Милла Мир – Измена. Я твой новогодний кошмар (страница 25)
Финал близок, тело Ольги напряженно дрожит, она на грани эйфории, еще несколько движений и Саня не смог себя сдержать, он резким движением вошел в любимую, соки любви слились с вратами рая девушки, влюбленные одновременно достигли оргазма…
— Любимка, как тебе пробуждение?..
— Я хочу еще…
— Какая ты у меня ненасытная… мне нравится…
— Саш, я сначала приму душ.
— Отличная идея! Пойдем по очереди, а то мало ли…
— Родной, иди первый.
— Хорошо. Оль, я буду тебя ждать в предвкушении…
…Саня лег на спину, губы Ольги дотронулись до монпансье, конфетка тут же увеличилась в объеме в несколько раз. Член окреп, вырос у нее во рту, девушка двигала головой вверх-вниз то, выпуская член свободу то, затягивая к себе в ротик на всю длину.
— Оль, сядь на грудь спиной ко мне…
— Ты хочешь позу шестьдесят девять?..
— О-да…
Ольга продолжила ласкать член, Саня дотронулся губами в центр врат любви, от прикосновения к возбужденному клитору тело девушки отозвалось мелкой дрожью. Пальчик сменил язычок совершая поступательные движения вперед-назад, язычок обрабатывал другую пещерку, ласкал попку возлюбленной иногда проникая внутрь. Действия Александра доставляли Ольге блаженное удовольствие. Малыш ввел в врата любви два пальца, получив достаточную смазку он разделил ее по двум желанным отверстиям, пальцы интенсивно двигались в обоих пещерках. Саша периодически то ускорял, то замедлял темп, влюбленные получили неописуемый экстаз от занимательного орального секса.
— Оль, я сейчас кончу тебе в ротик… — член малыша бурлил фонтаном.
Ольга издала протяжный стон, плотно прижалась попкой к лицу любимого, Саня интенсивно продолжил ласкать врата любви язычком, тело девушки сотрясла крупная дрожь, затем, вконец обессилев, она положила голову между ног любимого. Саня еще несколько секунд продолжил целовать ее киску, руки продолжали ласкать тело любимой…
— Оль, мне с тобой так хорошо… Я не могу остановиться…
— Любимый, как на счет кофе в постель? — довольная, как слон девушка решила сменить «опасную» тему, иначе они никогда не выйдут из самолета.
— Любимка, ты проголодалась? Милая, я был недостаточно хорош? — заигрывал Александр, — мне восемнадцать лет, я могу сейчас же повторить, — у малыша после короткого перерыва снова стоит.
— О нет!.. — рассмеялась девушка, — после заселения в отель я только твоя, — Ольга заставила себя подняться с постели.
— От меня не убежишь, — малыш быстро догнал возлюбленную, коснулся рукой влажных врат рая, девушка непроизвольно раздвинула ноги, оперлась о стол, — м-м-м… моя любимая поза, — член проник в мокрую писечку, — любимая, как же с тобой охуенно… я постоянно тебя хочу…
— Люби меня… Да-да-да!!!..
Ольга призывно стонала, она была на седьмом небе от удовольствия, Саня бурно кончил внутрь, малышу раньше казалось, что у него никогда не было столько много спермы, он продолжил двигаться наслаждаясь фрикциями, парень чувствовал внутри любимой пульсацию монпансье. Это был неземной кайф, парень особенно любил наблюдать, как рядом с ним тащится, млеет любимая… Александр несколько раз поцеловал Ольгу в онемевшие, дрожащие от возбуждения губы.
— Сань, я не могу двигаться… — из писечки девушки вытекла сперма, в этот момент она выглядела возбуждающе, излучая собой результат безудержного дикого животного секса…
— Любимка, я тебя загонял, мой ненасытный ебарный энтузиазм наконец-то вырвался на волю, — Александр помог Ольге подняться, — сможешь дойти в душ?
— Постараюсь… — девушка с трудом соединила ноги, — займись пока завтраком, и кофе… Я хочу много горячего напитка.
— Черный с сахаром?
— И молоком. Саш, мне безумно приятно, что ты хочешь узнать о моих предпочтениях по утрам, секс не в счет, — Ольга радостно улыбнулась.
После душа ребята плотно позавтракали сделанными наспех бутербродами, малыш отлично готовил, признание неоспоримого факта послужило еще одним приятным сюрпризом для девушки.
— Я еще не то могу, — мажор явно гордился собой.
— Хвастунишка, я нисколько не сомневаюсь в твоих способностях, — Ольга с трудом нашла разбросанную одежду, быстро привела себя в порядок, — Саш, до меня только сейчас дошло… Мне абсолютно нечего надеть… Мы с тобой не догадались заехать ко мне домой для того, чтобы взять с собой чемодан, у меня с собой даже нет зубной щетки.
— Любимка, мы купим в Париже все, что тебе нужно. Я знаю один замечательный магазин нижнего белья…
— То есть лишние шмотки мне ни к чему?.. — зарделась девушка, горячее желание снова распространилось по ее телу.
— Оль, я обожаю когда ты обнаженная…
— Сань, а как же экскурсии, мы совсем не будем выходить на прогулки? — последний, весомый аргумент.
— Милая, конечно же, я шучу. Я подарю тебе все, что ты пожелаешь, Оль, тебе стоит только мне сказать…
— Саш, я люблю тебя…
Глава 29
Приземление самолета было мягким, почти незаметным, сотрудники аэропорта встретили влюбленных не в общем терминале, а на частной стоянке «Le Bourget». Холодный, влажный воздух парижского утра пахнул кофе, выпечкой и мокрым асфальтом — запах был таким же вневременным, как и сам город. У трапа, как продолжение московской сказки, Александра и Ольгу ждал не «Bentley», а длинный, темно-синий «Rolls-Royce Cullinan», водитель в ливрее молча раскрыл дверь. Дорога в город была немой кинохроникой, автомобиль проезжал мимо предместий, мимо первых открывающихся булочных, мимо серой, величавой в утренних сумерках набережной Сены. В это время Париж был не показным, настоящим — немного сонным, немного потрепанным, невероятно живым.
«Rolls-Royce Cullinan» остановился около шикарного отеля «de Crillon» — воплощении истории и безупречного вкуса. Фасад XVIII века в стиле классицизма смотрел на площадь Согласия с аристократическим спокойствием, как будто отель видел на своём веку королей и революцию. Управляющий отеля лично склонил голову в почтительном поклоне перед дорогими гостями:
— Monsieur Titov, Mademoiselle, bienvenue au Crillon, — французский мужчины был безупречен.
— Bonjour, мonsieur.
Молодых людей проводили через знаменитое фойе с хрустальными люстрами «Baccarat», мраморными полами, фресками на потолке в обитый тисненой кожей лифт, дверь в люкс открылась, за огромными от пола до потолка окнами предстал Париж во всей красе: обелиск на площади Согласия, стройные ряды деревьев Елисейских Полей ведущие взгляд к Триумфальной арке, вдалеке, на холме, белел Sacré-Cœur. Интерьер номера был шедевром сдержанной роскоши: панели из полированного орехового дерева, антикварная мебель, смешанная с ультрасовременными предметами дизайна, камин из настоящего мрамора, где уже потрескивали подготовленные заранее дрова. В воздухе витал едва уловимый аромат — смесь воска для дерева, старинных книг и белых лилий в вазе на столике у окна.
— Нравится? — Александра обнял любимую.
— Сань, ты выбрал самый крутой отель, — Ольга восторженно кивнула, — сочетание красоты, истории и комфорт сливаются в идеальную гармонию. Любимый, ты подарил мне ключ к счастью.
— А еще, я заказал для нас шампанское «Krug Clos d'Ambonnay».
— И мои любимые конфеты из знаменитой кондитерской «Dalloyau», спасибо!
— Наша неделя начинается, — малыш повернул любимую к себе, в его глазах светилось не только обещание страсти, но и тихая радость от того, что он смог её удивить, — мой первый сюрприз — этот вид из окна.
Где-то там был Париж Софи Рево.
Париж туристов.
Париж её прошлых визитов.
На этот раз, все изменилось, Париж — за стеклом люкса в «de Crillon» с любимым мажором был началом чего-то абсолютно нового, невиданного и бесконечно прекрасного.
— Олюнь, я заказал завтрак.
Ольга обернулась, официанты накрыли на стол произведение искусства на тарелках «Bernardaud»: воздушное суфле с трюфелями, многослойное творение из масляного теста напоминающее круассан таяло во рту. На десерт гарриетт, особая, алая, ароматная ягода похожая на клубнику сорванная с грядки гду-то под Ниццей по особому заказу. И насыщенное, бархатистое с нотами темного шоколада и вишни кофе.
Девушка сидела за столом у окна, закутанная в мягкий кашемировый плед, девушка смотрела то на тарелку, то на вид за окном, то на Сашу, который наливал ей свежевыжатый апельсиновый сок из маленького хрустального графина. На лице малыша играла, немного сонная, но безмерно довольная улыбка. Ольга отломила кусочек суфле, закрыла глаза от наслаждения:
— Боже… Я думала, вчерашний ужин был вершиной кулинарного блаженства… Родной, наш завтрак волшебство на языке…
— Оль, это Париж и я.
Ольга сделала глоток кофе, её взгляд снова унесся за окно, к медленно рассыпающемуся городу. Лицо девушки вдруг стало задумчивым, полным легкого изумления:
— Сань, знаешь, я не раз была в Париже, мы приезжали в гости к друзьям семьи на виллу под Фонтенбло, в пентхаус на Avenue Montaigne. Но так… классно, как с тобой… — девушка сделала паузу, подбирая слова, — мне никогда не было. Я говорю тебе не про божественный отель, не про еду, хоть она невероятна. Я про… ощущение. Чудесное. Восхитительное. Прекрасное… Я просыпаюсь, первое, что я вижу — не график встреч, не список дел, а… Эйфелеву башню в розовых лучах, тебя рядом. Я спокойно завтракаю, мне не нужно ни с кем вести светские беседы, я могу просто молчать, смотреть, как ты пускаешь кораблик из корки круассана в кофейной чашке. Я могу спокойно надеть дурацкие тапочки отеля или бегать босиком паркету… — Ольга откинулась на спинку стула, обняла себя за плечи, — со мной всегда были либо родственники, с которыми надо держать марку. Либо… тот, с кем всё уже давно стало рутиной. Сань, ты привёз меня в рай, ты мне разрешил валять дурака. Искренне. Без правил.