Милена Янг – Бессердечный рыцарь. Книга 2 (страница 25)

Вопреки активному сопротивлению Дамиана, который не желал расставаться с любимой дочкой ни на минуту.

– Нет, дядя, я заберу ее с собой, – упрямо стоял на своем мужчина.

– Дамиан, успокойся, – пришла на помощь Гринбергу Эви. – Это не разумно. Я не смогу выполнять работу с ребенком на руках. К тому же такие частые поездки сбивают ее режим, и мне не хочется таскать нашу малышку в такую даль. Она и так совсем недавно с тобой путешествовала. Дай ей время восстановиться, – она поцеловала смуглую ладошку девочки, и та ей доверчиво улыбнулась.

Сердце Дамиана сжималось, когда он видел ямочки на щеках дочери.

Как можно ее оставить?

Даже на пару дней.

Это казалось просто невыносимым.

– Иди-ка в машину, – похлопал его по плечу Гринберг. – Пускай Эви ее уложит. Мы справимся с Мари, Дам. Не раз сидели с ней до твоего возвращения.

Нильде не казалась расстроенной.

– Давай, помаши папе, – Эви приподняла девочку, и та неловко взмахнула ручкой, о чем-то толкуя на своем языке.

– До скорой встречи, моя королева, – он поцеловал малышку в лоб и тоже помахал на прощание.

Вышел, не оборачиваясь, потому что боялся сорваться.

Или, блядь, расплакаться.

С Кайденом расставаться было не менее тяжко.

Не Дамиан успокаивал сына, а он его.

– Пап, не волнуйся, – уверял мальчик. – Иди на работу.

– Я не хочу, чтобы у тебя сложилось впечатление, что я снова тебя бросаю.

– Не сложится, – усмехнулся Кай. – Я и в первый раз не считал, что ты меня бросил. Поэтому не переживай за меня, – он крепко обнял мужчину, повиснув на его шее.

Дамиан обхватил его своими большими руками, ласково прижимая мальчика к себе.

– Ты точно хочешь остаться у дяди Рафаэля?

– Точно! Здесь же мои лучшие друзья. К тому же Дэни приедет! – радостно заявил Кай, сидя на руках у отца. – Мне будет весело.

Дамиан колебался.

– Обещаю. Я буду тебе звонить, – Кай тихо рассмеялся. – Пап. Честно.

– Уже скучаю по тебе.

После того, как они развезли детей, Эви задержалась дома, чтобы привести себя в порядок.

Только она не спешила.

Он ждал ее целых два часа.

«Она вообще собирается выходить?»

Им нужно было успеть заселиться в отеле, чтобы завтра посетить ужин, а после него – благотворительную вечеринку.

Дамиан был терпеливым человеком, и ожидание не раздражало бы его, если не одно «но».

Он прекрасно знал, что она делает это намеренно.

Обычно Эви собиралась за двадцать минут максимум.

Но не сегодня.

Дверь лимузина открылась.

– Да неужели, – пробормотал Дамиан, опуская перегородку между шофером и салоном.

Лимузин тронулся.

Он украдкой бросил на девушку взгляд.

Она, очевидно, чувствовала себя очень комфортно.

Эви небрежно бросила свою черную сумочку на сиденье, взяла из мини-бара шампанское, налила в бокал.

Мгновение она рассматривала шипящие пузырьки в золотистой жидкости, словно о чем-то задумавшись.

Дамиан наблюдал за тем, как нежное горло дернулось, когда она сделала глоток, второй, опустошая бокал.

Он знал, как оно ощущалось под его ладонью.

Мягкая, нежная кожа.

Любил сжимать ее шею, когда…

«Стоп-стоп-стоп. Куда это меня понесло?» – сердито одернул Йохансен себя.

«Это все в далеком прошлом. Она – в прошлом».

Только это не мешало сверлить хрупкую фигуру взглядом.

Ее природные локоны спадали по плечам огненным водопадом.

На Эви не было яркого макияжа, кроме клубничного блеска.

Серебристый шарик пирсинга на мгновение скользнул по нижней губе, прежде чем она вытерла уголок рта пальцем, не подозревая о том, что он смотрел.

«Не пялься на ее губы, блядь. Ты что, впервые женщину видишь?»

На ней была объемная кожаная куртка кирпичного оттенка, рваные джинсы и черный кроп-топ с длинным рукавом. Как всегда стильно и в ее вкусе. Неизменные ботильоны – одни из тысяч – на большой платформе. Образ дополняли часы, кулон на тонкой цепочке, который был под одеждой, и куча колец.

«А мое она выбросила. Очаровательно».

Он мог притворяться, что это не ранило его, но для Дамиана их кольцо имело огромное значение.

И не потому, что он потратил полмиллиона евро на него.

Нет.

Дамиан собственноручно рисовал дизайн, придумывал ночами напролет, так, чтобы ей понравилось, после чего нашел лучших дизайнеров, и они создали этот ювелирный шедевр.

Специально для нее.

Он в это часть своей души вложил.

А туда плюнули.

Уродливые тени вновь подняли голову, злобно шипя.

Опутывая разум ядовитыми мыслями.

Возвращая гнев.

Злость.

Обиду.