Мина Уэно – Ильхо (страница 10)

Отец ответил ему непроницаемым взглядом, в льдистом омуте которого можно было без должной подготовки захлебнуться. Но Ильхо, видимо, уже научился «плавать».

Кай тут же отвлёк на себя внимание, не давая семейной ссоре и шанса.

– Наш отец – большой поклонник вашего таланта. У него обширные кофейные плантации, и ваши механизмы пришлись бы очень кстати. А потому у него для вас предложение о сотрудничестве на крайне щедрых условиях. Но, полагаю, дела мы обсудим позже?

– Да. Для этого ещё достаточно времени, – согласился Герцог.

Кай очень рассчитывал в обозримом будущем на приглашение в кабинет хозяина.

Заговорила Кайя:

– Раз мой брат будет занят делами, было бы справедливо, чтобы кто-то составил мне компанию. Ильхо, вы наверняка знаете остров как свои пять пальцев. Покажете мне ваши любимые места?

– Смотреть особо не на что, – бесхитростно заметил тот. – Весь остров обойти – дело одного дня, а то и меньше.

– Мне кажется, что в вашей компании мне не будет скучно. Тем более что вы знаете столько историй.

Самолюбие Ильхо охотно откликнулось на эти слова: глаза загорелись, а губы растянулись в хулиганской улыбке. Кай тоже улыбался, но про себя.

– Вы уверены, что вам не нужна личная прислуга? – забеспокоилась вдруг Регина. – Должно быть, вам будет комфортнее, если мы подыщем для вас лакея, а для вашей сестры горничную.

Сестра незаметно подарила Каю ласковый, умоляющий взгляд, точно говорящий: «Уволь от подобной любезности!»

Да, те, кто приезжал искать работы или лучшей доли на острове, оставляли желать лучшего. Их дворецкий был больше похож на хозяина провинциальной харчевни, а лакеи мало чем отличались от простых разносчиков. И речи не могло быть о том, чтобы кто-то из них был допущен в их покои: к гардеробу и прочим обязанностям. Не говоря уже о том, чтобы что-то вынюхивать…

– Знаете, в свете новое поветрие. Модно быть самостоятельным и нетребовательным. Роскошь нынче не популярна. Мы с сестрой прекрасно справимся сами. Но благодарю вас за предложение.

Каю, конечно, уже осточертело затягивать корсет сестры, но с этим временным затруднением он готов был примириться.

– Сколько людей проживает на острове? – поинтересовался он, чтобы поддержать угасающий разговор.

– О, – Регина явно растерялась. – В замке из слуг двадцать четыре человека. А в городке проживает что-то вроде… трёх сотен?

Она обратила беспомощный взгляд к брату.

– Шестьсот девяносто восемь, – уверенно ответил Герцог. – Если считать прислугу и рабочих Цехов.

– То есть всех, не считая вашей семьи?

– Да.

– Вы так точны в цифрах, – любезно заметил Кай.

– Я обязан. Каждый желающий найти здесь работу, прежде чем сойти на землю, подаёт прошение и предоставляет документы для ознакомления. И если я желаю удовлетворить его просьбу, то встречаюсь с ним лично, и уже после ему дозволяют высадиться на острове.

– К чему такие меры предосторожности? – наигранно легкомысленно спросила Кайя. – Ведь жаждущих податься в ваши края – единицы.

– Вы правы, дорогая! – воскликнула Регина. – Случается, что прибывает с караваном один работник – и это уже удача. А бывает так, что месяц-другой никого нет.

– Но вы же сами многих отсюда выставили лет десять назад, если не ошибаюсь? – решился спросить Кай. – Не испытываете недостатка в людях?

– Может, и испытываю, – жёстко ответил Герцог. – Но зато этим я доверяю. Я должен быть уверен, что среди них нет шпионов, подосланных, чтобы выкрасть мои секреты.

Он глядел пронзительно, и на мгновение Кай занервничал, но потом понял, что это всего лишь холодная синева его глаз. Он подозрителен по натуре.

– Понимаю, – Кай склонил голову, признавая правоту изобретателя, ревностно охраняющего свои секреты. – А как же специалисты? Вам не нужны учителя, инженеры, врачи?

– Нет. Рабочих я обучаю сам. Мне вообще пришлось научиться разбираться во многих ремёслах, я до сих пор выписываю необходимую литературу. А высокие искусства здесь ценятся только моей семьёй, и я вполне был способен дать детям образование. Моя сестра любит порой музицировать.

– Мечтаю послушать! – тут же обратилась Кайя к Регине, та ответила натянутым смехом.

– Как-нибудь. Я давно не упражнялась!..

– Ну, а что насчёт медицинской помощи? Или здешняя жизнь так хороша, что и больных нет?

– Я лично осматриваю всех жителей острова, – без улыбки заметил Герцог.

– Ах да, я всё время забываю, что в молодости вы были блестящим врачом.

Кай не хотел, чтобы его слова прозвучали как напоминание о том времени, когда врачующий тела стал интересоваться механизмами, но, кажется, именно так и вышло.

– Да. Был, – сурово заметил хозяин, указывая на то, что разговор закончен.

В приглушённом, пляшущем свете огней Кай наблюдал за присутствующими. Лолли не вникала в беседу: иногда она косилась на него, неумело пряча взгляд. Регина беспрестанно переживала о перемене блюд и манерах лакеев. Ильхо, оказывается, всё это время подкармливал притаившегося под белоснежной скатертью пса. А Кай ещё гадал, откуда тянет мокрой псиной.

Молчание сделалось тягостным. Слышен был даже шум волн у подножия замка.

– Кстати, – Кайя приосанилась, её глаза сверкнули. – Мы прибыли не с пустыми руками, дорогой Герцог. От члена Совета отец слышал, что в последнее время вам не хватает неких специальных деталей. Всё время забываю, как они называются! Вы несколько раз посылали запрос в Совет, но по каким-то бюрократическим причинам его отклоняли.

Герцог смотрел выжидающе, не выдавая свой заинтересованности.

– Отец закупил их за свой счёт и послал с нами партию. В знак дружбы.

Герцог продолжал молча глядеть, явно изучая выражения их лиц и не только, – будто просвечивал взглядом.

– Я думал, вы сами можете изготовить всё, что пожелаете, – подхватил нить беседы Кай.

– Дело не в самих деталях, а в особом сплаве, не подверженном воздействию агрессивных сред, – сухо пояснил хозяин.

– Удивительно, почему Совет не хотел их высылать, ведь они снабжают вас всем необходимым за своевременные поставки механизмов. Если кто-то из Совета намеренно саботировал вашу работу, вы вправе подать жалобу. А я мог бы оказать содействие…

– Эти детали нужны мне не для работы, – был дан короткий ответ, после чего разговор опять зашёл в тупик.

Ильхо явно скучал, то и дело глядя в сторону ближайшего окна. Свет Драконьей Туманности падал сквозь оконные проёмы на каменный пол, подсвечивая столовую тут и там розовым.

– Я очень рада вам, – вдруг спасла положение Регина, впервые заговорив с сердечной теплотой в голосе. – Вы не представляете, насколько тут одиноко.

– Но вы ведь могли остаться на Большой земле, – с безжалостной вежливостью заметила Кайя. – Вы и ваша дочь не обязаны были сюда отправляться.

– Да, но… Как мы могли остаться? После смерти моего мужа мы лишились всех средств к существованию. Из-за этих мошенников!

– Конечно, – мягко согласился Кай.

Если уж кто и был мошенником, то это её покойный муж, полезший в петлю, после того как проиграл всё состояние в карты и оставил семью на волю своих кредиторов. Но Кай прекрасно понимал Регину: лучше уж в ссылке, на этом острове, довольствоваться жизнью обеспеченной аристократки, чем пойти работать белошвейкой.

– А вы, Ильхо, – обратилась сестра к юноше, – что вы думаете о том, чтобы покинуть родные края и, наконец, посмотреть мир?

Ильхо скривил губы, мигом посерьёзнев.

– С вашей стороны неучтиво так шутить. Вам ведь известно моё положение.

– Да, – беспечно заметила она. – Но вы ведь всегда можете жениться.

– О чём вы?

– Но как же… – Кайя перевела по-настоящему растерянный взгляд с него на Герцога. – Совет уж года два как одобрил решение в отношении вас. Вам разрешено покинуть остров, если вы женитесь на представительнице дворянского рода, семья которой за вас поручится… Я не понимаю, – сестра искала поддержки у Кая, – разве вы не знали?..

– Отец! Какого чёрта?! – взорвался Ильхо, со звоном оттолкнув от себя тарелки с бокалами. – Ты не сказал мне!

Лолли вздрогнула, Регина драматично прикрыла глаза рукой, а Герцог остался недвижим. Даже во взгляде не переменился. Конечно, он знал.

– Не сказал, потому что не посчитал нужным.

– Я мог жениться на дочке любого залётного авантюриста – сколько их тут было – и убраться наконец-то с этого острова! Подальше от тебя!

– Тебе не нужна женитьба, тебе нужно повзрослеть, – устало ответил Герцог.

Смерив отца гневным взглядом, Ильхо поднялся, откланялся и вышел из столовой. Пёс с космами палевой шерсти лениво высунулся из-под стола и посеменил за ним следом.