Мира Форст – Музей неприятностей (страница 39)

− Ясно, − отдала я ему очки. – Куда дальше?

− К айсбергам не полетим, − решил Вилс. – Они все время двигаются, трудно найти безопасную смотровую площадку. Да ее и нет попросту.

− А «Закрытая зона»? Что там? – вспомнила я указатель на мосту.

− Тебе туда нельзя, − отрезал правитель.

− Почему?

− Там пограничная зона с долиной Туманов. Прорывы перевертышей случаются почти ежедневно. Пока их удается сдерживать. Благодаря фамильярам шпионам, мы, как правило, заранее знаем о планируемых масштабных вторжениях.

− Они так хотят попасть на земли белых драконов? Зачем?

− Не к белым драконам, − пояснил Вилс. – Им нужны территории. Перевертыши пытаются завладеть всеми долинами. Им все равно в каком климате жить. Эти существа адаптируются к любым условиям.

Опять странное чувство тоски. Белоснежные драконы сдерживают ледники, борются с буранами, дают отпор перевертышам, а моя драконница в этом участвовать не может.

Вилс подхватил меня, и наваждение прошло.

На этот раз дракон приземлился в жилом секторе.

Оказывается, и в заснеженных ледниках может кипеть жизнь. Целый город! Даже магазины имеются. Кафе, банк, аптека. Все постройки выдержаны в едином стиле. Дома из камня – мини-айсберги с обязательными площадками-выступами.

Жители почтительно здоровались с Вилсом. На меня поглядывали с любопытством.

− Аглая, у меня много дел. Покажу тебе еще развлекательную зону нашей долины, потом ты отправишься домой.

− Конечно. Спасибо тебе за экскурсию. А что за развлекательная зона? Не припомню такого указателя.

− «Снежные горы», − улыбнулся дракон.

«Снежные горы» представляли собой что-то вроде курорта. Я увидела, что белые драконы не только вкалывают на благо всей Фортуны, но и умеют отлично веселиться.

Драконы в своей чешуйчатой сущности катались с высоких гор. Тут были и женские, и мужские особи. Я уже научилась различать их между собой. У драконниц морды более приплюснутые, а у мальчиков – вытянутые.

Съезжали прямо на лапах. Или катились кубарем. От их тяжести с макушек горных вершин валились снежные шапки. Драконы забавлялись тем, что стремились спуститься к подножию горы раньше лавины. В любом случае, удавалось им это или нет, они радостно гудели от пережитых эмоций.

С гор поменьше катались в человеческом виде. На санках или ледянках.

Внимание правителя привлекли двое мужчин. Они направлялись в нашу сторону.

− Аглая, мне надо переговорить с караульными. Жди меня здесь.

− Вилс, могу я скатиться с горы?

Он с сомнением смотрел на меня. Колебался.

− Пожалуйста-пожалуйста. Всего один разочек, − упрашивала я.

− Хорошо. Скатись.

Он кликнул первого ближайшего к нам дракона и велел тому поднять меня на гору.

Вилс не уточнил на какую гору, и я оказалась на той, с которой катались чешуйчатые.

Так даже лучше, − уселась я на ледянку. Они валялись тут в свободном доступе. Пристроилась за двумя драконами и оттолкнулась.

Такой азарт! Такой восторг! Драконы гудели, я кричала.

А вслед катилась снежная лавина.

Драконы быстро оторвались от меня. Видимо, из-за них я сразу и не расслышала наползающего шквала. А когда парочка скрылась с моих глаз, обернулась на шум.

Мамочки! Мне не уйти от этой лавы!

Попыталась помочь себе руками. Но это были совершенно бесполезные действия. Снег с головой накрыл меня, закрутил в снежный ком. Я не успевала ни думать, ни производить каких-то спасательных действий. Меня вращало так, словно я белье в центрифуге.

Вот, значит, как я умру. Поглощенная снежной лавиной.

Не умерла.

Из смертельного круговорота выдернул белый дракон. Вилс.

Висела в его лапах тряпочкой. Удивительно, но шнурок с теплячком с моей шеи не слетел, и я не мерзла. Но одежда естественно намокла, от сырости было очень некомфортно. Болели все косточки. Вообще, все-все болело. Тем не менее, несмотря на мое плачевное состояние, кое-что, а вернее, кое-кого заметила.

Вот что значит связь со своим фамильяром. Я скорее почувствовала, чем увидела Мотю.

Гиена бултыхалась в той самой лавине, которая смела меня. Она снова и снова выпрыгивала из снега, потом пропадала в нем с головой.

В попытке привлечь внимание своего спасителя, стала трясти его за лапы. Даже ущипнула.

Вилс чертыхнулся. Зыркнул тяжелым взглядом. Но сейчас меня было не напугать. Я переживала за Мотю. Замахала усиленно руками в ту сторону, где моя фамильярка боролась за жизнь. Говорить после катания с горы я пока не могла.

Дракон понял. И увидел.

Через пару секунд гиена болталась в драконьей пасти и вела со мной мысленный диалог.

− Мотя, как ты там оказалась?

− Ощутила, что тебе нужна помощь и переместилась в пространстве.

Я чуть не прослезилась. Но заметила, что морда у гиены подозрительно довольная.

− Эй! Ты и впрямь спасать меня собиралась или хотела с горы скатиться?

− Одно другому не мешает, − заюлила пройдоха.

− То есть ты вовсе не боролось за жизнь, когда в снегу скакала, а развлекалась?

− Аглая, что ты прицепилась. Ну да, мне было весело. Круто же!

− Отлично! Моя фамильярка не только обжора, но еще и адреналинщица.

− Ты сердишься?

− Не сержусь. Я безумно зла на тебя.

− А вот я тебе сейчас скажу кое-что, и ты перестанешь сердиться.

− И что же такого занимательного ты мне можешь сказать?

− Пока вас с Вилсом не было, я с его тигром подружилась, − гордо сообщила Мотя.

− И что?

− Он мне некоторые секреты своего хозяина приоткрыл, − сделала Мотька эффектную паузу.

− Я больше не сержусь. Говори.

− Вилсу Марго нравится. Но он прогоняет мысли о ней. Считает, что не имеет права желать невесту другого. А с Галией у него давняя и запутанная связь. Он ее любил когда-то. Но сейчас былых острых чувств к деканше точно не питает.

− Надо же, тебе удалось такое узнать. Скажи, а как так получилось, что фамильяр Вилса выболтал тебе его секреты?

− Могу же я для кого-то быть неотразимой, − довольно зажмурилась гиена.

Правитель приземлился на один из выступов во дворце, протянул шею в открытую дверь какой-то комнаты и без всякой любезности кинул нас с Мотькой на диван. Затем принял человеческий облик и шагнул внутрь.

Ух, как он орал!