Мира Армант – Красный волк. Проклятый остров (страница 17)

– Меня от него трясёт. Когда он рядом, у меня чувство, что по спине змея ползает.

– Морис, Морис, – сокрушённо покачал головой Веко, – как бы мы не натворили беды.

– Надо было его в лесу застрелить! – Морис раздосадовано хлопнул себя по бёдрам, – Я же держал его на прицеле!

– Так бы он тебе и дал!

– Что же делать?

– Пока смотри за ним. Подмечай. Пошли к столу.

***

Столы ломились от изобилия изысканных блюд и горячительных напитков. Посольство не ожидало такого тёплого и щедрого приёма. Они удивлённо шептались, вспоминая, кто ещё из королей устраивал им такую роскошную трапезу. И, не припомнив ничего подобного, послы принялись за угощения.

Морис, заняв своё место по правую руку от Льенара, внимательно следил за ним. Он заметил, как король поискал кого-то глазами среди гостей. «Слава Говеру, что король хотя бы не вздумал сажать его с собой за стол!» – подумал Морис. Но Льенар всё время обеда был неспокоен, и, когда отвлекался от бесед, взгляд его становился рассеянным.

– Поешь – сквозь зубы сказал ему Хранитель, улучив момент.

– Да-да, – кивнул король, казалось, не понимая смысл сказанного.

– Не слушаешь меня, – Морис слегка толкнул его коленом под столом, – Сидишь как зачарованный.

Льенар наконец взглянул на него:

– Один его неверный шаг, и я выгоню его, не сомневайся. Но пока он мне нужен.

– Выгонит. Так он и ушёл! Забыл про два года?!

– Будь рядом.

– Я всегда рядом, – отозвался Морис, чувствуя, как его сердце сжимается от тоски.

В самый разгар застолья, когда уже и с послов сошла напыщенность, и худосочный Карл начал горланить непристойные песенки на радость всем присутствующим, Льенар почувствовал безотчётный страх. Внезапно внутри у него всё похолодело, липкий пот выступил на лбу, и пальцы на руках предательски задрожали мелкой дрожью. Льенар встал. Песни и хохот сразу умолкли.

– Я поднимаю этот кубок, – надтреснутым голосом начал он, но тут же поправился, откашлявшись, – За долгие плодотворные торговые связи между нашим королевством и Торговым Союзом. Мира и процветания всем! Договора, заключённые сегодня, скрепят нашу дружбу и позволят нам развиваться и крепнуть!

За столами разнеслось постукивание кубками и одобрительный гомон. Льенар кивнул Морису, и они вышли из зала. Двое монахов последовали было за ними, но Льенар дал знак, и монахи встали на пост у дверей, прикрыв их за королём и Хранителем.

Поднявшись в королевскую трапезную, они остались наедине. Льенар шумно выдохнул и будто обмяк. Он подошёл к окну, прижался лбом к холодному стеклу и посмотрел в ночное небо:

– Морис, я не знаю, что мне делать. Со мною что-то не так. Найди Серого немедленно! Я хочу поговорить с ним. Боюсь, ты был прав, он околдовал и меня. Я прикажу ему снять с меня наваждение и проваливать отсюда!

– Погоди! А как же его угроза? Что говорил Веко о страховке? Помнишь?

– Пусть требует, что хочет. Снимает свои чары и катится на все четыре стороны. Я заплачу ему, сколько попросит. Могу его сделать бароном, графом, отдать ему половину Эсбора! Только бы не видеть его! Льенар поднял к глазам руку. Пальцы тряслись, как у старой прачки.

Сжав их в кулак, он спрятал руку за спину.

– Я позову Лиама! Никуда не уходи, – озабоченно сказал Морис и вышел.

Льенар видел, как за другом закрылась дверь. Гардины, колыхнувшись, ещё не вернулись на место, как замерли на полпути. Трепетный огонь на фитилях свечей и пламя факелов будто остановились. Тени на стенах перестали дрожать от неровного света. Время замерло. Король прислушался, но не услышал ни малейшего звука. Всегда живой замок с множеством скрипов, отдалёнными голосами, потрескиванием поленьев в каминах, звуками жизни – умер. Тишина поглотила всё вокруг. Тяжёлая тишина и мертвенный, холодный покой. Король услышал стук своего сердца, пульсирующий сильными ударами в голове.

– Ты хотел меня видеть? – раздался вкрадчивый голос колдуна за спиной Льенара. – Я пришёл.

Ни один мускул не дрогнул на лице короля, но чего ему это стоило! В висках у молодого монарха ещё сильнее застучало. Душа его похолодела, и колени отказывались держать обмякшее тело. Король медленно повернулся на голос и, надменно приподняв подбородок, посмотрел на тень у стены.

– Я звал тебя! Но в моём замке принято входить через двери. Или ты меня поджидал?

– Разве это важно? Ты звал меня, – тень почти вплотную приблизилась к королю, – И я пришёл. Я всегда приду.

Тут ночной гость принял человеческие черты, и Льенар почувствовал запах фиалок. Голова у него закружилась от невероятного аромата, который будоражил и пугал одновременно. Король сделал полшага назад, но невидимая рука подхватила его за спину и придвинула обратно к Серому.

– Что нужно моему королю? – колдун смотрел ему в глаза. – Я всё исполню.

– Что… Что мне нужно… – в горле Льенара пересохло и язык словно онемел, – Мне нужно. Нужно, чтобы ты снял. Все чары, что напустил на меня. Снял порчу. Ты сказал, что я заболею и ты мне пригодишься. Вот сними эту порчу. Освободи меня! – фальцетом взвизгнул Льенар, и в углах глаз его блеснули слёзы.

Будто что-то отпустило Льенара, и ему удалось сделать шаг назад, отстранившись от Серого. Показалось, что дышать стало легче, и в ноги вернулась сила.

– Я заплачу! – отвердевшим голосом и уже увереннее сказал король, – Любую цену! Бери золото! Сколько надо бери и уходи! Не нужно золото? Я дам тебе власть! Сделаю тебя графом. Хочешь? Но подальше от меня. И ко двору ты являться не будешь!

– Ваше Величество! – Серый медленно наклонил голову и посмотрел исподлобья – Вы заблуждаетесь. – он усмехнулся, – Я не напускал на вас никакой порчи. Я пришёл к вам как друг. А отношения между друзьями строятся на доверии. Разве нет? Вы можете мне довериться?

– Мне трудно, – король отошёл ещё на шаг, – Трудно доверять тебе. Ты – не совсем человек! – он взмахнул руками. – Ты как змея! Как человек может довериться змее?!

– Обидны слова твои, мой король. Но! Я понимаю твои чувства. Ты боишься моей силы. А ты не бойся! Я на твоей стороне! И моя сила может стать твоей. Много ли людей вокруг тебя, кому ты мог бы довериться, как себе? Я такой! Мне можно! Поверь! Я бы мог стать тебе другом! – Серый придвинулся ближе, и невидимая рука вновь взяла короля за плечи. – Никакого предательства! Никакого обмана! Полное доверие!

Медленно, как во сне, поднялась тонкая рука Серого и протянулась к лицу Льенара.

– Полное доверие – повторил чернокнижник и дотронулся своей горячей, как пламя, ладонью до бледной щеки Льенара.

Пару секунд король был в оцепенении, но, очнувшись, схватил Серого за тощее запястье и отбросил его руку:

– Хотел бы я в это верить… Хотел бы быть уверен, что ты не принимаешь меня за дурака. Завтра я пойду в собор и причащусь к дарам Говера. Если после этого мне не захочется тебя сжечь на костре, ты можешь остаться. Но и тогда не надейся, что сможешь управлять мной.

– Так и быть, – весело сказал Серый и подошёл к столу, – Сходи. Причастись! Но вот, что я тебе скажу… – Серый подхватил с блюда яблоко, подбросил его, и оно зависло под потолком, – Если бы… – он посмотрел в глаза Льенару, – Если бы мне было нужно напустить на тебя чары, – глаза его потемнели, – Ты бы так не переживал. Ты бы и знать не знал. И мыслей бы не имел. Ты бы стал моей куклой!

Льенар слушал его, а сам смотрел на висящее над Серым яблоко.

– И вот эти волнения, – он безразлично тряхнул в воздухе рукой, – Те, что тебя обуревают, и есть доказательство того, что ты свободен от чар.

Тут яблоко на глазах Льенара потемнело, сморщилось, стало чёрным и, наконец, осыпалось пеплом в то место, где только что стоял Серый. Самого ночного посетителя там уже не было. Голоса и звуки прорвались через колдовскую тишину, огонь в факелах задрожал, вновь заплясали тени на стенах. Дверь распахнулась, и ворвавшийся сквозняк поднял и разметал пепел по трапезной.

Вбежали Морис и Лиам, плотно закрыв за собой дверь. Льенар смотрел на них стеклянными глазами.

– Мы послали за ним. Мы будем за ширмой во время… – Хранитель осёкся – Что с тобой?

– Ваше Величество! – Лиам потряс короля за плечо.

– Что. – Льенар пришёл в себя и сел на стул. – Почему так долго? Где вы были? – произнёс он голосом больного человека.

– Что случилось? – Морис сел рядом с другом.

– Он был здесь, – сказал король и провёл ладонью по левой щеке – Был здесь…

– Кто, Ваше Величество? – Лиам сел напротив и положил ладонь на руку короля, лежащую на столе.

– Кто?! – возмутился Льенар и выдернул руку, – Тот, кого следовало ещё в лесу пристрелить! – король гневно обернулся на Мориса.

– Лиам! Его надо причастить! – сказал Морис, глядя в глаза Льенара, – Ты можешь сделать это сейчас в часовне Эдмунда?

– Как он сюда прошёл? – вместо ответа спросил Лиам, – Караул не пропустил бы его. У потайного дежурит брат Джордж. Он надёжен, как стена.

– Лиам! – повысил голос Морис – Причастить!

– Не надо… – тихо сказал Льенар, – Без толку…

Он взял с блюда яблоко и крутил его в руках, разглядывая, как невиданную диковинку.

– Лиам причастит, прочтёт песнь очищения! Да, Лиам? – Хранитель в надежде смотрел на Веко, – Лиам?!

– Что?! – раздражённо ответил Веко.

– Вы же братство! Соберитесь все вместе, – Морис потряс кулаками, – И отслужите! Снимите заклятие!

– Нет никакого заклятия, – тихо сказал Льенар и положил на стол яблоко.