Милена Завойчинская – Невест так много, он один. Книга 1 (страница 5)
На фамильное привидение старалась не смотреть, поскольку оно плыло рядом и бессовестным образом хохотало, слушая наш диалог.
– А я… Я одет в чистые вещи! В отличие от некоторых.
– Ты? В чистые? В каком месте они у тебя всё ещё чистые? – ткнула я пальцем в зелёные коленки.
– Зато у меня… волосы мытые.
– Вот это уже аргумент, да, – поправила я широкий длинный шарф, замотанный на голове и полностью скрывающий шевелюру. – Но попрошу учитывать, что я с дороги. Ты ведёшь себя недостойно лорда. Указывать леди на её неидеальный внешний вид – дурной тон.
Лекс открыл рот, чтобы совсем по-детски снова сказать гадость, потом закрыл. Отвернулся и буркнул:
– Я не лорд и не буду им. Я бастард и титул не наследую.
– Ерунда, заработаешь. Корона даёт дворянство за многое. Сделаешь что-нибудь эдакое и получишь. Или женишься на какой-нибудь обедневшей, но титулованной мышке.
Такого ответа мой собеседник не ожидал. Споткнулся от неожиданности, полетел вперёд, неуклюже загребая ногами и размахивая руками, но всё же шлёпнулся на четвереньки. Вот ведь недоразумение ходячее. Я не единожды видела таких вот стремительно и внезапно вымахавших буквально за пару летних месяцев мальчуганов, которые ещё не научились справляться с новой длиной конечностей. И они обычно отличались редкостной неуклюжестью, пока не привыкали к своим новым габаритам.
– Э нет! – погрозила я ему пальцем, переводя всё в шутку. – Вставать передо мной на колени совершенно излишне. У меня один жених уже имеется, с ним-то не знаю, что делать. На меня в этом плане не рассчитывай. Ищи себе другую нищую мышку-дворянку для женитьбы.
– Язва! – захохотал призрак. – Ох, ну какая же язва! Прелесть просто! Ты похожа на Лауру, моя девочка тоже могла ужалить словом.
– Ты! Я не… Я не собирался делать тебе предложение! – залившись румянцем до самых волос, воскликнул мальчишка и вскочил на ноги, сжимая кулаки и глядя на меня, словно взбешённый котёнок.
– Ты такой милый… – с улыбкой покачала я головой. – Красавчик. Но, вообще-то, мог бы и не говорить, что не собирался делать мне предложение. Это как-то обидно. Я, вообще-то, хороша собой и тешу себя надеждой, что нравлюсь мужчинам. Скоро мы придём?
– Ты невыносима, – сдулся Лекс. – Тебя в детстве не колотили за вредный характер?
– Регулярно пытались, – усмехнулась я. – Так что? Пришли? – указала на дверь, перед которой мы стояли.
– Почти.
Открыв дверь, мальчишка сначала заглянул в неё, не торопясь переступать порог. Помялся, глянул на меня и уточнил:
– Не передумала? Всё же комнаты призрака.
– Главное, чтобы он не подглядывал за мной, пользуясь своей невидимостью, – многозначительно произнесла я, взглянув на этого самого призрака.
– Да никогда! – приложив руку к груди, тот с самым честным лицом куртуазно поклонился.
И я поняла, что подглядывать будет. Абсолютно точно. Придётся быть начеку. С другой стороны, он и так безнаказанно за всеми подсматривает, в его распоряжении вся вилла.
Отодвинув мнущегося в коридоре Лекса, никак не решающегося сделать последний шаг, я вошла в башенку.
На первом этаже располагалась комната, которая одновременно являлась и гостиной, и кабинетом, и столовой, судя по обстановке. Круглый обеденный столик и два стула занимали э́ркер с окном. Справа от него – секретер, сейчас закрытый. Но на верхней открытой полочке стоит набор писчих принадлежностей. По обеим сторонам от входной двери – книжные шкафы, забитые старинными свитками и фолиантами. Слева камин, над ним завешенный грязным от времени полотном большой прямоугольник – то ли зеркало, то ли портрет в раме. Напротив небольшой диван на изогнутых ножках, кресло и низенький столик с пустым серебряным кувшином, потемневшим от времени. По центру ковер. Ну, и завершала обстановку винтовая лестница наверх.
Всё было покрыто толстым слоем пыли, на бархатные шторы, ковёр и обивку мягкой мебели страшно смотреть. Окна изнутри не мыли, как я понимаю, последние пару столетий.
Осмотревшись, я освободила край шарфа, намотала его так, чтобы спрятать нос и рот. А после, осторожно ступая, чтобы не поднимать с пола копившиеся тут двести лет следы времени, направилась к лестнице.
Второй этаж был уже более личной территорией. Опять же – камин и кресло. На стенах картины и гравюры. Их я оценю позднее, пока хочется осмотреться в целом. Два больших платяных шкафа. А нет, не платяных. Когда я открыла дверцу одного из них, то еле успела отпрыгнуть, увернувшись от вывалившейся из него алебарды.
Гневно обернувшись к притихшему Касселю, я взглядом выразила своё мнение на этот счёт. Но призрак лишь пожал плечами и отлетел в эркер, который занимала низкая софа, обтянутая шёлком. В этой комнате имелся ещё один секретер, но меньшего размера. Консоль с вазой, в которой, разумеется, уже давно не стоит никаких цветов. И несколько пуфиков и кресел для гостей. Ковра здесь отчего-то не было.
Третий этаж был полностью отдан под спальню. Просторная кровать, длинный узкий сундук в изножии, ростовое зеркало в золочёной раме на стене, шкаф для одежды и туалетный столик. Неизменный камин и кресло перед ним. Кажется, при жизни кое-кто очень любил сидеть у огня. В эркере двуместный диван.
Я покрутилась, пытаясь понять, а где же умывальная комната.
Наблюдавший за мной с лёгкой грустной улыбкой призрак подплыл к зеркалу и позвал:
– Откройте. Это дверца.
За зеркальной дверью обнаружилась небольшая комната с узким окошком-бойницей, забранным витражным стеклом. Тут можно умыться, справить нужду и помыть руки. Но как насчёт полноценного мытья?
– Лекс, а где можно принять нормальную ванну? – спросила я мальчишку, который храбро ходил за мной хвостиком, но был молчалив и напряжён.
Мой голос прозвучал в тишине неожиданно резко, заставив бедного полукровку подпрыгнуть на месте. Сердито выдохнув, он мотнул головой и ответил:
– Купальня в подвале. Господская половина справа, слева для слуг. Туда поступает вода из горячих источников. Попахивает, но она полезная. А в комнаты водопровод не проведён. Вилла старинная, тогда этого не делали.
– А сейчас? Я слышала, что в столице многие обеспеченные жители переоборудовали дома, и теперь водопроводы есть и в личных покоях.
– А сейчас тут практически никто не живёт, чтобы тратить деньги на ремонт и перепланировку.
– Но ты же живёшь, – прикрыв дверцу, я вернулась в спальню.
– А я не девчонка, могу и в подвал спуститься, – фыркнул он. Но потом неохотно пояснил: – Не хочу в столицу. Там матушка маркиза. Зачем лишний раз напоминать ей о моём существовании?
– Понятно. Значит, леди… Эстебана, да? Бабушка стыдится внебрачного внука. Глупо.
– Почему это?
– Жизнь сложная штука, Лекс. Других у неё может и не быть. Мало ли что случится? Она не дождётся других внуков и отправится в мир иной. Жена лорда Риккардо не сможет принести наследников. Или он сам не сможет их подарить супруге… Нужно ценить то, что имеешь.
– Ты рассуждаешь словно старуха.
– Я рассуждаю как та, что родилась в любящей большой семье, а осталась в итоге сиротой в довольно юном возрасте. Не находишь, это даёт мне право иметь своё мнение о непредсказуемости жизни? – повернулась я к нему. – Ну что, веди меня в купальню, но сначала выдай рубашку и какие-нибудь из своих штанов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.