Милена Завойчинская – Большие планы маэстрины (страница 40)

— Ваше сиятельство, вы не хотите меня услышать. Ничего. Потому что я вам ее не отдам. Кофе… — Я налила в чашечку кофе, добавила сливки. Почему-то мне показалось, что он любит именно так, крепкий, со сливками, но без сахара. Передала ему чашечку на блюдце.

— Она нужна мне. И я заберу свою внучку так или иначе.

— Вам нужна не она. Не внучка. Вы всего лишь хотите заполучить носителя вашей крови, чтобы не отдавать титул и состояние дальней родне или короне, — парировала я. Налила кофе и себе, вернулась на стул напротив маркиза.

— Называйте, как вам угодно, маузель Монкар. Но если вы мне не отдадите дочь Маркуса, я вас уничтожу, — отпил он кофе.

— Вы можете думать что угодно, месье Нобль, но забрать Софи я вам не позволю. Вынудите — и я уничтожу не вас, но ваши имя и репутацию. Все королевство будет в курсе прелестных забав гнусного подонка Маркуса Нобля. И того, как он развлекался на досуге. А возможно и того, как богатенький титулованный папочка покрывал его игрища и убийства девушек. Уж поверьте, в Одимене не останется ни одного обученного грамоте человека, который не будет знать детали этой дивной истории. А неграмотным расскажут.

— Маузель, вы в своем уме? — усмехнулся он.

— Я — да. А вы? — Я посмотрела в глаза аристократу и без тени издевки или улыбки продолжила: — Серьезно думаете, что я отдам невинное дитя человеку, воспитавшему чудовище, насильника и убийцу? И не нужно мне говорить, что вы не знали. Монстрами за один день не становятся. Более чем уверена, ваш славный мальчуган Маркус, такой красивенький, такой очаровательный, обожал с раннего детства отрывать лапки и крылышки насекомым, мучить животных, пинать котят, избивать собак и лошадей. Это же так весело, издеваться над слабым. Да? А любящие родители, или уж скорее, сильно занятые собой и светской жизнью, закрывали на это глаза. Ведь их сыночек самый лучший, самый умный, самый одаренный. И да, такой богатый, что можно заплатить изнасилованной избитой горничной, чтобы она заткнулась и не болтала. И закопать кошку, с которой милашка Маркус заживо снял шкуру. Не так ли?

Я говорила спокойно, не повышая голоса. И была абсолютно уверена, что примерно так все и происходило. По воспоминаниям Мариэллы, которые я разложила по полочкам и тщательно осмыслила, была в отце Софи некая безуминка. Желание причинять боль. И полная уверенность в безнаказанности.

— Маркус не убийца. И вы ничего не докажете, — процедил маркиз.

— Маркус как раз убийца. И вы это знаете. А я докажу. Скольких девушек похоронили по вашему распоряжению? Вы лично покрывали его делишки? Или приставили к нему аморального слугу, который прибирался за юным маньяком?

— Я не причастен к этому! Вы не смеете… Это ложь! Маркус был хорошим мальчиком!

— Ой, ваше сиятельство, перестаньте! — отмахнулась я. — Уж мне-то можете не рассказывать, каким он был. Я больше не та доверчивая девочка Мариэлла, что имела неосторожность влюбиться в Маркуса Нобля. Та Мариэлла неделю провела у него в плену. А ваш чудесный добрый сыночек избивал ее день за днем, каждый свой визит. Часами бил, пинал, щипал. Ведь это так весело. Забивал, пока она не теряла сознание, и насиловал. И резал. Он ведь весьма ловко умел обращаться с кинжалом. Не так ли? Помните, как чудесно он крутил его между пальцев, словно молнию? Так вот, резал он так же быстро. И ему очень нравилось слизывать кровь.

— Это ложь… — Задрожали руки у мужчины.

— Ни слова неправды. Чем угодно поклянусь, хоть силой, хоть кровью, хоть жизнью. Хоть перед королем, хоть перед судом, хоть перед богами. И вы знаете, что я говорю истину. Ведь наверняка Мариэлла Монкар, несчастная однокурсница Маркуса, была не первой. Кто был раньше? Служанки? Шлюхи в борделе?

— Вы не посмеете об этом рассказать! Иначе я сотру вас в пыль!

— Еще как посмею, — ровно ответила я. — Не стоит пытаться меня запугивать, маркиз. Как я уже сказала, милой, доброй, скромной дворянки Мариэллы Монкар больше не существует. Ее нет, она исчезла. Растворилась в том ужасе, что творил Маркус. Теперь есть я. И я глотку перегрызу, фигурально выражаясь, за себя и своего ребенка. Если потребуется уничтожить род Нобль в глазах общества, я сделаю это, не раздумывая ни мгновения.

— Вы мне угрожаете?

— Нет, что вы. Объясняю свою позицию. Ведь это вы ко мне пришли, а не я к вам. Нам с Софи от вас ничего не нужно. Не трогайте нас, и тогда мне не придется доставлять неприятности вам.

— Маузель, вы в курсе, что закон на моей стороне? Ваша дочь — бастард моего сына. И единственная наследница моего рода. К ней перейдут титул, состояние, майорат.

— Я знаю законы, маркиз. Но если вы меня вынудите дойти до суда, то я приду туда к тому моменту, когда от репутации и имени рода Нобль останутся ошметки. Зато появится репутация убийц и моральных уродов.

— Вы же понимаете, что мне проще уничтожить вас? — криво усмехнулся старый аристократ.

— Понимаю. Но вы же осознаете, что я подготовилась? — повторила я его интонацию. — Допустим даже, что вы наймете кого-то и меня прирежут. Завершите начатое вашим сыном, так сказать. Это ничего не изменит. Лишь ускорит крах Ноблей. Видите ли, нынешняя Мариэлла, та, что сейчас перед вами, очень не любит ваше семейство. Имеет основания, согласитесь. И в нескольких разных местах и городах лежат папочки с точным полным описанием всего, что творил Маркус. Все это заверено моей магией и кровью. Каждая из копий. И имеются распоряжения предать общественности и опубликовать эти истории, если вдруг со мной внезапно что-то случится. Ну а любопытные журналисты побегут еще и дальше копать. Вы ведь знаете эту братию. А тут такая сенсация. Еще кофе? — добавила любезно.

— Нет. И все же вы решили мне угрожать…

— Ни в коем случае, месье. Не передергивайте. Я просто ввела вас в курс дела. Вы мне вообще не интересны. Есть вы, нет вас, нам с Софи ни жарко ни холодно. У нас своя жизнь, свои заботы, свои проблемы.

— И все же…

— Месье Нобль, давайте я повторю. А то вы, кажется, никак не хотите меня услышать. Если вы решите доставить мне неприятности… Мы с вами просто активируем полное взаимоуничтожение. Решите меня растоптать — я потяну вас за собой. Вместе на дне в грязи барахтаться будем. Только я буду в глазах общества — невинная жертва. А вы — отец убийцы, человек, который покрывал его и прятал от правосудия.

— Если я захочу, вы не сможете даже дойти до ваших поверенных. За оградой университета…

Я негромко рассмеялась. В чем-то я понимала этого немолодого мужчину. Сын был полный отморозок, других детей не народилось. Жены тоже нет. Совсем один, а тут вдруг внучка внезапная.

— Месье Нобль, довольно. Ну не боюсь я вас, смиритесь. И давайте объективно. Мне не нужно выходить за ограду университета. Да я в любой момент могу усилить магически свой голос и просто рассказать вслух ту дивную историю, которая случилась более года назад неподалеку от столичной академии магии. Здесь учатся тысячи молодых магов со всего королевства. В том числе аристократы. А у них имеются друзья, семьи, знакомые. Да расскажи я это, и половина королевства от вас отвернется. Даже без публикации в журналах и газетах моего рассказа. Вы ни за что и никогда не отмоетесь. Я могу это сделать прямо сейчас, если захочу. Возьму и поведаю всем в Усаче, как некий Маркус Нобль из старинного аристократического рода выкрал студентку, дворянку между прочим, Мариэллу Монкар. Опоил ее, заковал в антимагические оковы, чтобы она не могла сопротивляться. А потом больше недели избивал, насиловал и калечил.

— Вам не поверят. К тому же вы и сами лишитесь репутации, — с каменным лицом попытался настоять на своем месье.

— Пф-ф, ерунда. Лишусь здесь, уеду работать в другой далекий край. Например, к жениху Софи. Попрошу будущего свата помочь мне с работой.

— Вы посмели ее обручить?! — вскинулся он. — Без моего согласия?!

Я иронично улыбнулась, забрала у него чашечку из-под кофе. Отвечать не стала. Мы помолчали. Разговор пошел не в том русле, что планировал пожилой аристократ. Он мне не верил, пытался угрожать, не понимал, что со мной не так. Возможно, привык, что он пуп земли, весь такой значимый. Он раз за разом огрызался про репутацию, про то, что я не смею ему угрожать…

— Вы редкостная стерва, — наконец сказал он и глянул неодобрительно. Кажется, дошло наконец, что по его не выйдет вообще никак.

— Да, мне говорили, — согласилась я. — Характер мне сильно испортила жизнь.

— Мне нужна внучка. Я должен передать ей наследие предков.

— Передавайте. Пишите завещание. Как помрете, она все получит, — не стала я спорить.

— Но я должен вырастить из нее аристократку! Достойную имени Нобль!

— С этим у вас проблемы, как я уже говорила. Растить достойного человека вы не умеете. Этим займусь я.

— Какая наглость… — пробормотал он. — Могу я хотя бы взять ее на руки, бессердечная вы особа?! Она моя единственная родная кровь.

— Вот с этого надо было начинать. Можете. Но сначала уладим организационные вопросы, так сказать. Первое. Поклянитесь, что вы непричастны к забавам Маркуса. И что вы не покрывали его и по вашему приказу не прятали трупы.

Дед Софи заскрежетал зубами, передернулся всем телом. Но все же выдавил из себя немного невпопад:

— Животных. В детстве. И были служанки, но не до смерти. Все живы, все получили лечение и хорошую денежную компенсацию. Что Маркус творил в столице, мне неизвестно. К нему был приставлен человек, который наблюдал и оберегал, но, видимо… Мне действительно жаль, маузель. Я не знал ни о вас, ни о других случаях. Про то, что у меня есть внучка, мне совсем недавно рассказал ваш общий однокурсник, Людвиг Кассас. А до того я даже предположить не мог… Клянусь своим магическим даром.