Мира Айрон – Сказки и не только (страница 37)
Никита и Марк вошли в кухню и остановились в дверях. Оказалось, что на гитаре играет Людмила Сергеевна, а поют вместе она и Александр Николаевич.
Они заметили парней, но песню всё-таки допели.
— Здравствуйте, — вразнобой сказали Марк и Никита.
— Вот и ребята. Идите руки мыть, а я пока солянку разогрею. Простите, водки не оставили вам.
— Да нам и без водки остроты момента достаточно, — пробормотал Марк.
— И это правильно. Ведь у нас с Людочкой помолвка, а вы присутствуете.
— Помолвка? — удивился и встревожился Марк. — Так быстро?
— Да, мы решили не откладывать свадьбу даже на день. Уже подали заявление на портале, — с гордостью заявил Александр Николаевич. — Так что можете начинать подготовку. Скоро будете гулять на свадьбе.
Свадьба была в начале февраля: самая настоящая свадьба с торжественной регистрацией, шампанским в пластиковых стаканчиках на улице у машин, поездками по городу, фотографом, видеосъёмкой, ночным фейерверком и конечно, банкетом в ресторане.
Александр Николаевич был в серебристом костюме, который очень шёл к его глазам, как уверяла невеста. Сама Людмила Сергеевна выбрала длинное прямое молочного цвета платье, закрытое и достаточно консервативное, но подчёркивающее фигуру, сохранившую стройность.
На торжество прилетели родители Никиты и семья Людмилы Сергеевны — сын Александр, его жена Ксения, дети Алёна и Арсений.
Были также семья Марка в полном составе и Олеся. В процессе праздника выяснилось, что Аглая Демьяновна тоже неплохо поёт. Во всяком случае, когда началось застольное пение, равных ей не было.
Внучка Людмилы Сергеевны, Алёна, оказалась почти копией бабушки в молодости: миниатюрная, стройная светловолосая и голубоглазая.
Наблюдательный Марк сразу заметил, как Никита смотрит на Алёну, и глаза Марка вспыхнули знакомым блеском, однако будущий испытуемый ничего не замечал: слишком поглощён был созерцанием новоиспеченной "родственницы".
— Кажется, у нас появилась возможность отблагодарить Никиту за то, что он не остался равнодушным к нашей истории, — многозначительно сказала Людмила Сергеевна, когда они с Александром Николаевичем танцевали.
— Думаешь? — Александр Николаевич забавно сдвинул брови.
— Уверена. Никита совершенно точно влюбился в Алёну с первого взгляда.
— Если Алёна ответит взаимностью, мы должны будем сделать всё для того, чтобы нашим внукам не пришлось ждать собственной свадьбы сорок пять лет.
— Согласна с тобой, Саша. Хорошо, что мы с тобой рядом и всегда готовы поддержать нашу замечательную молодёжь. Алёна ответит взаимностью, я уверена. Никита очень похож на тебя, а значит, устоять невозможно. Я вот и спустя сорок пять лет не устояла…
_________________________
* В тексте использован отрывок из песни
Где родился
Глава первая
День у Игоря начался так, как начинались все дни в прошедшие несколько лет: подъём в шесть сорок пять, душ, плотный завтрак и поездка длиной в двадцать минут.
Игорю повезло: он работал не так уж далеко от дома и давно обнаружил путь, позволяющий миновать пробки.
Научился Игорь виртуозно обходить пробки и в своей жизни. Ему тридцать семь лет, он ещё молод и хорош собой, нравится женщинам. Работает дантистом в процветающей клинике, причём, считается там лучшим доктором. Живёт в крупном современном городе, в собственной квартире. Никому ничего не должен, не связан никакими обязательствами, помимо трудовых.
Был дважды женат, но сейчас совершенно свободен. Первый брак, студенческий, распался, не успев начаться. Рита давно и счастливо замужем за другим человеком, родила ему троих детей.
Со второй женой, Ларисой, Игорь разведён уже десять лет. Она тоже вновь замужем. С Ларисой жизнь не заладилась по причине внезапно обнаружившегося бесплодия Игоря. Он даже не знал, что перенёс в детстве, казалось бы, невинную инфекцию, осложнение которой сыграло роковую роль.
Родители рассказали обо всём тогда, когда Игорь получил на руки результаты анализов. Конечно, тогда это стало шоком для него и для Ларисы. Игорь отпустил жену, не осуждал.
Сейчас, по прошествии десяти лет, всё это давно забылось. Игорь давно пережил всё, принял и похоронил воспоминания. Если бы его спросили, счастлив ли он теперь, Игорь ответил бы утвердительно без всяких раздумий.
Со временем он оценил пословицу, гласящую: "Всё, что ни делается, — к лучшему". Теперь он наслаждался своей свободной, вольной жизнью.
…Во время обеденного перерыва, достав телефон, у которого был выключен звук, Игорь обнаружил более тридцати пропущенных от мамы. Сердце сжалось от тревожного предчувствия.
Игорь вытер моментально вспотевшие ладони сухой салфеткой и перезвонил, внутренне холодея и ругая себя за такую реакцию. Он же не кисейная барышня!
Голос мамы звучал спокойно, и Игорь немного пришёл в себя от волнения.
— Сынок, тётя Дуся умерла, — сообщила мама после приветствия. — Похороны послезавтра утром. Она очень любила тебя, всё вспоминала о тебе, даже когда всех нас начала путать. Приедешь?
— Приеду, конечно, мам, — успокоил мать Игорь. — Сейчас же свяжусь с директором и возьму отгулы.
— Завтра приедешь?
— Да, завтра. Ближе к вечеру. Не беспокойся, я позвоню, когда буду выезжать. И потом, когда доберусь, тоже позвоню. Хотя всё равно остановлюсь у вас.
Игорь знал, что мама всегда очень переживает и беспокоится, когда он в дороге.
Поговорив с мамой и нажав отбой, Игорь тут же перезвонил директору клиники.
Вечер ушёл на сборы, а утром следующего дня Игорь выехал в Алексеевск, — городок, где он родился и вырос.
Тётя Дуся прожила долгую и далеко не всегда счастливую жизнь. Без малого девяносто четыре года. Она была старшей сестрой покойного дедушки Игоря, папиного отца.
Когда-то очень давно тётя Дуся потеряла маленького сына, его забрала тяжёлая болезнь. Сына звали Игорь. Больше у тёти Дуси и её мужа, Петра, детей не было. Мужа тётя Дуся похоронила почти сорок лет назад.
Когда мама Игоря, Тамара, носила третьего ребёнка, тётя Дуся не уставала повторять, что родится сын, и очень просила назвать его Игорем. Родители не очень-то верили в то, что будет сын, хотя надеялись, ведь двое дочерей у них уже родились.
— Ладно, уговорила, тёть Дуся, — махнул однажды рукой отец Игоря, Михаил. — Если родится сын, как ты предсказываешь, так и быть, назовём Игорем.
Вот так неожиданно внучатый племянник стал утешением для тёти Дуси. Ко всем остальным детям своих племянников она относилась одинаково, а Игоря выделяла. Говорила, что он похож и на её собственного отца, и на её сыночка, — такой же смуглый, темноволосый и черноглазый.
Игорь видел старую фотографию, на которой были запечатлены прадед и прабабушка. Действительно, в нём было что-то от прадеда, отца тёти Дуси и дедушки. Почти чёрные волосы и глаза, резкие черты лица, средний рост — не высокий и не низкий.
В семье, в которой рос Игорь, было трое детей, потому особо шиковать не приходилось: на жизнь хватало, и ладно. Тётя Дуся всегда старалась побаловать Игоря, а он в долгу не оставался. Родители с детства приучали Игоря и его сестёр к работе по дому и в огороде, и Игорь оказывал тёте Дусе любую помощь, которая была ему по силам.
Когда Игорь поступил в медицинский университет, тётя Дуся гордилась и радовалась едва ли не больше, чем родители, и подарила парню внушительную сумму денег. Игорю не пришлось жить в общаге; благодаря тёте Дусе, он снял квартиру на длительный срок, а потом уже начал и сам подрабатывать.
Когда Игорь приезжал в Алексеевск, всегда приходил с гостиницами к тёте Дусе. В последние годы жизни она начала путать родственников, а Игоря считала своим сыном. Ему было жаль разубеждать старушку, и он соглашался с её словами. Когда уходил, тётя Дуся крестила его и смахивала слёзы со своих морщинистых щёк.
И вот её не стало. Длинный и непростой жизненный путь подошёл к концу. Кроме Игоря, на прощание приехала одна из его сестёр, та, что жила ближе, Наташа. Вторая сестра, Валя, жила с семьёй в дальнем зарубежье. Приехали также двоюродные братья и сёстры Игоря и Наташи. Часть родственников жили в Алексеевске.
Через два дня после похорон из областного центра прибыл нотариус и огласил завещание, которое тётя Дуся составила ещё пятнадцать лет назад, будучи в здравом уме и твёрдой памяти. Дом, участок земли и деньги со счёта она завещала Игорю, а всё остальное имущество велела племянникам разделить по совести.
Вот так Игорь в одночасье стал домовладельцем в Алексеевске.
Если честно, старый дом в маленьком городке — последнее, что было нужно сейчас Игорю. Потому, как только наследник осознал, что ему это всё не приснилось, принял решение вступить в наследство, а как только получит свидетельство, сразу выставить дом с участком на продажу.
Мотаться туда-сюда для оформления текущих юридических процедур не хотелось (от Алексеевска до города, в котором жил и работал Игорь, было десять часов езды на автомобиле), потому, вспомнив, что уже два года не был в отпуске, Игорь вновь позвонил директору. К чести руководства клиники надо заметить, что хороших работников там очень ценили, потому Игорю удалось выторговать для себя целых полтора месяца отдыха. Теперь он сможет присутствовать на поминках по тёте Дусе и в девять дней, и в сорок. А ещё надо будет заняться памятником. Но это через год, следующим летом.