Милла Мир – Измена. Начать жизнь с нуля (страница 43)
Вероника не стремилась к этому специально, но, она умела держаться с достоинством, излучать уверенность, которая невольно притягивала взгляды. Это не было продиктовано тщеславием, скорее, осознанием собственной силы, умением владеть собой в любой ситуации. Девушка невольно отметила для себя, как быстро госпожа Михайловская взяла себя в руки, как тщательно замаскировала секундную слабость, мелькнувшую в ее глазах. Вероника понимала: ее внезапное появление нарушило тщательно выстроенный порядок, теперь ей предстояло увидеть, как развернутся события...
Глава 56
Вероника стояла, абсолютно спокойная, словно и не было напряженного момента. То, что для других казалось неразрешимой головоломкой, для нее оказалось очевидным. Загадка, над которой другие бы ломали голову часами, рассыпалась перед ней, как карточный домик. Девушка сразу поняла, какую именно ноту она задела в душе Оксаны, какую струну заставила задрожать.
Все было до одури просто… Именно эта простота сейчас разъедала Оксану изнутри. Она испытывала зависть. Жгучую, обжигающую зависть. И, что самое обидное, завидовала она вовсе не Веронике, которая так тщательно скрывалась под маской Клэр Рево. Госпожа Михайловская, в душе не ебет… то есть, она совершенно не догадывается о том, кого она видит на самом деле. Более того, Оксана даже в своей самой кошмарной фантазии никогда не смогла бы себе представить, что в ее галерею "инкогнито" пожалует ее самый заклятый враг…
Так, без лишних усилий, главная цель Вероники была достигнута. Первая, маленькая победа далась ей удивительно легко. Однако, ей не стоит так рано расслабляться, недооценивать соперницу. Оксана подобно особо ядовитой змее была коварна и опасна. Ника как никто другой знала об этом, она уже успела испытать на себе “все прелести крепкой нерушимой женской дружбы” с заклятой подругой. Впереди их ждала настоящая битва, беспощадная и жестокая. Исход этой битвы был предрешен: одна из них должна была проиграть. Горе ждет проигравшую в войне…
Ника чувствовала это каждой клеточкой своего тела. Предвкушение битвы, как ни странно, не вызвало в ней страх, скорее – это было странное, холодное возбуждение. Она долго готовилась к этому моменту, просчитывала каждый шаг, анализировала каждую уловку Оксаны. Первая победа, хоть и маленькая, дала ей не только уверенность в собственных силах, но и заставила быть еще более бдительной. Оксана была не из тех людей, кто сдается легко и просто без боя.
Вероника помнила, как все начиналось. Невинная дружба, общие интересы, секреты, доверие... А потом – предательство. Удар в спину, нанесенный ей со множеством оскорблений и оскалом ненависти на лице. Тогда Ника была наивной и доверчивой, но теперь она стала другой. Закаленной в огне обиды и жажды мести.
На минуту девушка вспомнила, как она в доме отца кропотливо раскладывала собранные с помощью частного детектива разложенные фотографии, схемы, заметки – все, что касалось Оксаны. Ника изучала их, словно карту вражеской территории, выискивала слабые места, уязвимости. Девушка подсознательно чувствовала ее присутствие, ее энергию, словно хищник чувствует добычу. Они обе были готовы к прыжку, к смертельной схватке. В ее горле встал ком.
Вероника мысленно разорвала их общие фотографии на мелкие кусочки и бросила их в камин. Она представляла, как пламя жадно поглощает бумагу, превращает ее в пепел. Вместе с фотографиями сгорели и последние крошечные остатки былой дружбы, оставив после себя лишь холодную, расчетливую ненависть.
- Мадемуазель Рево, мне кажется, вы немного зависли, - молодой человек произнес это с легкой улыбкой, возвращая девушку из задумчивости в суровую реальность. Его голос был мягким, но в нем чувствовалась твердость, словно он привык возвращать людей с небес на землю.
Девушка вздрогнула, несколько раз моргнула, словно она только что проснулась, посмотрела на Доминика с легким смущением. В ее глазах еще плясали отблески далеких мыслей, но они постепенно угасали, уступая место осознанию настоящего момента.
- Месье, простите, я немного задумалась, - Клэр произнесла это почти шепотом, с легкой запинкой. Ей не хотелось прерывать свои мысли, но правила приличия, особенно на этом приеме, диктовали свои условия. Девушке пришлось, хоть и нехотя, заговорить с надутым индюком, который, казалось, только и ждал ее внимания. Она чувствовала, как внутри поднимается волна раздражения, но глубоко вздохнула и постаралась изобразить на лице подобие заинтересованности. Поддерживать разговор с этим высокомерным павлином было выше ее сил, но Клэр понимала, что ей придется это сделать. Через силу, но придется.
- Давайте не будем забывать о главной цели нашего визита, - Дюбуа высокопарно напомнил спутнице о мести.
- Доминик, кто, кто, а точно не вы, будете учить меня, что и как мне нужно сделать! - тихо огрызнулась девушка. В ее голосе сквозило не просто раздражение, а глубоко затаенное презрение. Слова были произнесены почти шепотом, но в этой тишине чувствовалась такая сила, что, казалось, она могла разбить стекло. Глаза Вероники, обычно такие мягкие и приветливые, сейчас горели холодным огнем. Было очевидно, что господин Дюбуа задел ее за живое, она не собиралась его прощать.
- Милая, поймите меня правильно. Я просто хочу, чтобы вам было хорошо. Я дал слово вашему отцу, что я буду оберегать вас – это для меня очень важно.
- Месье Дюбуа, ваша забота будет проявляться исключительно в том, чтобы как можно быстрей затащить меня в постель? - Вероника с сарказмом, в ее голосе сквозила ледяная ирония, задала вопрос молодому человеку, она слегка приподняла бровь с интересом наблюдая за реакцией мужчины, - так сказать, мы с вами расслабимся, приятно скоротаем досуг?..
Доминик Дюбуа, обычно такой самоуверенный и обходительный, на мгновение потерял дар речи, его лицо выразило искреннее замешательство:
- С чего вы так решили? - наконец спросил он, в его голосе звучало неподдельное удивление, он явно не ожидал такого поворота событий.
- Господин Дюбуа, пока машина везла нас к месту назначения, я не теряла времени даром и кое-что о вас узнала. Как я услышала, вы пользуетесь репутацией… скажем так, человека, увлекающегося женским вниманием. Разговоры ходят разные, и, честно говоря, они не располагают к близкому знакомству. Поэтому, прежде чем мы начнем работать вместе, я хотела бы внести ясность в наши отношения. Мой отец доверил меня вам, я хочу, чтобы все было четко определено с самого начала. Я предлагаю нам построить исключительно дружеские отношения. Никаких двусмысленностей, никаких попыток сближения. Мне нужно ваше честное слово, что вы будете уважать мои границы, вы не станете предпринимать никаких действий, которые могли бы их нарушить. Я настаиваю на этом. Нас связывает исключительно деловое партнерство, я хочу, чтобы оно оставалось таковым. Уверена, вы достаточно проницательны для того, чтобы понять мою позицию, вы сможете принять мои условия. Я надеюсь на ваше понимание и готовность к сотрудничеству на взаимовыгодных условиях.
- Мадемуазель, я вас услышал, - хмыкнул озадаченный Доминик. Впервые за тридцать лет девушка позволила себе разговаривать с ним в подобном жестком тоне. Никто ранее не смог перед ним устоять, ни перед его обаянием, ни перед его властью. Молодой человек привык, что его слова воспринимаются как закон, а тут... Клэр, казалось, не впечатлена, - но, все же, я не могу вам дать слово, которое, в конечном итоге, я не смогу сдержать, - и это была чистая правда. Доминик всегда ценил честность, особенно в деловых вопросах. Он понимал, что сейчас на кону стоит нечто большее, чем просто сделка, - Клэр, мне бы не хотелось вам врать… - Доминик замолчал, искал нужные слова. Врать девушке было бы не только нечестно, но и... неприятно. В ее взгляде читалась такая решимость и такая непоколебимая вера в то, что она делает, что обмануть ее было бы равносильно предательству. И это чувство, неожиданно возникшее в его душе, заставило Доминика на мгновение растеряться.