Минора Бонье – Сиротка для графа Зябликова (страница 3)

Глава 5

Тихон сидел за обеденным столом, поглаживая ладонью окладистую бороду, да трещал без умолку, успевая прихлёбывать из кружки квас и заедать забористое питьё варениками с картошкой.

– И чтобы вы знали, в той деревне мор начался. Повальный мор. Сперва курицы передохли, собаки по ночам выли от ужаса. Вслед за курицами стала скотина с ног падать, а как её начинали свежевать, так ни одной капельки крови. Ну а потому уж и до людей бедствие добралось.

– А чего они батюшку не попросили освятить деревню-то? – с сомнением спросила Лизонька.

– А как же, – закивал Тихон, напустив на себя жутко умный вид. – Звали они батюшку, да всё бестолку. Упырь больно лютый им достался.

Александр больше был не в силах слушать бредовый рассказ Тихона и ворвался на кухню.

– Хватит уже сказки рассказывать, – осадил граф верного мужика. – Болезнь у них приключилась, а доктор из-за метели не смог вовремя добраться.

– Болезнь? – усмехнулся Тихон. – Ну-ну, граф Сашка, то-то и Машка наша с ног свалилась посреди зала, даже пискнуть не успела.

– Тихон! – угрожающе проговорил Александр.

– Молчу, – обиделся тот и насупился.

– Граф, а правда, наша Маша ничем не болела, она резво бегала с утра, – вмешалась в разговор Лизонька. – Она ещё вечером хотела пойти на каток, да больно морозно стало. И вдруг!.. Как же так, граф?

– Лиза, я же сказал, что после обеда наведаюсь в полицейский участок, там мне всё объяснят. А ты пока отправь за модисткой, надо Аннушке новые платья сшить.

– Как прикажите, – кивнула Лиза и перестала упорствовать в своём любопытстве.

Александр не осуждал слуг, люди они были необразованные и верили всяким суевериям.

– Тихон, ты прекращай смуту сеять в доме, – граф показал кулак мужику. – Лучше развези приглашения на обед моим друзьям, а на обратном пути купи медовых пряников и маковых бубликов.

– Граф Сашка, я же от доброго сердца им всё говорю, – пробасил Тихон, сжав ладонью свою бороду. – Пусть будут готовы к беде, чем расслабятся и потеряют бдительность. Вам же самому ни к чему мёртвые слуги.

– Боже! – застонал Александр и укоризненно покачал головой. – Ступай, Тихон!

Слуга ушёл, граф прошёлся по кухне, сунул нос в кастрюлю с бульоном, удостоверился, что приготовления идут полным ходом, стянул две сладких булочки с изюмом и поднялся в библиотеку. За время двухнедельного отсутствия скопилась почта, вот за неё-то он и засел. Письма от поверенных людей, от дальнего дядюшки, просившего по весне навестить его и привезти сахарных леденцов. Свежая газета, приглашение на бал, несколько записок от дружелюбных соседей.

– Граф? – послышался тоненький голосок.

Александр отвлёкся от бумаг и взглянул на дверь, Аннушка стояла на пороге и робко смотрела на него своими огромными, невинными глазами.

– Проходи, дитя, – ласково улыбнулся он.

– Ах, прошу, не называйте меня так, – смутилась Аннушка. – Я уже вполне себе взрослая девушка.

– Позволь мне нежно обращаться к тебе, – взмолился граф.

Сиротка прошла в библиотеку и уселась на самый краешек кресла, сложив руки на коленях.

– Отец звал меня Аннушкой, я уже и привычна к этому имени.

– Он мучился перед смертью? – Александр некстати вспомнил про слова Тихона о таинственном море в деревне.

– Ни капельки, – поспешно ответила Аннушка. – Он позвал меня в ночи, я едва успела к нему подойти, как услышала крик. Отец запрокинул голову и захрипел, а потом его душа отлетела в мир иной.

– А твоя матушка? – поинтересовался Александр.

– Она ещё по осени слегла, простыла на холодном ветру. Я за ней долго ухаживала. Она ушла тихо, как будто заснула.

– Мне очень жаль, что ты видела смерть своих родителей. Это, наверное, сильно потрясло тебя.

– Я верила в чудо, – вымолвила Аннушка. – Верила, что однажды придёт ангел и спасёт меня от беды. И вот вы… Ах, это же истинное чудо!

– Сама судьба привела меня к тебе, – согласился со словами сиротки граф. – Сегодня я познакомлю тебя со своими друзьями за обедом. Хочу, чтобы ты начала брать уроки музыки.

– Ах, как вы добры! – глаза девушки наполнились жемчужными слезами.

– Аннушка, я хочу дать тебе достойное образование, – с гордостью произнёс Александр. – Ты станешь самой умной и самой красивой невестой в городе!

– А разве мне нельзя остаться в вашем доме подольше? – испугалась Аннушка.

– Милая моя племянница, я не гоню тебя в люди, – спохватился граф. – Я желаю тебе добра от всего сердца! Но ты права, не будем торопиться, пусть всё идёт своим чередом.

Аннушка одарила графа лучезарной улыбкой и упорхнула прочь. Граф долго смотрел на приоткрытую дверь, и его горячее воображение рисовало очень откровенные картины.

Глава 6

Авдотья расстаралась на славу, граф прошёлся вдоль обеденного стола и довольно улыбнулся. Мясо птицы, медальоны из телятины, крепкий студень с хреном и зёрнами горчицы, свежий хлеб и хорошенько зажаренный картофель.

– Граф, гости прибыли, – сообщила Лизонька.

– Проводи их сразу сюда, – попросил он, взявшись за графин с рубиновым вином.

– Александр! – первым порог столовой переступил давний друг граф Даниил Терентьев. – Какая радость снова тебя увидеть!

Вторым вошёл дворянин с горячим сердцем Богдан Калашников, он хоть и был русских кровей, но в его облике угадывался горделивый образ горцев.

– Друзья, прошу к столу! – обрадовался Александр, в этот момент приоткрылась дверь, и скромно потупив взор, в столовую вплыла сиротка. – Позвольте представить вам это милое дитя. Аннушка, дочь моего дальнего дядюшки, который скоропостижно скончался в начале зимы. Дитя, а это мои друзья: Даниил и Богдан.

Что и говорить, но все взгляды были прикованы к Аннушке. Кроткий взмах длинных ресничек, едва заметный, пугливый румянец на щеках и горящие алые губы.

– Прошу простить меня за отсутствие манер, – промолвила дрожащим голоском сиротка. – Я ведь первый раз в городе…

– Ах, какая прелесть! – с восхищением произнёс Богдан, стремительно подошёл к сиротке, взял её руку и припал губами к ладони девушки.

– Вы чудесны! – заулыбался Даниил, едва не опустившись мимо стула.

Александр на мгновение ощутил укол ревности, но всё же улыбнулся, испытывая глубокую радость за Аннушку. Она была дивно чудно, и её наивная искренность проникала в мужские сердца. А вот Лизонька злобно стрельнула глазками в бедную сиротку. «Надо будет нрав Лизки охладить, – подумал Александр. – Иначе беда может приключиться». Друзья уселись за стол и приступили к светской беседе, уминая яства, будто сто лет ничего не ели. Впрочем, чем крепче морозы, тем сильнее аппетит! Граф с удовольствием рассказывал о своей поездки, украдкой приглядывая за сироткой. Аннушка опять мало ела и больше пила воду, а едва попробовала вино, как скривилась и громко чихнула. Лизка в этот момент закатила глаза, мол, деревенской девчонке никогда не понять вкус дорогих напитков.

Стол опустел, и друзья переместились ближе к камину, где жарко полыхало пламя, пожирая сухие дрова. Шёл приятный смолянистый дух, поднимающий настроение. Аннушка выбрала дальнее кресло, уступив самые лучшие места мужчинам. Александр попросил Лизку принести сиротке тёплую шаль.

– Богдан, я бы попросил тебя дать уроки игры на рояле для Аннушки, – обратился граф к своему другу.

– С превеликим удовольствием, – тут же согласился Богдан.

– Александр, и как же ты дальше собрался устроить судьбу своей подопечной? – поинтересовался Даниил.

– Образование, – с гордостью проговорил граф. – Аннушке оно нужно, как воздух. А уж потом светские приёмы и балы.

– Ты прав, мой друг! – с жаром поддержал его решение Богдан.

– Аннушка, а что же вы сами хотите? – лукаво спросил Даниил у сиротки.

– Я уже доверила свою судьбу графу, – зажурчал ручейком нежный голосок девушки. – Мне большего и нечего просить. Графу ведь виднее, он мудрый и добрый.

– Ах! – в один голос воскликнули мужчины.

Аннушка смущённо зарделась и прикрылась шалью, и Александр заметил весёлый блеск в глазах девушки. Что и говорить, она была чудесна и прекрасна. Александр невольно ощутил прилив гордости, всё же не зря он спас Аннушку и привёз в город. Воображение графа рисовала картины, как они вместе летом будут прогуливаться по набережной, как он обязательно отведёт сиротку в библиотеку, а после они обязательно заглянут в ресторан и насладятся иноземными блюдами.

Друзья покинули Александра в радостных чувствах, а он же сам засобирался и отправился в полицейский участок. Как бы ему не хотелось, но суровая реальность требовала от графа ответы. Смерть Машеньки не должна была сойти с рук убийце. И Александр твёрдо вознамерился узнать истинную правду. Тихон запряг лошадей, и карета понеслась по пустынным городским улицам. Граф поправил меховой воротник, глядя в окно, мороз всех разогнал по домам. Лютая нынче в городе выдалась зима, да ещё и трагическая смерть Машеньки опечалила Александра. Но несмотря на горесть он верил в добро.

Глава 7

Серые стены, местами отбитая штукатурка, затёртый камень на полу и тяжёлые, дубовые двери, обитые железом – полицейский участок во всём великолепии предстал перед графом Зябликовым. Александр невольно поёжился, хотя ледяной ветер с колючими снежинками остался на улице. Его любезно проводили в кабинет сыщика Муравьёва, а потом они спустились в подвал, пропитанный едкими запахами хлорки и мертвечины. Муравьёв подвёл графа к дальнему столу и содрал серую простыню, открыв взору бездыханное обнажённое тело Машеньки.