Мира Форст – Музей неприятностей (страница 57)
− Теренс, ты не сомневаешься в правдивости сказания? – как всегда не смогла удержаться от шпильки Галия. – Припремся мы сейчас в эту Мертвую пустошь, а там нет ничего. Сколько времени потеряем. Три часа лету только в одну сторону.
− Галия, не забывай, я какое-то время жил в долине Туманов, − напомнил женщине ректор. – Перевертыши знают о ключе и боятся, что однажды он отыщется. Поэтому настаиваю выдвигаться без промедления. Если панциреобразные прознают о ключе, они попытаются им завладеть во что бы то ни стало. И будьте уверены, уничтожат его навсегда.
− Надо же, − добавил он. – Разгадка была под самым носом, и столько времени никто не обращал внимания на почерневший ключ.
− Я же говорил, не зря Аглая на Фортуне оказалась, − улыбнулся мне декан Краус.
− А мы ее утилизовать хотели, − усмехнулся Холиус.
− В общем так, − сказал Теренс, − Краус остается в Академии за старшего, Аглая и студенты сидят дома, а мы отправляемся в Мертвую пустошь.
− Что?! – возмутилась я.
− Маленькая, − приобнял меня за плечи Дэймон, − Теренс прав. Рядом с Мертвой пустошью опасный участок – граница с территорией перевертышей. У них отличный нюх, особенно на людей. Тебе лучше остаться дома.
− По-моему, это несправедливо, − совсем неожиданно встал на мою защиту Холиус. – Аглая нашла ключ и догадалась связать его со словами из сказания. Она должна идти. А по поводу нюха панциреобразных – воспользуемся их же разработкой – амулетом сокрытия сущности.
В эту минуту декан черных драконов казался мне просто душкой, и, если бы не свирепый взгляд другого черного дракона, я бы его поцеловала.
− Я тоже иду, − твердо заявил Бранк. − Если вы забыли, книгу нашел именно я.
− Ладно, черт с вами, − махнул рукой ректор.
− Даже не думайте, что я в стороне останусь, − испугалась Тамара, что нас с Бранком возьмут, а ее нет.
− А тебе там делать нечего.
Естественно, это сказал Райн.
− Между прочим, я одна из лучших на курсе, − не сдавалась студентка. – Декан Холиус может подтвердить. Я сильная и хитрая.
− Подтверждаю, − согласился Холиус.
− Довольно препираться. Раз умеет драться, пусть идет, − положил конец спорам Теренс.
Уже через несколько минут Дэймон подсаживал меня в корзинку. Мотя запрыгнула следом.
− Почему Аглая полетит в корзинке, а я в клетке? – накинулась Тамара на Райна.
− Потому что Аглая у нас на особом положении, − в своей излюбленной насмешливой манере ответил ей красный дракон.
Бранка и Бережь №5 взялся переносить Вилс. А корзину с ректором подхватил черный дракон Холиуса.
Теренс заметил мой недоуменный взгляд и решил пояснить.
− Аглая, я не летаю. Перевертыши выкрали меня из долины Зноя, когда я был еще младенцем. Они ставили надо мной всевозможные эксперименты. В пятнадцать лет мне удалось бежать. Но, к сожалению, при мощном потенциале выпустить дракона, проводимые опыты убили во мне этот шанс.
Посмотрела на некрасивого, но умного и сильного мужчину по-новому. Так вот откуда разноцветные глаза, да и вообще полный диссонанс во внешности. Пятнадцать лет над этим человеком издевались, а он не сломился, наоборот, достиг положения в долине Зноя и добился всеобщего уважения.
Как и говорила Галия, дорога до Мертвой пустоши заняла около трех часов. Пока еще было светло, я любовалась полетом драконов разной масти, ведь мне впервые открылось подобное зрелище. Когда начало смеркаться, обняла спящую Мотю и тоже закрыла глаза.
− Маленькая, мы на месте, − разбудил меня Дэймон.
Он, как и остальные драконы, уже принял человеческий облик.
− Дальше идем пешком, − принял решение ректор.
− Почему нельзя долететь до самой пустоши? – спросила Тамара.
– Драконов перевертыши засекут, − пояснил Холиус, − а так есть шанс добраться незамеченными.
− Идеальный расклад, − усмехнулся Райн. – Ночью пробраться на развалины и умыкнуть парочку драконов прямо под носом у тварей.
− Ты их не боишься, да? – поморщилась Тамара от грубого слова.
− Я их ненавижу, − был ей ответ.
Подумала, что Райн, наверное, всю жизнь будет помнить, как они с отцом сражались за жизнь в котловане с молниями и о том, по чьей вине там оказались.
Мы шли минут сорок. Постепенно глаза привыкли к темноте, но по сторонам я не глядела, приходилось сосредотачивать внимание на том, что под ногами. Дорога – сплошной камень. Дэймон все это время крепко держал меня за руку, всякий раз поддерживая, стоило мне споткнуться.
Холиус галантно предложил Марго взяться за его локоть. Они тихо переговаривались. Полагаю, герцог выяснял причины, отчего Дэймон печется обо мне, а не о своей невесте.
Галия и Вилс предсказуемо держались вместе. Их белая кожа и утонченная красота идеально гармонировали друг с другом. В ночном мраке со своими фарфоровыми лицами они казались мне прекрасными потусторонними персонажами.
Бранк помогал не свалиться на камнях Тамаре. Девушка предпочла бы помощь Райна, но тот демонстративно ушел вперед к Теренсу. Ректор сверялся с картой и задавал всем направление.
Замыкал нашу группу Бережь №5.
Идти совсем тихо не получалось. Иногда камни отлетали от подошв обуви, ударялись о другие камни и издавали глухой звук. Особенно шумела Тамара. Райн даже шикнул на нее, на что девушка заметила:
− Может, понесешь меня на руках?
В другой раз я бы улыбнулась их пикировке, но при данных обстоятельствах неуместная игривость студентки раздражала. Вокруг слишком темно, слишком тихо. Подозрительно тихо.
− Вот и Мертвая пустошь, − донесся голос Холиуса.
− Ты что, бывал здесь? – спросила Марго.
− Один раз, в студенческом возрасте. Нас приводила сюда преподавательница истории драконьих рас.
− Ого! – удивилась Маргоша. – Когда я училась, нам такой экскурсии не предлагали.
− Проводить уроки здесь запретили. Из-за перевертышей. Твари стали часто появляться в пустоши. Происходили стычки, несколько студентов погибло.
Меня вдруг бросило в жар. От слов Холиуса? Предчувствия? Предвкушения? Сжала в ладони серебряный ключ. Показалось, или ладонь стала горячей? Сердце отчего-то забилось, сильно-сильно. Прильнула к Дэймону.
− Что ты, маленькая? – обнял, спросил ласково. – Не бойся. Опасный участок мы миновали. Осталось только отыскать нужный некрополь.
Его слова и ощутимая защита немного успокоили. К тому же в пустоши оказалось достаточно светло, как будто не ночь вовсе, а сумерки. Над головой нависали облака. Они-то и выступали отражателем света с земли, создавая иллюзию светлого неба над головой.
Жар не унялся, но хотя бы дыхание выровнялось. Огляделась. Вокруг – бескрайние руины, хаотично разбросанные камни среди сохранившихся могильных плит и мавзолеев.
− Ищем дверь, к которой подойдет наш ключ, замок в виде дракона, − постановил ректор. – Рассредоточиваемся, но не теряем друг друга из виду.
Теренс говорил еще. Мне же становилось нехорошо, к горлу подступила тошнота, все звуки неожиданно усилились, что было непривычно моим ушам, оттого неприятно. Старое кладбище серебряных драконов действовало на меня угнетающе.
Предполагаю, именно мое маетное состояние и позволило раньше остальных увидеть нечто непредсказуемое.
− Райн, берегись! – крикнула я, с силой выталкивая этот крик из себя.
Горло царапало, как при ангине. Заболела я, что ли?
Реакция правителя красных драконов была молниеносной.
− Я думал, ты влюблена в меня, − с усмешкой произнес Райн.
− Я мечтала отомстить тебе за подругу! – зло выплюнула Тамара.
Черты лица девушки искажались. Она изменялась, на глазах у всех превращалась в монстра. В перевертыша.
− Уж не про ту ли гадину ты говоришь, что сбросила меня в котел с молниями? Ту, что я потом самолично казнил? – дразнил разъяренную девушку Райн.
− Надо было тебе сдохнуть в том котле! – бросилась на него уже не знакомая мне Тамара, а панциреобразное существо.
В голове сложились части пазла. Гриш и Тамара все время хотели есть, потому что не могли наесться человеческой едой. Гриш и Тамара пропустили праздник, где студентов обливали водой. Тамара говорит, что Гриш моется под душем, но звука льющейся воды не слышно. Гриш отпрыгивает от опрокинутого ведра с водой, когда помогает мне сажать грушевые деревья. Вода могла выдать, ведь под ее струями твари меняют сущность. Брат с сестрой, а скорее всего и не родственники вовсе, являлись шпионами и успешно прятались за амулетом сокрытия сущности. Академия и салон изготовления фамильяров идеально подходили для наблюдения и добычи сведений. Тамара успешно притворялась влюбленной в Райна, тем самым используя меня и подступаясь все ближе к красному дракону.
Боже, они могли съесть меня в любую минуту.