Мира Форст – Код – «Выжить» (страница 4)
– Ты ж все просмотрел, – ухмыльнулся Дима. – Короче, слушай. После того, как мы тебя в подвал запихнули, Анзор велел сопровождать его к парочке одной стремной. Наркоманы конченные. Денег ему задолжали. Кругленькую сумму. Раньше-то все папаша богатый за них расплачивался, а тут взбрыкнул. Отказал деткам в помощи. Анзорчик об этом прослышал, вот и собрался молодежь потрясти на предмет возврата долга. Только мы добрались до них, как началось светопреставление. Небо в один миг серой дрянью затянулось. Воздух таким спертым стал, дышать невозможно. А потом палить начали. Анзор тогда и скумекал, что корабли это в небе, с них снаряды и выпускают. Машины как игрушечные переворачивало. Мы у этих Лопухиных в вагончике отсиделись. Он во дворе деревянного дома стоит. Я так понял, хозяйка дома брату с сестрой сдает этот вагончик. У них видать совсем денег нет на приличное жилье. Все спускают на дурь свою.
– Лопухины? – подумал Егор, что речь идет о детях легендарного мецената. Слишком много совпадений – богатый отец, непутевые дочь с сыном.
– Фамилия точно такая, – подтвердил Дима. – Анзор называл. Девку Изольдой кличут, а мудилу Иннокентием. Погодки они. Кешке двадцать пять, а сеструха ровесница моего Илюхи – двадцать четыре.
Егор не помнил, как зовут детей Лаврентия Лопухина, но предположил, что все-таки не ошибся. Получается, он им не сказал о космолете? Бросил на произвол судьбы? А где их мать? Он от кого-то слышал, что жена Лопухина та еще штучка.
– В общем, отсиделись мы, – продолжал рассказ Дима, – как обстрел закончился, вылезли наружу. А там фигня полная. Корабли инопланетные будто растворились, а заместо них на земле эти лысые с автоматами появились.
– Они что, все лысые?
– Вообще на одно лицо. Близнецы полные.
– Роботы?
– Вряд ли. Болтают они. И, если грохнуть такого, натуральная кровь из раны течет. И людей жрут. Роботы ведь не жрут?
– Так ты правду сказал, что Анзора съели? – Егору стало сильно не по себе.
– Ну, да. Он велел в поселок возвращаться. Наркоши с нами увязались. Тряслись от страха. Анзору вроде девка приглянулась. Симпатичная она. Чернявенькая такая. Вот он и разрешил им в машину сесть. По пути на группу пришельцев наткнулись. Палить по нам из автоматов стали и через лобовуху в Анзора угодили. Он руль из рук выпустил, заваливаться начал и видать ногой педаль тормоза зажал, я руль-то успел перехватить, не дал машине перевернуться, но встала она. Анзор на дорогу вывалился. Не знаю, жив еще был или отошел уже. Так лысые на него накинулись и прямо рвать на куски стали. Жуть. Я такого ни в одном ужастике не видел.
– Обалдеть, – не укладывалось в голове Егора, что такое возможно.
– Вот-вот. Обалдеть. Мы с Илюхой выскочили, огонь открыли. Оружие-то всегда при нас, когда мы на службе. А пули от скафандров отскакивают. Представляешь? Я тогда реально, чуть в штаны не наложил. Еще и торчки эти верещали, словно резанные. Лучше бы их сожрали. Хорошо, Илюша сообразил патроны разрывные достать. Тогда-то мы с лысыми и расправились. Так пока расправлялись, Лопухины нашу тачку угнали.
– Ловко, – подивился Егор такой прыти.
– Гаденыши, – ругнулся Дима и вдруг запел песенку:
Егор покосился на него, а Дима опустил со своей стороны стекло и выстрелил из глока в голову лысого пришельца, выскочившего на дорогу.
– Это аниме, – услышал Гончаров голос Ильи.
– Что? – растерянно спросил Егор, объезжая труп в скафандре.
– Песенка из аниме, – улыбнулся Илья.
Глава 2. Код – выжить
Иногда наступление перемен в жизни ощущаешь. Объяснений этому нет, ты просто чувствуешь и все.
Юлия Вешнева ничего такого не чувствовала и не ощущала.
Думала она лишь о долгожданной встрече с любимым мужчиной – Матвеем Воронцовым. И поезд дальнего следования Архангельск-Москва Ярославская с каждой минутой приближал эту встречу.
Матвей обещал ждать ее на перроне.
Дверь двухместного купе поползла в сторону.
Юля и ее приятельница Катерина Ромова оторвались от чтения журналов, которыми девушек снабдила проводница, и вопросительно уставились на Лёвушку, своего работодателя и популярного певца.
По данным паспортного стола двадцатидвухлетнего артиста звали Лев Тронов. На сцене он выступал под именем – Лёва Трон.
Лёва боялся летать самолетами и обожал поезда. Оттого он сам, его менеджер, гример, костюмер, музыканты и девочки из танцевальной группы к месту гастролей добирались поездами. И возвращались также, только железной дорогой.
Данный пункт был прописан в контракте каждого, кто работал на Тронова.
Юлю вполне устраивало. Особенно, если учесть, что Лёвушка не скупился. Выкупал целый вагон с комфортабельными купе. В таких путешествовать – одно удовольствие.
– Девчонки, я вам фото после концерта забыл отдать. Фанат один нашлепал и сделал их открытками в ретро-стиле. Прикольно получилось. Там и вы есть.
Лев выложил на стол стопочку фотографических карточек и ушел по своим делам. Судя по полотенцу, перекинутому через плечо, отправился умываться.
– И правда, прикольно вышло, – взяла Катя первую фотографию.
Вешнева присела рядом с ней. Так удобнее будет смотреть.
Гастроли Льва Трона по северным городам России проходили под слоганом «Ретроспектива – взгляд в прошлое». Костюмы, макияж, прически музыкантов и танцовщиц соответствовали разным временным эпохам. Получилось по-настоящему круто.
Встречали известного исполнителя полными залами, и везде от публики шла чумовая отдача и энергетика.
Льва Трона зрители определенно любили.
Фанат артиста славно потрудился. Не просто распечатал абы как, а все подретушировал, искусно состарил снимки и отправил в печать на специальной скрап бумаге для открыток.
Юля пришла в восторг от фотографии, где их запечатлели вдвоем с Катериной. Локоны крупной волной, как у главной героини фильма «Ирония судьбы, или С легким паром!». Юля более походила на Барбару Брыльска, так как была блондинкой. Короткие приталенные пиджаки с острыми плечами. В ушах клипсы. А у Кати еще и очки «авиаторы» по моде восьмидесятых.
Девушки на карточке-открытке выглядели довольными и счастливыми.
Неожиданно вагон сильно тряхнуло, как бывает при экстренном торможении. Фотографии веером спланировали на пол.
Из соседних купе раздавались недовольные возгласы.
А следом уже понеслись вопли. Вагон начало нещадно качать и трясти. Посуда валилась со столов.
И звон стекла стал не самым страшным звуком.
– Нас что, бомбят? – испуганно предположила Ромова.
Юля прильнула к окну. За стеклом – стена пожара.
Колеса поезда заскрипели. Машинист явно сбавлял скорость.
– Зачем он останавливается? – прошептала Катя. – Лучше проехать поскорее этот участок.
Ее слова потонули в жутком грохоте.
Поезд сошел с рельс. И, помимо того, что вагоны заваливались, а вместе с ними падали, ударялись и травмировались люди, на них обрушился огненный шквал.
Юлю отбросило в коридорчик, тянущийся вдоль купейных отсеков.
Она пребольно ударилась макушкой, страшно ободрала локти, едва успела откатиться от рухнувшего стального кулера.
Где-то рядом закричал один из музыкантов. На парня вылился кипяток из кулера. Она хотела помочь ему, но сверху обвалился чудовищный железный лист, сминая под собою часть вагонного пространства. Обварившийся музыкант больше не кричал.
Юля поползла к выходу. Пришлось перелезть через тело проводницы. Женщина в форменном жакете не подавала признаков жизни.
Девушка закашлялась от пылевого столба и запаха гари. В правый глаз попала металлическая крошка. Юля безостановочно моргала и чесала глаз до тех пор, пока слезы не вытолкали инородное тело.
В тамбуре дверь оказалась над головой. Как не пыталась, открыть ее не смогла.
Вернулась в вагон, ухватилась за оконный проем с выбитым стеклом. Изранила торчащими из рамы осколками ладони, но наружу все-таки выбралась.
Железнодорожная станция. По перронам бегают, ползают обезумевшие люди.
Незадолго до того, как Лёвушка заглянул в купе танцовщиц, Юля сверялась с расписанием. Поезд следовал без опозданий, и они должны были подъезжать к городу Александров.
– Катя! – углядела Вешнева девушку.
Катя не отвечала. Лежала на грязном бетоне, широко раскинув руки. Каштановые волосы разметались также широко. И глаза ее были распахнуты широко. Неживые глаза.