Милла Мир – Измена. Я твой новогодний кошмар (страница 19)

— Я… подумаю…

Я отлично понимаю тот факт, что открыто связываться с семейством старого закоренелого бандита — это не просто «себе дороже».

Это — профессиональное, финансовое, и, что вполне вероятно, физическое самоубийство.

Я так легко не отделаюсь, например, как вариант, разбитыми окнами клуба или моей испорченной репутацией.

Я могу просто исчезнуть.

Кануть в Лето, да так, что даже Андрей с его связями меня никогда не найдёт.

Только мне от осознания истины ни капельки не легче, мое унижение никуда не исчезло.

Фотография в интернете продолжает висеть на развлечение голодным до секса хуесоскам.

И, самое главное, мысль о том, что довольная и смеющаяся мелкая сука отделается безнаказанно, для меня все также невыносима.

Что делать?

Как поступить???

Олег поднял глаза, в его взгляде исчезла безумная ярость, остался лишь холодный, концентрированный расчёт, помутненный ядом обиды.

— Андрей, я стобой согласен, открыто мстить — не вариант. Должен быть другой выход. Другой способ, — парень откинулся на спинку дивана, уставившись в потолок. Его мозг, отлично работавший на схемах и интригах, начал лихорадочно работать в новом направлении. Не сила против силы. Не открытый конфликт. Что-то другое. Что-то изощренное, анонимное, то, что ударит по Ольге точечно, больно, но не оставит следа, ведущего к нему.

Я должен придумать план, при котором я ударю не по безопасности мадемуазель Бигфут, а по тому, что для нее дорого.

По ее, как вариант, гордости.

По иллюзиям Стервы.

По… новому увлечению оторвы?..

Мысли в голове Олега мелькали, как искра:

— Сука, молись всем известным богам… — в глазах молодого человека загорелся новый, куда более опасный огонёк. Огонёк не ярости, а кропотливой, терпеливой мести.

Андрей, как скала стоял в центре урагана бессилия босса, его предложение прозвучало с ледяной, почти циничной практичностью:

— Для начала, я предлагаю удалить ваше фото с порно-сайта, как первоочередную меру по локализации ущерба.

Олег медленно перевёл взгляд на наемника, в его глазах стояла смесь горечи и сарказма:

— Сделай. Хотя… будет ли от этого толк? Птичка уже вылетела из гнезда. Многие мои «друзья» и «знакомые» из тех, кто крутится в эротических тусовках, уже наверняка посмотрели на меня во всей сраной красе. Сохраненные скриншоты гуляют по чатам… — в словах молодого человека не было отчаянья, скорей горькое, усталое осознание неминуемого. Позор уже стал цифровым фактом, а значит, вечным. Позор можно приглушить, но нельзя окончательно и бесповоротно стереть из памяти людей.

— Это так, — кивнул Андрей, аргумент принят, — но, мы можем минимизировать дальнейшее распространение вашего фото. Предлагаю зачистить первоисточник, мы подадим заявку о клевете и нарушении приватности — это создаст барьер. А воспринимаемый моральный ущерб… можно ретранслировать, — в обычно безэмоциональном голосе брутала прозвучала редкая, почти незаметная, но отточенная, как бритва, ирония, — Олег Николаевич, воспринимайте трэш, как… нестандартную рекламу. Чёрный пиар, если хотите.

— Какой ещё пиар? — нахмурился молодой человек, — меня выставили элитной шлюхой перед большей половины Москвы, причем, перед самой лучшей ее частью!

— Именно, — парировал Андрей, нисколько не смущаясь, — Олег Николаевич, вы и раньше пользовались стабильным спросом у определенного круга женщин, как успешный, влиятельный и… эстетически приятный мужчина. Теперь вы произвели… фурор. Вы стали объектом не просто желания, а скандального, запретного вожделения. Для некоторых клиенток «Aphrodite Eros» неприятная история не запятнала вашу репутацию, скорей, она её… мифологизировала. Из директора вы клуба превратились в легенду. В ловеласа, того, кого выбрала «шикарная» женщина для… интенсивного отдыха, а потом щедро вас отблагодарила. Олег Николаевич, в определённых, крайне извращённых кругах — это не унижение. Это — высшая форма комплимента.

Олег внимательно слушал знающего человека, его лицо сначала выражало недоумение, потом отторжение, а затем… в его глазах мелькнуло странное, извращённое понимание. Парень нырнул в мир, где всё покупалось и продавалось, включая репутацию. Андрей, чья работа заключалась в понимании всех подводных течений, возможно, был прав. Слова начальника безопасности — были не той правдой, которую парень хотел бы услышать, но — это была работающая правда.

— Ты хочешь сказать, — медленно проговорил Олег, — что теперь какая-нибудь соскучившаяся жена олигарха вдруг захочет заказать себе не просто Жиголо, а того самого «Олега с фото», то есть меня, для того, чтобы почувствовать себя сукой-Олесей? Баба оставит мне деньги на…

— Я говорю вам о том, что негативный информационный повод можно повернуть в нашу сторону, как минимум, для привлечения внимания, — сухо подкорректировал слова босса Андрей, — Олег Николаевич, не для вас лично, разумеется. Для ауры места. «AURORA» — клуб, где случаются истории. Даже такие. Это добавляет… пикантности. Опасности. Опасность, как вы понимаете — самый сильный афродизиак для скучающей элиты.

Олег откинулся на спинку кресла. Гнев не ушёл. Жажда мести — тем более. Теперь к негативному коктейлю чувств добавился холодный, стратегический расчёт. Парень снова взглянул на черную папку с именем «Бигфут».

Прямая атака на Стерву, к моему глубочайшему сожалению, невозможна.

Но!

Что, если… ударить по Ольге исподтишка, потому, что она, возможно, ценит?

Анонимно.

И параллельно… монетизировать мой позор?

Превратить насмешку в инструмент?

— Андрюха, удали мое фото, — выдохнул Олег, — сделай мне копию, на память. Мне вдруг стало весьма интересно, вырастет ли в эскорт-агенстве спрос на услуги «Олега»… Теперь насчет Ольги Бигфут… Мы найдём к суке другой, индивидуальный подход. Стерва не поймет, откуда ветер дует… Тварь поиграла со мной в кошки-мышки, прошмадовка думает, что она кошка… Хм… Посмотрим, кто кого переиграет, когда моя мышка начнет действовать из тени…

Глава 22

Ольга выполнила мрачное обещание данное самой себе — отплатила за предательство холодной, купленной страстью. Чувство выполненного долга, странное, извращённое, но всё же успокаивающее, позволило ей провалиться в сон без сновидений.

Девушка проснулась с лёгким, почти забытым чувством — нетерпеливым ожиданием.

Санек должен мне позвонить.

Мы договорились.

Мое нетерпение слаще, вкусней, чем любой коньяк.

Ванная комната наполнилась паром, ароматом дорогой пены с нотками сандала и ванили. Ольга погрузилась в горячую воду, чувствуя, как усталость и остатки вчерашнего безумия растворяются вместе с пузырьками. Ровно в этот момент, как по волшебству, зазвонил телефон, на экране высветилось желанное имя.

Александр.

— Привет! — голос малыша ворвался в тишину ванной, как солнечный луч — радостный, живой, лишённый любых подтекстов и игр.

— Привет! — не менее радостно поздоровалась девушка.

— Чем занимаешься?

— Принимаю ванну, — Ольга улыбнулась настоящей, неподдельной улыбкой, ее голос звучал томно и расслабленно, — я только недавно проснулась

На другом конце провода последовала короткая пауза, наполненная новым, теплым звуком:

— М-м-м… Оленька, — голос малыша внезапно изменился, стал ниже, гуще, пропитанный легкой, соблазнительной хрипотцой, — ты… голенькая лежишь в пене?..

Простые, откровенные слова мажора ударили по Ольге не как пошлость, как прямое, честное электричество. Волна тепла, не имеющая ничего общего с температурой воды, накрыла с головой девушку. Рука, лежавшая на краю ванны, сама собой скользнула ниже сквозь облако пены, коснулась кожи на животе, затем, почти неосознанно, опустилась ниже… Пальцы нащупали знакомую, горячую, пульсирующую, вызванную не яростью, а чистым, острым желанием влажность.

— Да… — тихо прошептала девушка, ей с трудом удалось сдержать стон.

— Оль, куда ты хочешь сходить?..

— Удиви меня… — Ольга закрыла глаза, ее пальцы начали медленное, круговое движение, синхронизируясь с бешеным ритмом сердца.

— Ты сейчас себя ласкаешь под водой?.. — догадливый малой.

— О-да… — честно призналась Ольга, — Саш, я думаю о тебе…

— Моя рука в штанах… Я глажу член… Оленька, я хочу тебя… — сходу подхватил секс по телефону мажор, — давай кончим вместе…

— Одновременно… О-да, да… Да… — пальцы левушки ласкали врата любви в ускоренном темпе. Это было круто. Невероятно приятно. Голосовые волны вибрировали в ухе девушки, отзывались вибрациями по ее телу, заставляли кожу покрываться мурашками, внизу живота сжимался тугой, сладкий узел ожидания, — Саш, расскажи, что ты хочешь сделать со мной?..

Мажор что-то прошептал с едва прерывающимся дыханием, каждое его слово было прикосновением. Каждая описанная деталь — поцелуем. Молодые люди не касались друг друга, в этот момент они были ближе, чем многие пары в одной постели. Это был чистый, концентрированный секс разума и голоса. Для Ольги, уставшей от лжи, игр и поддельных страстей, его монолог был самым откровенным, самым волнующим приключением за последние годы. Вода в ванной давно остыла, пена осела, однако, жар внутри только нарастал, ведомый голосом по телефону.

Тишина в ванной была оглушительной, нарушаемая лишь тяжелым, синхронизированным дыханием в телефонной трубке и тихим плеском воды.

— Кажется у нас получилось… — Санек ярко кончил.