Милена Завойчинская – Боевая практика книгоходцев (страница 6)

Мы уже расплатились за доставку сюда и договорились о том, когда вернуться за нами, обсудив стоимость услуги. Жакоб пожелал удачи, еще раз объяснил, где лучше остановиться, и потом долго смотрел нам в спины, пока мы брели к берегу, подняв над головой сумки и оружие.

Выбравшись на берег, мы оба опустили вещи на песок и какое-то время провожали взглядами удаляющийся кораблик.

– Не нравится мне все это, – выдал Карел, когда парус затерялся вдали.

– Я тоже не в восторге, – вздохнула я. – Идем искать место, где устроим лагерь.

Напарник кивнул, подхватил свою сумку и меч и пошел не оглядываясь. Даже забыл, что вроде как стесняется меня. Я посмотрела на его голые плечи и спину и подумала, что надо бы нам сначала обоим воспользоваться солнцезащитным кремом. А то к вечеру вместо практикантов останутся два красных испеченных рака.

Оставлять вещи без присмотра мы не решились, мало ли, вдруг остров не такой уж необитаемый. Или, того хуже, живут здесь какие-нибудь обезьяны, которые утащат наше имущество, и ищи его потом по всему острову. Так, с сумками и оружием, и ходили. Эта часть острова, как и говорил капитан Жакоб, была песчаной. Как только широкая полоса песка заканчивалась, сразу же начинала расти редкая травка, а над головой шумели кронами сосны. Оригинальная природа, надо сказать. Я почему-то ожидала увидеть пальмы, но нет. Пальм не было и близко, а вот сосны и пышные кусты с яркими пахучими цветами имелись в избытке.

Чтобы пройти остров насквозь и добраться до другой его стороны, нам потребовался час. Но, откровенно говоря, не думаю, что территория так уж велика. Просто ходьбу затруднял скалистый ландшафт. Обнаружили мы и обещанный водопад (небольшой, но красивый) с ледяной кристально чистой водой, и вытекающий из него ручей, точнее, скорее уж речушку, впадающую в море.

Позднее нашли и грот. Долго переминались у порога, вяло подначивая друг друга на то, чтобы войти, но так и не решились. Ушли. Скалистый берег мне не понравился. Он обрывался вниз отвесной стеной, а у ее подножия бились о рифы волны. Ни поплавать, ни понырять, ни судну подойти.

Так что пришлось возвращаться к песчаному пляжу. По пути освежились в водопаде, набрали воды и отправились строить шалаш или навес. Я в этом деле была полнейшим профаном, но Карел ловко натянул между двух близстоящих сосен веревку, натащил веток, вырыл ямку для костра, аккуратно сняв предварительно дерн. Я только наблюдала, мотала на ус и выполняла мелкие поручения по типу: подай, принеси.

– Ты часто вот так на природе ночевал? – спросила, когда мы уселись в тень, чтобы отдохнуть.

– Частенько, – спокойно кивнул он. – А ты?

– Я вообще ни разу не ночевала на открытом воздухе. Не довелось как-то… Поэтому сейчас немного нервничаю, – смущенно кашлянула.

– Не переживай, – одними глазами улыбнулся друг. – На ночь начертим защитный круг. Дождя вроде не планируется. Но если погода испортится, укроемся в скалах.

– Как ты думаешь, что в том гроте?

– Да кто ж его знает? Русалки, они… – Он задумчиво почесал затылок. – Слушай, а что ты знаешь о русалках? Мы ведь их на бестиологии и фейриведенье еще не проходили.

Я похолодела. Ррыгр косматый! А ведь и правда не проходили! Все мои познания об этом виде нечисти ограничивались земными сказками и мультфильмами. Или они не нечисть? Нет, по земным сказкам все-таки народом они не являются. Всякие ожившие утопленницы и так далее… А тут?

– Вот черт! – выпалила, вытаращившись на напарника.

– Понятно, – усмехнулся он. – Ладно. Сейчас купаться, затем готовим обед и отдыхаем до вечера.

Когда пошли плавать, то оружие и ценные вещи оставили на пляже на видном месте, но даже при этом обвели вокруг них защитный круг, чтобы не уволок кто, если вдруг мы отвлечемся. Карел, хоть и плескался на мелководье, так как не умел плавать, умудрился поймать большую рыбину. Сам ее почистил и разделал, но вот уху варить пришлось мне. Договорились, что в следующий раз он приготовит запеченную. Ларисса снарядила нас грамотно. И котелок походный дала, и посуду, и запас крупы, соли, картошки… Неделю мы спокойно протянем здесь, особенно если еще будет свежая рыба.

Так и прошел день. Ели, плавали, загорали, даже поспать успели в тенечке. Обычное такое времяпрепровождение на природе. Русалки или кто-нибудь иной из водной нечисти нас посетить не соизволили. После первого же заплыва я подбила Карела на то, чтобы он разделся. Я видела местное мужское белье. Эдакая вариация на тему семейных трусов, только из плотного хлопка или сатина. Так что ничего лишнего я бы все равно не увидела. Друг сначала поломался, но я дала ему слово чести, что как парень он меня не интересует, покушаться на него и пялиться не стану и сама стесняться тоже не буду. Но плавать в одежде (пусть даже это шорты и топик) я отказываюсь и ему не рекомендую. После чего отвернулась и спокойно стянула вещи, оставшись в исподнем. Женское бельишко, имевшееся у меня, было своеобразным, фасона примерно пятидесятых годов XX века на Земле: высокие трусы с пуговками и веревочкой вместо резинки и очень закрытый бюстгальтер. Мне оно казалось дико старомодным и нелепым, как из бабушкиного сундука. Поэтому свой кружевной комплект, в котором попала в Межреальность, я берегла как зеницу ока для особенных случаев.

Карел сдавленно крякнул за моей спиной, когда я разделась, и потом старательно отводил взгляд в сторону. Где-то с часок. А затем понял, что чихать я хотела на то, пялится он на меня или нет, и сама ниже его пояса не смотрю, и тоже расслабился. Вообще, классные у нас с ним отношения. Ни он во мне девушки не видит, ни я в нем – парня. Очень удобно. О чем я и поведала ему, когда мы валялись на песочке, подставляя солнцу бледные тела.

– Злая ты, Кира, – хохотнул он. – Могла бы хоть изредка делать вид, что я – мужчина.

– Оно тебе надо? – лениво отозвалась, не открывая глаз.

– Нет, – после раздумий выдал напарник. – Ты мне как младшая сестренка. Я тебя по-другому отчего-то совсем не могу воспринимать.

Я на ощупь нашла его руку и пожала. Так и лежали какое-то время, переплетя пальцы.

– Идем, поучу тебя плавать, – когда совсем расплавилась от жары, потянула его к воде.

Следующие дни были такими же: мирными и спокойными. Спали, ели, загорали, купались, ловили рыбу и искали мидий, нашли заросли малины и обобрали кусты. Единственное поручение, которое мы выполнили, – это нарвали нужные травы и вывесили пучки сушиться на веревке в тенечке. Хороший запас получился, все Марвелу точно не отдам, мне и самой пригодятся такие редкие растения. Поэтому как Карел ни ворчал, мол, и так уже хватит, я с упорством барана гоняла его и на рассвете, и на закате собирать такие замечательные (и дорогие, что немаловажно) ингредиенты. Ну, ракушек набрали целый мешок. Опять-таки часть Марвелу, часть – мне. Карел алхимию не любил, предпочитая артефакторику, так что все мне, мне! В общем, у нас был умиротворяющий и благостный туристический поход. Никакие русалки к нам даже и не думали являться.

К вечеру четвертого дня я начала беспокоиться. Нет, мне все нравилось: я отлично отдохнула, накупалась в море, у нас обоих кожа приобрела красивый шоколадный цвет (великолепный крем оказался – ожогов не допускал, а вот загар – очень даже). Но скоро ведь за нами приплывет капитан Жакоб, а мы так и не добыли чешую русалок. И что нам говорить научному руководителю? Завалить практику совершенно не хотелось.

Провели мы совещание и решили, что вечером придется учинить что-нибудь этакое, дабы привлечь к себе внимание морских жительниц. Что именно, я пока не знала, но непременно придумаю. Вот поплаваю еще немного, вздремну на солнышке и обязательно придумаю.

К закату мы все подготовили. Сложили костер в ямке в той части пляжа, где глубоко становилось почти у самого берега. Я рассудила, что по мелководью до нас русалки не смогут добраться, а нам ведь нужно с ними пообщаться. Соорудили рядом с костром подобие столика и застелили его одним из одеял. Я приготовила свои травки и алхимический котелок, не знаю зачем, но мало ли, вдруг понадобятся. Затем мы обвели нашу «базу» небольшим защитным кругом и заговорили его от нечисти и нежити.

– Кира, ты уверена, что сработает? – в который уже раз вопросил Карел.

– Не-а, но попробовать-то надо. Ты только не атакуй их, ладно? Они хоть и вредные тетки, по слухам, но все-таки женщины. Попробуем поторговаться и добыть все по-хорошему.

– Ох, не верю я, что все обойдется, – нервно потер ладони напарник.

Он явно волновался, напуганный россказнями Лариссы и капитана Жакоба. Но деваться нам было некуда. А голь, как известно, на выдумку хитра. О чем я и сообщила другу. Он зыркнул на меня, но мудро промолчал. И правильно, знает ведь мой характер: если мне что втемяшилось в голову, я не успокоюсь.

Солнце коснулось горизонта, и я начала представление. Прокашлялась, сделала небольшую распевочку под опешившим взглядом Карела и запела песню Сирены. Русалки – это, конечно, не сирены, но нам, кабанам, все равно. Главное – результат!

– Порывом ветра над волною белопенной, листвой осенней и апрельским громом первым…[1] – самозабвенно выводила я, поглядывая из-под ресниц в сторону воды.

Слова я знала хорошо, так как в отчем доме соседка сверху, немолодая уже женщина, часто громко включала ее. А мне деваться было некуда, нравилось или нет, приходилось слушать вместе с нею, так как тонкие стены панельной многоэтажки звуки не глушили. Возможно, я фальшивила, но тут никто не мог бы мне на это указать.