Милослав Стингл – Последний рай. Черные острова (страница 1)
Милослав Стингл
ПОСЛЕДНИЙ РАЙ
OSTROVY LIDOJEDU
Svoboda, Praha, 1970
POSLEDNI RAJ
Svoboda, Praha, 1974
Редакционная коллегия
Перевод с чешского
Ответственный редактор и автор послесловия
Posledni raj. Изд. 2-е © Svoboda, 1974.
© Перевод и предисловие:
Главная редакция восточной литературы
издательства «Наука», 1975
ЧЕРНЫЕ ОСТРОВА
Катит свои волны море, полыхает небо. А в лазурных водах на западе величайшего океана нашей планеты плывут удивительные острова. Это — иной мир. Он отстал на десять тысяч лет. Остановилось ли здесь время? Нет, оно идет и тут. Но пока цивилизация еще не проникла сюда окончательно, этот мир — Меланезия, мир далекий и загадочный, далекий и позабытый, далекий и молчаливый, — будет образом нашего собственного прошлого. Того времени, в котором жили наши предки, быть может, много поколений назад.
Я хочу понять мир, в котором живу. Весь мир. Увидеть, познать все его проявления и все возрасты. Поэтому я путешествую. Путь, о котором я хочу рассказать, был самым длинным. Я объехал вокруг земного шара, стремясь узнать всех наиболее отдаленных от нас обитателей планеты.
В первую очередь я побывал у американских индейцев, к которым меня всегда так влекло. Затем гостил на скованном холодом севере у простодушных эскимосов, которые не могут не вызывать восхищения своей стойкостью. Они противостоят самому страшному в мире — одиночеству белых пространств. Оказался я и в «раю», у обитателей ласковой Полинезии, и у тех, кто делит с полинезийцами Тихий океан, — у жителей Меланезии.
Меланезия — это область, четко очерченная географами и этнографами. Она находится в юго-западной части Тихого океана. В ее состав включают Новую Гвинею и примыкающие к ней более мелкие острова, архипелаг Бисмарка, острова Соломоновы, Санта-Крус, Банкс и Торрес, Новые Гебриды, Новую Каледонию, Луайоте, Фиджи и Ротуму. Иногда Новую Гвинею рассматривают отдельно (Папуасия). В особые подобласти или даже области могут быть выделены также Новая Каледония вместе с островами Луайоте (Австромеланезия) и Фиджи вместе с Ротумой (Мелано-Полинезия).
В переводе с греческого Меланезия означает «Черные острова». Для их жителей характерна темная кожа. Причем относятся они к наиболее интересным и притом наименее изученным группам населения планеты. Большинство меланезийских островов было открыто сравнительно недавно. Колониальные державы очень мало заботились об этих заброшенных землях. Надо сказать, что и сами меланезийцы приложили немало усилий к тому, чтобы испортить репутацию своих островов. И благодаря стечению множества обстоятельств в наши дни Меланезия и ее жители находятся на самой ранней стадии развития, самой далекой, «последней границе человечества»[1].
Центральные области Новой Гвинеи журналисты называют также последней резервацией «людей каменного века»[2]. Этнограф должен признать, что вопреки обыкновению они здесь не преувеличивают. Папуасские племена, обитающие вдали от побережья, до сих пор используют каменные орудия, точнее, каменные топоры.
Посещение страны — последних «людей каменного века» было одной из основных целей моего кругосветного путешествия. Меня интересуют не просто далекие страны и земли вообще, а конкретная, столь широко известная «Земля людей» Сент-Экзюпери.
Свою поездку я начал с посещения архипелага, который современные картографы назвали Фиджи[3].
Фиджи я избрал для начала путешествия по причинам не столько научным, сколько практическим: ведь архипелаг расположен на перекрестке основных авиационных и морских трасс южной части Тихого океана.
Большинство архипелагов Океании имеет по одному большому острову, представляющему собой своеобразное ядро, окруженное многочисленными, но менее крупными островами[4]. Таков архипелаг Таити, а также Новая Каледония, соседние с ней острова Тонга, таковы и Фиджи. Главный остров архипелага Вити-Леву и дал название всей группе, так как слово «Фиджи» возникло от искаженного «Вити»[5].
Влиз Нанди на Вити-Леву находится важнейший аэропорт Западной Океании. Однако я прибыл на остров другим путем и высадился в прекрасном порту Сува — столице архипелага, центре британского колониального владычества в Западной Океании.
Я снял у бенгальцев недорогую квартиру в невысоком здании на главной улице Сувы — Викториа-Пэрейд. Современные фиджийцы играют здесь в крикет; в местном кинотеатре они внимают величественному гимну «Боже, храни королеву», который звучит перед каждым показом весьма популярных здесь фильмов о Джеймсе Бонде. На улицах друг друга обгоняют «моррисы» и «остины», а на стенах моей спальни красуются фотографии Джона Леннона, Ринго и других битлов. И это Океания? Меланезия? Нет, скорее, Англия, чудом попавшая на острова Тихого океана.
Мне не хочется здесь задерживаться, я жажду увидеть подлинное Фиджи. Но где же мне его найти? Наилучший совет может дать мой друг Джон Палмер, директор Этнографического музея Фиджи, австралиец, который живет на Вити-Леву почти два десятка лет.
Вот уже более трех поколений Фиджи является главным перекрестком морских и авиационных путей Океании, и поэтому остров больше, чем какую-либо другую часть Меланезии, наводнило множество переселенцев, так что если я хочу найти Фиджи фиджийцев таким, каким он когда-то был, я должен, как утверждает мой коллега, отправиться в центральные области Вити-Леву. Правда, проникнуть туда нелегко из-за труднодоступных гор (позднее одна из них, Вунгала, которая поднимается на высоту около тысячи трехсот пятидесяти метров, «сопровождала» меня во всех странствиях по острову). Горные склоны почти со всех сторон покрыты непроходимыми джунглями. Сюда ведет самая крупная река острова Вити-Леву — Рева.
Ни на одном другом острове Океании, за исключением Новой Гвинеи, я не встречал реки более полноводной, чем Рева. Даже в пятидесяти километрах от устья уровень ее колеблет океанский прилив. На лодке можно проплыть против течения более ста километров.
Вдоль берегов Ревы расположились десятки деревень. Именно река, а вовсе не земля, является источником существования для жителей центральной части Вити-Леву. Жизнь здесь во многом напоминает доколониальные времена еще и потому, что в этих отдаленных деревнях, как правило, не встретишь ни одного белого поселенца. И поэтому путешествие по Реве — лучшая возможность увидеть истинное Фиджи.
Мне нужно было выбрать одну из таких деревень. Это оказалось несложным. В Накамакаме, что раскинулась выше по течению Ревы, в ту неделю начинался период празднеств, во время которых мужчины деревни исполняют древние танцы фиджийских воинов.
На несколько дней я распрощался с Сувой. Машина доставила меня к речной пристани. Там уже ждал человек из Накамакамы. Вместе с попутчиками я пересел в узкую длинную лодку и с каждым ярдом, с каждой милей стал удаляться от Сувы, этой меланезийской Британии, возвращаясь на сотни лет назад, в мир мужественных воинов реки Ревы, в прошлое островов, на которые первый белый человек вступил меньше двух веков назад.
Об этом смельчаке я расскажу позже. До него Фиджи увидел только голландец — Абель Тасман. Однако он искал вовсе не Фиджи, его мечтой было обнаружить пресловутый «Южный континент», будущую Австралию. Вместо нее он открыл остров, который в честь знаменитого мореплавателя назван его именем. Покинув Тасманию, ее крестный двинулся назад, к тропику Козерога, побывал на миролюбивых островах Тонга и оттуда отправился дальше на север.
6 февраля 1643 года Тасман увидел острова, о которых никто до сих пор ничего не знал. Он отметил их координаты и назвал именем принца Вильгельма, но, к счастью для него, к берегу не пристал. Ему действительно посчастливилось, потому что жители этих островов убивали не только своих противников, захваченных в плен в бесконечных войнах, но также и несчастных мореплавателей, которых морские бури выбрасывали на роковой коралловый риф, окружающий Вити-Леву.
Жуткая репутация отпугивала от берегов Фиджи и других меланезийских островов мореплавателей и ученых в течение многих десятилетий. Еще знаменитый Дж. Кук[6], который ненадолго остановился у здешних берегов во время своего третьего путешествия по Тихому океану, в первых же строчках дневника отметил: «Здешние туземцы ужасные людоеды… они съедают своих побежденных противников…»
Однако миру эти острова открыли не Кук и не другие знаменитые мореплаватели. Истинным первооткрывателям Фиджи — в истории Океании уделено так мало внимания, что мы сейчас даже не знаем их имен. Известно лишь, что этих пионеров занесла к берегам Фиджи буря.
Шхуна с прекрасным греческим названием «Арго» перевозила отнюдь не аргонавтов в Колхиду. Она доставляла арестованных в австралийские тюрьмы и различные припасы в эти негостеприимные края. Однажды шхуну, курсировавшую между Австралией и Китаем, настиг невероятной силы тайфун. Он сбил ее с курса, и швырнул на острые коралловые рифы, окружающие Фиджи. Некоторым матросам — и это действительно было чудом — удалось спустить спасательную шлюпку и добраться до берега.