Милослав Стингл – Последний рай. Черные острова (страница 40)
Да, катит свои волны море, и полыхает небо. А в лазурных водах величайшего океана нашей планеты плывут острова — Меланезия и Полинезия. Все эти архипелаги Меланезии ты уже прошел, путник. На поиски какого из ликов «Земли людей» ты направишься теперь? К удивительным людям южных островов. В Полинезию. К таитянам, гавайцам, жителям островов Самоа. К тем, кто создал статуи острова Пасхи. Ко всем тем, кто вместе с папуасами и меланезийцами населяет Великий океан. Туда, на восток, в сладостную Полинезию, где еще существует «последний рай» «Земли людей»…
____
ЛЕГЕНДА О «ПОСЛЕДНЕМ РАЕ»
Есть ли еще на свете нега? Есть ли где-то тишина, не нарушаемое ничем счастье? Есть ли еще на свете рай? Рай…
А что такое мир? Моря и суша? Леса, реки и горы? Нет, для меня, и я не устану это повторять, мир — это «Земля людей» Сент-Экзюпери. Великолепная, необъятная, сияющая всеми красками Земля.
А на «Земле людей» может ли существовать рай? Говорят, да. Говорят, что он существует. Я давно уже слышал легенду о «последнем рае» нашей планеты. Именно так называют этот уголок те, кто хочет его воспеть. Этнографы именуют его Полинезией, географы — островами Южных морей.
А так как мне тоже захотелось побывать в раю и вкусить плодов райского дерева познания добра и зла, то во время одной из поездок по «Земле людей» я направился в Полинезию, преследуя три цели: сначала отыскать ее прошлое, потом узнать настоящее и, наконец, увидеть будущее.
Легенда о «последнем рае» волнует не только меня. Она завладела мыслями, фантазией, чувствами миллионов людей и окутала Полинезию множеством мифов, прикрыла ее лицо бесчисленными романтическими покровами. Рассказывая о Полинезии, я обязан говорить и о мифах. Не все эти легенды ложны. «Сказка ложь, да в ней намек…» — гласит народная мудрость. Да, Полинезия прекрасна. Море там — лазурное, солнце — яркое, мелодии — нежные, а танцы — более темпераментные. Но это не место, куда можно убежать, где можно скрыться от действительности, где могут найти убежище искатели приключений, чьим девизом стали бы стихи Шарля Бодлера «Куда угодно, в мир иной». Полинезия находится отнюдь не в «потустороннем» мире. Она лишь очень далека от нас. Однако она существует и всегда будет существовать как частица «Земли людей».
Этнографу Полинезия представляется гигантским треугольником. По углам его — три острова: сверху — Гавайи, слева (то есть на западе) — Новая Зеландия, справа (на востоке) — Рапануи, или остров Пасхи[91].
И в такую даль добрались полинезийцы. Исходная точка, с которой начинается этот путь, называется Гавайки. Большинство исследователей Океании сходятся во мнении, что Гаваики, точнее, последняя Гаваики это Раиатеа — удивительный по красоте, но малоизвестный остров, лежащий к северу от Таити. Отсюда, с Раиатеа, якобы отправлялись «викинги солнечного восхода», величайшие мореплаватели нашей планеты. Они не заселяли континенты, а, бороздя моря, словно великую поэму, создавали историю.
Так, налегая на тяжелые весла, плыли они долгие месяцы под звуки своих песен. Время от времени попадались клочки земли — незаселенные острова. Они вступали на них робко, «словно прикасаясь к нежно любимой женщине, и отыскивали для этих островов в сокровищнице своего языка самые благозвучные и-мена. И заселяли их до тех пор, пока не стал обитаемым весь тихоокеанский треугольник.
Полинезийцы сравнивают свои пути, свою миграцию со щупальцами большого — осьминога, образ которого весьма чтят. Головой осьминога была Гаваики — Раиатеа. А щупальца его простерлись на север и юг, на запад и восток.
Я стою сейчас на священной, воспетой в легендах, древней земле Раиатеа и спрашиваю себя: какой путь выбрать мне?
Ведь моя цель — три времени Полинезии. Прошлое, настоящее и будущее жителей этих островов. Прошлое, славное и удивительно загадочное, это — Рапануи, остров Пасхи. Огромный храм со статуями и странными письменами. Пантеон и Лабиринт Океании. Остров тысячи таинственных вопросов, на которые нет ни одного разумного ответа.
Какое же щупальце изберу я? Конечно же восточное. На Рапануи! На Рапануи!
МОЯ ПАЛАТКА НА ОСТРОВЕ ПАСХИ
Мой путь на Рапануи был столь же долог, а может, я добирался туда еще дольше, чем первые полинезийцы на свой удивительный остров. В то время как в Северную Полинезию я отправился из Северной Америки, путешествие на самую восточную окраину тихоокеанского мира мне пришлось начать из Чили, страны, под контролем которой находится остров Пасхи.
Тихоокеанское побережье Южной Америки отделяет от острова Пасхи более трех с половиной тысяч километров океанских просторов. И еще три тысячи километров лежат между Рапануи и его ближайшим полинезийским соседом — островами Мангарева. Океан, бесконечный и грозный, простирается также на юг и на север от Рапануи. И среди тысяч квадратных километров Тихого океана— непонятный, на первый взгляд бессмысленный клочок земли, двадцать потухших вулканов, ни одного дерева и единственная деревня, в которой живет менее тысячи человек.
Для этой тысячи человек — а на рубеже столетия на острове было всего сто одиннадцать жителей — достаточно посещения одного корабля в год. Такое судно и направляло на Рапануи чилийское адмиралтейство, в ведении которого до середины 50-х годов находился остров Пасхи (затем он был передан в руки гражданской администрации).
Но сейчас 70-е годы XX века. В Южных морях век кораблей' сменился веком самолетов. В долине Матаверй, на западе Рапануи, есть аэродром. И на нем — мне даже не верится — приземлился самолет, который доставил меня — сюда. Сюда, на край света. Сюда, куда дотянулось самое длинное щупальце полинезийского осьминога. Сюда, на полный загадок остров. Он, вероятно, даже не имел когда-то названия. Мы, европейцы, именуем его островом Пасхи, потому что голландец Роггевен впервые ступил на его землю в пасхальные дни — «светлую субботу» 1722 года. А.первые полинезийцы, открывшие будущий остров Пасхи, дали ему имя
Позже, и это название лучше всего передает странную притягательную силу острова, полинезийцы стали именовать его
Но если есть Большая Рапа, то где-нибудь должна находиться и малая. И такой остров действительно существует. Это Рапаити (по-полинезийски
Большая Рапа (или «Глаза, которые смотрят в небо», или «Пуп вселенной») приветствует немногочисленных пассажиров реактивного лайнера, сегодня впервые за всю историю острова совершившего посадку в долине Матавери. Это был памятный день для Рапануи. На аэродроме Сантьяго из репродукторов лились чилийские песни. Здесь же, в Матавери, танцевала и пела в честь гигантского «боинга» сладостная Полинезия. Народное гуляние
Девушки закончили танец и покинули аэродром. И тут только я действительно почувствовал себя на Рапануи. У ограды, отделяющей эпоху реактивных самолетов от времени загадочных скульптур, привязаны лошади. Достаточно арендовать лошадку, и расстояния на маленьком островке становятся еще короче.
Но сначала надо устроиться с жильем. В Ханга Роа, единственном селении острова Пасхи, дают напрокат палатки. Я беру одну из них, и это полотняное жилье — отныне исходная точка всех моих поездок по острову.
Первую из них я совершу на следующий же день. Но с чего начать? Видимо, — с истории острова, с того места, где высадились первооткрыватели Рапануи. Итак, в путь, в Анакену, цар-ское место!
Из Ханга Роа в Анакену ведет одна из двух имеющихся на острове «дорог». Она огибает несколько потухших вулканов, пересекает угодья Веити — бывшей овцеводческой фермы, а ныне сельскохозяйственной научной станции на Рапануи, и затем устремляется к северному побережью острова — заливу Анакена. Эти живописные берега избрала своей стоянкой одна из грех экспедиций, изучавших Рапануи, — норвежская группа Тура Хейердала. До нее на острове Пасхи побывала английская экспедиция, точнее говоря, это были любители, сопровождавшие английского этнографа госпожу Раутледж, а также франко-бельгийская экспедиция во главе с известным ученым Альфредом Метро.
Участок, где раскинула свои палатки норвежская экспедиция, принадлежал когда-то первому королю Рапануи, человеку, открывшему остров Пасхи, — Хоту Матуа[92]. К нему, рапануйскому праотцу, в этот зеленый залив пришел и я. Археологи, конечно, не могут сказать, каким образом остров Пасхи был открыт. Поэтому приходится обращаться к местным легендам. В Полинезии в большей степени, чем где-либо, именно мифы и легенды скрывают многочисленные исторические сведения. Каждый исследователь островов Южных морей знает, как тщательно велась здесь генеалогия аристократических родов.