Милена Стайл – Я для тебя остановлю эту планету (СИ) (страница 36)

Как же ей было хорошо в таких надежных объятиях, так тепло и не страшно, так приятно, что с каждым разом хотелось все больше и больше. А Макс только и рад дарить ей себя, взамен требуя только немного ласки, а все остальное он сделает сам.

Удивительная романтическая атмосфера, накаляющая их чувства до предела, но не пересекающая грани, знающая, когда нужно остановиться, чтобы в ответ получить намного больше. В ванной комнате казалось так жарко и тесно, но это ни грамма не ущемляло их комфорт, а наоборот, подстегивало на что-то большее. Вишневский, отставив свой бокал, нашел на висевшей рядом полочке баночку, взял из нее немного геля на свои руки, проигнорировав лежавшую на бортике мочалку, и, растерев немного руками, коснулся женских плеч, намыливая их и разминая. С каждой секундой его руки продвигались все ниже, и ниже, лаская каждый сантиметр кожи, доставляя удовольствие своими касаниями и буквально доводя до экстаза.

— Макс, прошу, хватит, — Рита отставила свой бокал на пол и попкой поерзала по возбужденному члену, снова удобно разместившись на груди.

Мужчина и не стал медлить, руками немного раздвинул ее ножки, и одним скользящим движением погрузился в горячую плоть. Оба застонали от нахлынувшего удовольствия, Марго руками схватилась за бортики ванной, а Макс положил руки на бедра девушки, крепче прижал ее к себе и принялся погружаться в податливое тело, с каждым толчком все больше и больше ускоряя движение, доводя друг друга до нужной грани. Затуманенный страстью разум практически заглушил музыку, и в комнате были слышны лишь громкие стоны и шум плещущейся воды. Максим гладил ее по всему телу, чувствовал, как Рита время от времени дрожит и сжимает его внутри себя, и продолжал снова и снова двигаться, стараясь глубже погрузиться в женское лоно. Она уже давно закинула руки ему за голову, ощущая сладкие поцелуи в области шеи и плеч, а потом ее правая нога была закинута на бортик.

Вишневский еще больше открыл ее для себя, пальцами коснулся клитора, поглаживая тот и сжимая, толкаясь в нее и освобождая, доставляя удовольствие, которое заслуживает только она, и вознося до небес. Да, он возносил, дарил свободу, окрылял, и медленно спускал на землю, не резко, нет, а так, чтобы Рита поняла, как сильно он нуждается в ней.

Чуть позже Марго лежала, убаюканная нежными объятиями, все так же под шапкой пены, полностью расслабившаяся, и абсолютно не желающая ничего делать. Они допили бутылку вина и просто наслаждались телами друг друга под тихую музыку, которая играла уже по второму кругу.

— Пора выходить из воды, она практически остыла, — заметил Максим и, перехватив женскую ручку, нежно поцеловал каждый пальчик.

— Ты меня затра*ал до смерти, у меня нет сил подняться, — пожаловалась сонным голосом его девочка.

— Я тебя не тра*ал, а страстно любил, не придумывай, Цветочек.

— Угу.

— Главное, что тебе хорошо, а остальное не важно, — Макс приподнял девушку и выбрался из воды, куда-то исчез на несколько минут, а вернувшись, поднял Марго на руки, доставая из ванной, да так и понес, мокрую, в спальню.

— Мне нужно вытереться, — лениво заметила она, но продолжала покорно держаться за его шею.

— Я сам все сделаю, а ты отдыхай, — он положил свою драгоценную ношу на полотенца, предварительно расстеленные на кровати, и принялся вытирать мокрое тело Маргариты.

— Ты мне снишься, потому, что так бывает только в сказке, — засыпая, говорила блондинка сквозь милую улыбку на губах.

— Нет, моя девочка, я, точно, настоящий.

А утром они вместе позавтракали, Максим помог подобрать Рите наряд, уделив особое внимание его длине и закрытости. Отвлекались на ласки, когда он сам надевал на нее нижнее белье, и отправились на работу, предварительно заехав домой к мужчине, чтобы он мог переодеться. Макс всей душой желал, чтобы каждое утро начиналось вот так — с совместного завтрака и теплого поцелуя с пожеланиями хорошего дня. Знал, что все отдаст, чтобы добиться полного расположения ее сердца и души, и сделает все, чтобы всегда видеть счастье в глазах Цветочка.

День протекал спокойно, все занимались делами, изредка прерываясь на перекуры или чашку кофе, как вдруг неожиданно шеф услышал громкий разъяренный мужской крик. Сорвавшись с места, он поспешил в приемную, желая увидеть возмутителя спокойствия и, если потребуется, наказать его.

— Отвечай, в каком кабинете работает эта шлюха недоделанная, иначе я сейчас по всем пройдусь, но найду эту грязную шалашовку!

Максим поспешил к грубияну, чтобы тот, не дай Бог, не успел навредить Катерине, остановился возле него и зло посмотрел в лицо наглого гостя.

— Потрудитесь объяснить, кто вы такой, и кто вам позволил так себя вести в моем офисе?

— Я ищу свою жену, Маргариту, такая блондинка с повадками сучки, — все так же по-хамски ответил Сергей, и вмиг упал на пол, сбитый сильным ударом в рожу.

Максим моментально закипел от злости, что какая-то гнида позволяет снова оскорблять его женщину, и, не сдержавшись, нанес еще один удар в челюсть.

— Катерина, нажми кнопку, пусть начбез заберет его, я попозже решу, что с ним делать, — Катя кивнула и нажала на кнопку, через минуту наглого мужика забрали в отдел безопасности, а Максим отправился к Рите, выяснить, что именно хотел бывший муженек.

Зайдя в кабинет, Вишневский наткнулся на пустоту, но сбоку услышал тяжелое дыхание, и, обернувшись, увидел Марго, прислонившуюся к стене, и дышавшую глубоко и нервно, так, что казалось, из ее груди готово выпрыгнуть сердце. Голова металась из стороны в сторону, руки были сжаты в кулачки, а в глазах плескался страх, дикий и необузданный. Макс резко подошел к сжавшейся фигурке, и бережно заключил ее в свои объятия, показывая, что защитит от любой мрази, готовой только посмотреть в ее сторону. Успокаивающе погладил по голове и принялся раскачивать, так и не отпустив от себя, а лишь крепче сжав, заботясь о безопасности ее тела и души.

— Все хорошо, моя девочка, все хорошо.

ГЛАВА 14

Макс долго не мог успокоить дрожащее тело в его руках, такое хрупкое и беззащитное, казавшееся на данный момент безвольным и слабым. Он не мог до конца понять, почему именно Марго испугалась мужа. Потому, что тот орал, или была вероятность, что в прошлом он мог ее бить, и девушка боялась снова почувствовать на себе удары. Да он бы не позволил ни одной мрази коснуться его девочки, сам бы лично его придушил, но подойти к Цветочку не дал бы. Она ведь такая нежная, словно лепестки роз, хрупкая, как стекло, и сладкая, как конфетка. Ее защищать нужно, любить, а не причинять боль. Вишневский еще разберется с тем ублю*ком, посмевшим оскорбить Риту, проучит его, покажет, как нужно разговаривать с девушками, и сделает все, чтобы она снова улыбалась.

Но сейчас девочка продолжала дрожать, а Макс все так же гладил ее по волосам, спине, пытаясь передать ей спокойствие и свое тепло. А ведь сам закипал внутри, злился, но старался не сорваться, чтобы пойти и избить этого паршивого мужика, посмевшего напугать его Маргаритку. Зря церемонился, нужно было бить до бессознательного состояния, чтобы тот прочувствовал всю боль, настолько сильно, как и Рита боялась, а может и больше.

Спустя минут двадцать поглаживаний, Маргарита успокоилась, перестала дрожать и нервно сжимать его пиджак своими кулачками. Только тяжело вздохнула и резко отошла, вырываясь из объятий мужчины, прошла к рабочему столу и принялась перекладывать папки, ручки, степлер и прочие рабочие принадлежности с места на место. Начала открывать и закрывать ящики стола, схватила сумочку, ничего из нее не достала и откинула в сторону, снова взялась за бумаги, как тут же почувствовала нежное прикосновение рук у себя на плечах, и наконец-то замерла.

— Рита, успокойся…

— Хватит! — зло проговорила она и снова попыталась вырваться из захвата.

— Цветочек, я тебя прошу, успокойся, — начал он взволнованным голосом.

— Меня зовут Марго, Маргарита, ясно? — неожиданно грубо прозвучало в тишине кабинета, и Макс попытался заглянуть в ее испуганные глаза.

— Для меня ты — Цветочек, ласковый и нежный, а Марго — холодная и закрытая для всех остальных.

— Ты тоже ко всем относишься, понял? — она начала закрываться, отстраняться от него, снова включая холодную стерву.

— Ко всем? — рассерженно начал мужчина, на что Марго согласно кивнула. — А спишь ты тоже со всеми?

Теперь Макс был зол, кипел изнутри, а Рита почувствовала, будто ее ушатом воды окатили. Так сильно ударили эти слова, что она застыла на одном месте, продолжая глубоко дышать. Почему ей так неприятно стало? Сказал бы кто-то другой, она бы только съязвила в ответ и ушла прочь, но именно слова Макса безумно задели ее. Хотелось его ударить, сильно, чтобы хлопок раздался на весь кабинет, чтобы почувствовать боль даже в своей руке, и скорее остудить свой пыл, чем его.

— Бей, — произнес Вишневский, словно прочитав мысли, и она ударила, сильно, как хотела, и ойкнула. — Еще бей!

— Иди к черту! — выкрикнула, и второй рукой обхватила руку, которой била — та покалывала, пульсировала от боли, и стала красной. Ударила на славу, а ему хоть бы хны, даже не поморщился, только серьезно глядел на нее, пытаясь на лице рассмотреть хоть какие-то признаки спокойствия, но все тщетно.