Милена Завойчинская – Цветная музыка сидхе (страница 1)

Милена Завойчинская

ЦВЕТНАЯ МУЗЫКА СИДХЕ

Глава 1

Не могу сказать, что я легко приняла шокировавшие меня новости о маме, Альенде Шохард. Кем она была, какой… И о ее невероятных способностях, о которых я, как выяснилось, не знала и сотой доли… Всё было совершенно не так, как я думала всю жизнь.

С тем, что она сидхе, да и я тоже, раз уж мой папа обычный смертный человек, я успела примириться, пусть и не осознать до конца. Всё же характеристика «обычный смертный человек» — это не то, что мне привычно. Сама ведь прожила семнадцать лет, считая себя человеком. Но поскольку в Дагре, закрытом от всего мира королевстве, все жители были людьми, кроме немногочисленных гномов, то мне и в голову не приходило сравнивать себя, своих родителей и окружающих с народами, которые живут долго, а то и вовсе бессмертны. И вдруг выяснилось, что срок моей жизни — вечность. Конечно, при условии, если меня не убьют или если я, по примеру мамы, не свяжу свою судьбу со смертным.

Последнее вызывало массу вопросов. Не про мое дальнейшее существование — это отдельная история, которую мне еще только предстоит написать, — а про маму. Вечноживущая сидхе, сильнейшая талантливая магичка, можно сказать, волшебница, коли уж этому народу подвластны все пять стихий, а их музыка и поэзия практически перекраивают мироздание, и вдруг оказалась запертой в стране, где любая магия под запретом. Где маги — это жертвы, обреченные на смерть от рук сестер Неумолимой. Где родиться одаренным или быть ребенком одаренного — это приговор. Где вся власть в руках жриц богини смерти. Где все иные расы, кроме гномов с их способностями к созданию механических поделок, — это нежелательные персоны, въезд для которых запрещен. Королевство, закрытое от всего мира магическим куполом, стало ее новым домом. И это после многих, многих столетий свободы.

Я ведь так и не знаю, сколько же лет на самом деле было Альенде Шохард, моей матери. Путем нехитрых вычислений на основании той информации, что она указала в письме, становится ясно, что намного больше тысячи, раз уж народ сидхе покинул этот мир более шестисот лет назад, после чего она оставила в отделении Гномьего банка послание для потомков, и оно дожидалось меня там еще четыреста лет. Но в каком возрасте она была, когда решила не уходить в другой мир вместе со своей семьей, друзьями и другими сидхе? Явно ведь Альенда была на тот момент взрослой самостоятельной женщиной, получившей магическое образование, не побоявшейся рискнуть и очутиться в полном одиночестве. Будь она ребенком или молоденькой девушкой, ей бы этого не позволили.

Так что же такого должно было произойти, что она оказалась в Дагре? Что стала женой графа дас Рези? Связала с ним судьбу и жизнь магическим обрядом, зная, что, когда он умрет, она последует за ним во владения Неумолимой? Так сильно любила? Настолько, что обрекла себя на смерть? Ведь каким бы чудесным человеком ни был мой папа, он был смертен, как все люди.

Не понимаю… Я этого просто не понимаю!

Мои родители были очень счастливой парой, и я любила их обоих. Но гибель папы от рук моего единокровного брата Гаспара перечеркнула и без того недолгий жизненный путь. Отец умер от яда, мама должна была последовать за ним примерно через неделю, но и этого времени у нее не оказалось. Пасынок убил и ее…

Гаспар наказан. Лорд Калахан и Дарио покарали убийцу. Это хорошо, мое сердце успокоилось, ненависть к единокровному брату больше не разъедает душу.

Но вопросы о маме, ее истинной личности, логике ее поступков, причинах, приведших ее в Дагру, и наконец о том, почему она всю мою жизнь скрывала от меня правду, так и оставались без ответов. Так же как и о том, а что мне дальше делать? Как жить? У кого и где учиться?

Дарио меня бросил, ушел, не сумев побороть обиды за мой обман. И пусть у меня благодаря лорду Калахану нет проблем с жильем и деньгами, но…

После столь ошеломляющих новостей о жизни и истинной личности моей матери, а также открытий о себе и своих потенциальных возможностях требовалось время, чтобы прийти в себя.

А потому я решила повременить с выездами в Тьяру, разведыванием обстановки, изучением города, поисками магического учебного заведения и сосредоточиться на том, что уже имею.

С мамиными книгами в библиотеке мне не совладать, насколько я поняла. Мне просто не хватало для них базовых знаний. А потому чуть позднее буду искать в городе книжные лавки и библиотеку. Уверена, она есть. Ведь Тьяра — столица драконьего государства. Пока же нужно вызубрить наизусть письмо и инструкции, оставленные мамой. Причем вызубрить в прямом смысле этого слова, так чтобы я смогла воспроизвести каждую букву. Благо на память мне жаловаться не приходится. Потом уничтожу записи, как велено.

Кроме того, я теперь домовладелица. А значит, необходимо не просто числиться хозяйкой, но и разобраться досконально с тем, чем владею.

Приняв эти осмысленные решения, я приступила к их воплощению.

Утром следующего же дня позвала госпожу Виённу и попросила ввести меня в курс дела, показать книги учета финансов, сообщить всё необходимое. Сколько средств ежемесячно требуется на оплату прислуги, содержание дома, сада, лошадей, подсобных помещений, сколько уходит на уплату налогов, закупку продуктов и прочее. Кроме того, мне нужно еще раз осмотреть дом и прилегающую территорию, все строения, находящиеся на моей земле, разобраться с охраной и, возможно, купить дворового пса или нанять сторожа. Я не склонна к доверию и наивности с некоторых пор. Слишком многое видела во время странствий.

— Я рада, леди Рэмина, что вы решили так ответственно подойти к делу, — ничуть не расстроили мои требования экономку. Похоже, ее не беспокоило, что кто-то влезет в ее вотчину. — С чего предпочитаете начать? С инвентаризации имущества в доме или с осмотра территорий? Или же сначала книги?

— У меня много времени, так что давайте всё будем делать постепенно, день за днем, пока я не вникну в подробности и детали. Пожалуй… — я покосилась на сейф, в который спрятала мамино послание четырехсотлетней давности, полученное в Гномьем банке, — давайте начнем с дома. Сегодня моросит, останемся под крышей.

— Я сейчас принесу книгу со списками всего находящегося в здании, леди, — чуть улыбнулась женщина и вышла из кабинета.

Да, именно в этом небольшом помещении я отчего-то чувствовала себя увереннее всего и предпочитала проводить большую часть времени. Заглянув в ящик письменного стола, я вынула лист бумаги и тут с досадой осознала, что забыла приобрести писчие принадлежности. Придется озадачить этим Жужу, мою кухарку. Она все равно поедет на рынок за свежими продуктами, вот и купит мне заодно разные мелочи, необходимые для письма.

Целую неделю мы с госпожой Виенной обходили просторный двухэтажный дом. Начали с подвалов, перебрались на первый этаж, потом на второй, закончили чердаком. Сверяли каждое наименование с перечнем в толстых книгах учета. Не осталась неучтенной ни одна безделушка или статуэтка, ваза или скатерть, простыня или подушка. Экономка оказалась на редкость дотошной особой. В ее списках значились также предметы мебельных гарнитуров, текстиль и коврики, кухонная утварь — сковородки и кастрюли, венчики, вилки, ложки и тарелки, подносы и кувшины… В тех случаях, когда какая-то из вещей приходила в негодность и ее выбрасывали, то запись в книге была перечеркнута, а на полях аккуратно указана причина повреждения и что с этой вещью сделали — сожгли, выбросили, отдали нищим… Если же перетягивали или реставрировали, то опять же — значилась приписка, что, мол, сменили ткань обивки с бордового бархата на синюю тафту. Даже стеновые панели из дорогих сортов дерева, шелковая обивка стен и светильники были учтены.

Меня повеселило одно пояснение напротив перечеркнутого пункта «кастрюля большая медная». Я с трудом удержала смешок. Но это было действительно забавно: «Жужа увлеклась чтением новых кулинарных рецептов и сожгла жаркое. Кастрюлю отмыть и восстановить не удалось».

Пожалуй, стоит подарить моей славной кухарке еще сборники рецептов. Наверняка их можно купить в городе.

На чердаке, где я ожидала увидеть завалы сломанных и непригодных к использованию вещей или всякий хлам, как это часто бывает в замках, оказалось на удивление чисто и сухо. Никакой пыли, паутины или мусора, даже окошко было прозрачное, а все светильники исправно работали. Да, в некотором роде складское помещение. Но идеально прибранное и с точно такой же отдельной описью.

Картины в потрескавшихся от времени старинных позолоченных рамах. Я распорядилась рамы отреставрировать или заменить, если восстановить не удастся, а потом полотна вернуть в те помещения, где они когда-то висели. Названия этих комнат тоже были указаны, уж не знаю для чего. Мол, «картина из библиотеки, стена у окна» или «пейзаж из столовой, справа от двери».

Обнаружила три ящика с обложенной ветошью алхимической посудой, непонятными змеевиками и совсем уж странными предметами. Это переехало сюда из лаборатории, по словам экономки. Какие-то стулья и пуфики, вероятно оставшиеся от прежних гарнитуров и не подходящие к нынешним. Дала разрешение, если пожелают, забрать что-то в комнаты, в которых проживают госпожа Виенна с мужем и Марша с Линдой. Несколько старинных напольных зеркал, которых годы или столетия тоже не пощадили. Что с ними делать, я не решила, так что и тратиться на восстановление не стала. Сундуки с дорогими тканями для обивки стен, чехлами для мебели и гардинами. Весь текстиль целый, не истлевший и не погрызенный молью, так как поверх стопок тканей лежали специальные амулеты, предотвращающие обветшание. Запасные светильники и канделябры. И всё такое прочее… Для себя присмотрела большое кресло-качалку. Оно требовало некоторой починки, а после этого я распорядилась выставить его на веранде, положив на него плед и подушечки.