носил модную прическу, серьгу в ухе и одевался в претенциозную одежду.

Она приняла его приглашение и с тех пор стала частой гостьей в доме, который Хан делил с художником Саяном. Большую общую светелку разделили ширмой на две комнаты. В своей части маг устроил что-то наподобие лаборатории, заставленной колбами и горшками с цветами. Еще у него проживали коты, на которых он испытывал действия приготовленных им эликсиров из растений. Вероятно, именно эликсиры Хана несколько изменили внешний облик котиков. Шкура одного светилась в темноте, у второго отросли слишком уж длинные клыки.

Иногда Хан вел себя, как самый обычный человек. И в такие минуты Бригитта с удовольствием обсуждала с ним персонажей прочитанных книг, верховую езду, строительство кораблей, портновское искусство и светскую жизнь.

Он увлекался цветоводством и посвящал Бригитту в тонкости и нюансы каждого растения.

− Герань дезинфицирует воздух, − пояснял Хан. — Мирт успокаивает нервы. Росянка дает густой сироп, на который липнут насекомые. Смотри не наступай на нее, а то тоже прилипнешь.

− Хорошо, не буду, − смеялась Бригитта. — Рассказывай дальше. Что это за цветок с полированными листьями?

− А, − поджал губы маг. — Это денежное дерево. Но оно, зараза, никак не работает.

Бригитта опять смеялась, чем вызывала неудовольствие собеседника.

Как и предупреждал Доббин, Хан быстро утомлялся, мысли мужчины начинали путаться, и тогда лучше было оставлять его в покое.

С художником графиня также нашла общий язык. Она по-настоящему оценила талант Саяна, чем несомненно расположила к себе тонкую натуру скаженного гения.

Бригитта никак не могла взять в толк, как с помощью одной краски получается создавать такие потрясающие полотна.

− Это мое воображение, − делился с ней художник важным и личным. − Я представляю в своей голове пейзаж целиком и делаю все листья, все цветы, все предметы только желтыми. Или только оранжевыми. Или только красными. А у каждой краски такое количество оттенков, что выписать детали, когда уже придуман сюжет, несложно.

Последствием дружбы с Саяном стало то, что живописец избрал именно Бригитту в качестве слушательницы пришедших ему в голову новых художественных идей и образов. А так как посещали они творческую личность исключительно ночью, девушке приходилось вставать с постели, открывать дверь и выслушивать хаотичный поток слов. Бригитта сонно кивала, соглашалась с нестандартным видением будущего шедевра, а наутро напрочь забывала, что он ей там говорил. Но Саян этого не знал и был весьма доволен своей новой подругой.

У художника подходили к исходу холсты с красками, старик Геральд потерял цветные линзы, в погребке заканчивались запасы коньяка для Даниэла, Изабель и Молли желали обновить гардероб, а Лорик страдал без кофе.

Все ждали возвращения Доббина.

Наконец его сани показались на заснеженной дороге.

Население восточного поселка, заслышав слаженный бег лошадей, заторопилось за гостинцами.

Бригитта также поспешила к погребку, куда Доббин обычно направлял сани, нагруженные тушками капибар. Косолапый медведище от девушки не отставал.

Радостная улыбка на лице графини Бригитты Янссен сменилась выражением крайнего ужаса.