реклама
Бургер менюБургер меню

Милена Янг – Фальшивый рыцарь (страница 5)

18

Следующие несколько минут они просто молчали, думая каждая о своем.

– Ты прости, я тут сырость развела. – Сара вытерла слезы и тяжело вздохнула. – Как так вышло?

Мелани с облегчением выдохнула и рассказала подруге обо всем. Сара напряженно слушала ее, впитывая каждое слово.

– То есть это брак ради выгоды? – спросила она, слегка наклонив голову набок.

– Да, – выдавила Мелани. – Я его не видела последние четыре года. По сути, мы разговаривали с ним всего один раз, перед его отъездом из Данверса.

– В голове не укладывается. – Сара вытерла покрасневшие глаза. – Мы думали, он попал в неприятности.

– Прости, что не рассказала раньше. – Мелани виновато вздохнула. – Но я не могла нарушить слово.

– Я понимаю. Все в порядке. – Сара накрыла ее ладонь своей рукой. – Не переживай, дорогая. Это не твоя вина. Просто ситуация очень тяжелая.

– Ты завтра придешь? – Мелани с надеждой взглянула на лучшую подругу.

– Моя девочка выходит замуж! Разве я пропущу такое важное событие?! – И Сара притянула Лану в свои объятия. – К тому же я дам тебе парочку советов по поводу того, как стоит обращаться с твоим, – она прочистила горло и выдержала почтительную паузу, – мужем.

– Это мне пригодится, – рассмеялась Мелани. С души словно груз свалился. – Ты ведь хорошо знаешь Рэта…

– Даже слишком, к его несчастью, – многообещающе улыбнулась Сара. – Ну, слушай…

Глава 3

Мелани поправила прозрачную фату. За спиной тянулся шлейф длинного белого платья из нежного французского кружева. Роскошное, украшенное бисером и кристаллами, платье сверкало и переливалось даже в полутемном помещении. Светлые волосы девушки были уложены мягкими локонами и рассыпáлись по плечам аккуратным каскадом. От волнения скрутило живот. Она выходит замуж за почти незнакомца.

«Может, зря я это все затеяла?..»

Сумеет ли она прожить с этим человеком под одной крышей? Будет ли он с ней так же учтив, как был в Данверсе, когда они виделись в последний раз? Что, если…

Эти раздумья прервало сообщение, пришедшее на телефон.

Хаул: «О чем думаешь, Тыковка?»

Мелани выдохнула, сердце словно застряло в горле. Как и всякий раз, когда ей писал Хаул. Нет, она просто безнадежна. Мелани понятия не имела, как он выглядит, но для нее это было совершенно неважно. Она ценила то, как он вел себя с ней. Как поддерживал, выслушивал, смешил. Он был тем, кто знал о ней все. Почти все. За исключением уродливого прошлого. После того как убили ее мать, Мелани исчезла из Сети. Она неделями игнорировала его сообщения. Ушла в себя, замкнулась, ни с кем не разговаривала.

Но он все равно писал. Каким-то образом сумел найти ее новый номер. Хаул не знал о ней всей правды, но своими шутками умел ее рассмешить, отвлекал от мрачных мыслей. Он никогда не требовал от нее большего, не заставлял рассказывать о том, о чем она не хотела, чем не могла делиться, и Мелани это очень ценила.

Дело было не в том, что она не доверяла Хаулу. Нет. Просто каждый человек переживает горе по-своему. В ее случае разговоры о прошлом только бередили раны. Мелани даже с папой не говорила о смерти матери. И ей совсем не хотелось вываливать подобный груз на Хаула, которому хватало собственных травм и проблем.

Тыковка: «Я думаю о том, что сегодня моя жизнь изменится».

Он ответил спустя всего секунду.

Хаул: «Ты счастлива?»

Тыковка: «Если честно, я боюсь, что меня сейчас стошнит от волнения».

Хаул: «Дыши. Все будет хорошо».

Тыковка: «Знаю. Но все равно… Я не умею играть роли».

Хаул: «Думаешь, он умеет?»

Тыковка: «Ты не знаешь, о ком пишешь. Мой будущий муж – это человек, который живет так, словно постоянно участвует в маскараде. Уверена, он будет совершенно невозмутим даже на собственной свадьбе».

Хаул: «Как сказал Шекспир: весь мир – театр, а люди в нем – актеры?»

Тыковка: «Весь мир, кроме тебя».

Хаул: «Ты меня романтизируешь, Тыковка».

Тыковка: «Разве ты тоже меняешь маски?»

Хаул: «Чаще, чем кто-либо».

Тыковка: «Ты меня не поздравил».

Хаул: «Может быть, я ревную. Не думала об этом?»

Мелани усмехнулась. Она знала, что Хаул всего лишь дурачится. К сожалению, он давно дал ей понять, что его сердце занято. И она перестала надеяться на взаимность. Если бы у нее был хоть какой-то, даже самый крошечный, шанс… Она бы никогда не согласилась на свадьбу. Но его не было.

Тыковка: «С чего бы тебе ревновать?»

Хаул: «Я собственник. Ненавижу делиться друзьями».

Тыковка: «Ты все равно останешься моим лучшим другом».

Хаул: «А вдруг этот твой муж тебя очарует и заберет у меня?»

Тыковка: «Это не разрушит нашу дружбу».

Хаул: «Ты говорила, что он богат, успешен и неплох собой. У меня есть все основания беспокоиться. Разве нет?»

Тыковка: «Мне на это плевать. Ты же знаешь».

Хаул: «Мне пора. Спишемся позже, Тыковка».

Девушка с тоской посмотрела на погасший экран айфона. Черт.

Слишком быстро.

Она так жаждала снова услышать голос Хаула.

Но они говорили по телефону всего один раз.

Мелани не могла не задаваться вопросами о том, чем он занимается прямо сейчас, где он живет, какая у него улыбка…

Повезло же его друзьям. Они могут беспрепятственно видеться с ним, постоянно слышать его голос, смех, шутки, разговаривать с ним, обнимать его…

Однажды Мелани очень робко намекнула ему, что хотела бы узнать его настоящее имя, но Хаул наотрез отказался. Он ясно дал ей понять, что никогда не откроется ей. И Мелани приняла это решение, но продолжала мечтать о том, что однажды встретится с Хаулом в реальной жизни…

Естественно, место для грандиозной свадьбы выбрали необычное. Наверняка репортеры будут в восторге. Он уже представлял себе, как снимки разлетятся по Сети.

Рэт неторопливо обвел взглядом местность. Было так ошеломляюще красиво, что дух захватывало. За его спиной высилась величественная скала, с нее мощным потоком низвергался водопад. Шум воды заглушал пение птиц. А перед ним петляла узкая, украшенная цветами тропинка. По обеим сторонам от тропинки стояли скамейки, на которых расположились гости.

И вот словно по волшебству заиграла торжественная музыка, и все взоры обратились к тропинке, где показалась невеста под руку с отцом. Рэт поднял голову. Белоснежное платье с длинным шлейфом подчеркивало каждый изгиб ее изящной фигуры. Прозрачная фата ниспадала с головы, скользила по открытым плечам и по спине. Длинные светлые волосы мягкими локонами обрамляли точеное лицо. Издали она казалась каким-то неземным существом.

Рэта охватило странное чувство. Он словно сам стал мощным потоком воды, оглушающим водопадом, что уносит за собой скользкие камни и сметает все на своем пути. Рэт шагнул им навстречу. Уважительно кивнул Дэймону и обменялся с ним парой вежливых слов. Он не мог побороть нетерпение. Предвкушение. Радость. Он чувствовал себя ребенком, который рождественской ночью прошмыгнул в гостиную и обнаружил под елкой долгожданный подарок.

Сердце Мелани колотилось как сумасшедшее. Она выходит замуж – точно так, как хотела мама. Она в белом платье идет под руку с красавцем женихом, одетым в темно-синий костюм, а все вокруг хлопают им и осыпают их лепестками роз. Она украдкой взглянула на Рэта. Он выглядел так, словно женится каждый день. Невозмутимый и довольный. Священник начал церемонию, но от волнения она его даже не слушала.

– Прекрасно выглядишь, фея Драже[4], – шепнул ей Рэт и улыбнулся.

Если до этого он выглядел чертовски привлекательным, то теперь… Улыбка – искренняя, не фальшивая – преобразила его прекрасное лицо целиком, вплоть до крошечных морщинок в уголках глаз. Оно. Такое. Невозможно. Красивое. Золото его медовых глаз завораживало. Сердце девушки забилось предательски часто. Мелани растерянно моргнула, щеки у нее вспыхнули.

– Фея Драже? – смущенно повторила девушка и приподняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Рэт был ростом около шести с половиной футов[5], настоящий баскетболист. Мелани даже на каблуках едва доставала ему до плеча.

– Та, что у Чайковского в «Щелкунчике», знаешь?

– Я-то знаю. Но откуда…

– Это было твое первое выступление, которое я посетил. И не спрашивай когда, – прибавил он, заметив ее ошеломленный взгляд. – Все равно не отвечу.

– Хитрюга, – сварливо проворчала Мелани, и Рэт тихо рассмеялся.

Настоящая Мелани нравилась ему все больше. Особенно оттого, что Рэт знал: она и есть та самая Тыковка.