Милена Кушкина – Спаси моего дракона (страница 35)

Я замотала головой изо всех сил. Слезы текли из глаз, а я не знала, как объяснить ему.

— Меня подставили. Не знаю, кто это сделал, возможно Митка. Кажется, он подозревал меня. Прямо сейчас за мной идут стражники, чтобы увезти отсюда, — я всхлипнула, слова тяжело давались мне, — зря я тебе рассказала. Но ты был единственным, кому я могла доверить эту тайну.

— Тебя не могут увезти отсюда против моей воли, — жестко сказал Патрик, — пока еще я здесь лорд.

На секунду надежда всколыхнулась в моей душе. Он защитит меня, а потом все оборвалось. Если меня обвинят в государственной измене, то Патрик будет бессилен.

— Не получится. Просто пообещай, что пойдешь в лес и найдешь моего дракона. Она слушается меня на расстоянии, если она будет здорова, то сможет меня спасти. Это единственный шанс.

— Ради всего Светлого, да в чем же тебя таком обвиняют, Лина?! — Патрик встряхнул меня, больно схватив за руки.

“Наверное, останутся синяки” — подумала я. Хотя не думаю, что признание на допросе у меня будут выбивать более щадящими методами. Поэтому пусть хоть эти отметины останутся от рук любимого, который до боли сжал меня, не желая отпускать.

Звуки шагов приближались. Я слышала, как мужчины переговариваются в поисках преступницы. То есть меня.

Я мазнула поцелуем по губам Патрика, намочив его лицо слезами.

— Я должна выйти. Одна, — сказала я.

— Не пущу, — прошептал он.

— Спаси моего дракона. Так ты сможешь спасти и меня, — я смотрела на него, запоминая, впитывая каждую черту, — если пойдешь за мной, то погубишь не только меня, но и себя. И тогда ты уже никого не спасешь.

И он отпустил. Я не стала ждать и тут же выскочила из беседки, свернув на центральную аллею. Там я и встретила одного из стражников.

— Попалась! — он больно схватил меня за руку.

— Я сама вышла к вам навстречу, — я попыталась сохранить самообладание.

— Ага, конечно. Повидал я таких, как ты!

Он грубо поволок меня к выходу из сада. Было больно и унизительно. Возможно, сейчас меня приведут в замок, и там леди Траверти подтвердит, что травку для беременных я собирала по ее указанию?

Хотя нет. Оправдывать она меня точно не станет. Особенно учитывая то, что меня подозревают в связи с Йордом и измене. Ей проще будет найти для будущей невестки новую горничную, чем впутывать свое имя в дело о государственной измене.

Но в замок меня даже не повели. На выходе из сада стояла черная карета с золотым солнцем на боку. Стражник грубо втолкнул меня внутрь и захлопнул дверь.

Тут же лошади тронулись и карета покатилась прочь из замка. Внутри было темно, и мои глаза не сразу привыкли. Напротив меня сидел пожилой мужчина в рясе. Слуга Света. Но не тот, кого я видела раньше в замке и при Храме. Этот был более суровым. Лицо было жестким и грубо очерченным, словно его вырубили из гранитной скалы.

— Веди себя тихо, девочка, если хочешь ехать с комфортом, — сказал он, — иначе побежишь босиком, привязанная к лошади.

Я вздрогнула, представив последствия такой прогулки. Бежать не было смысла в любом случае. Теперь моя жизнь зависела от Патрика.

Глава 17

Привезли меня все в тот же Храм Света, где я оставила Лиззи несколькими неделями ранее.

Меня поместили в маленькой келье, которая больше была похожа на каменный мешок. Она была еще меньше той, в которой мне довелось ночевать здесь с Лиззи. Высокое окно. Такое, что в него и заглянуть нельзя. Почти всю комнату занимала узкая лежанка. Под ней — ночной горшок. Вместо стола полка на стене, на большее не хватило места. На полке — кувшин с водой и кружка. И гвоздь вместо крючка для одежды.

Меня не тащили за руки, не связывали и не угрожали оружием. Даже разместили не в карцере, тюремной камере или яме. Просто маленькая комната с минимальным набором удобств. Мы с Лиззи ночевали в похожей, когда прибыли сюда на праздник.

Однако дверь за мной заперли. На всякий случай.

Я присела на кровать. В задумчивости провела пальцами по стене. Шершавая кирпичная кладка оставляла царапины на нежной коже при любом касании. К такой стене не стоит прислоняться ночью во сне.

Постепенно до меня доходило, во что я влипла. Обвинение в заговоре, таинственный мертвый язык, а еще попытка соблазнить лорда и забеременеть от него. Могут еще и покушение на леди Кристину приписать, а у нее под сердцем сын будущего короля. Бастарда всегда можно использовать как запасного наследника.

Мои дальнейшие перспективы вырисовывались все менее радужными. Что меня ждет? Допросы? Пытки? Казнь?

Я не испытывала иллюзий по поводу того, что меня привезли в местное святилище. В прошлом моего мира церковь тоже была самым страшным жандармом, инквизиторы устраивали охоту на ведьм, а потом сжигали на кострах неугодных.

Стало зябко. Я стянула с постели тонкое одеяло, подобрала ноги, свернулась калачиком и укрылась с головой. Озноб нарастал. Сложно сказать, это нервное или просто холод и сырость каменного помещения.

Мне было так одиноко, хотя в этом мире у меня так и не появилось близких друзей. Я сторонилась людей, не хотела привязываться к ним. Знала, что замок Траверти не то место, где я хочу жить.

Как же я мечтала сбежать. Улететь на своем драконе подальше от этого гнилого места. Я словно снова почувствовала запах прелых водорослей, в которых впервые очнулась в этом мире и увидела Патрика.

Патрик… Сможет ли он спасти Сахарка? Скорее всего, даже не подумает идти в лес. Других шансов на спасение у меня не было.

Очень не хотелось так бездарно заканчивать свою жизнь в этом мире. Даже в море не искупалась ни разу. Почему-то мысли о море были особенно обидными.

Я всхлипнула, уткнулась носом в колени и провалилась в тяжелый сон.

Проснулась я глубокой ночью и не сразу поняла, где нахожусь. Все тело болело. Сон не принес облегчения. Казалось, каждая мышца налилась свинцом и не хотела слушаться. Я со стоном разогнулась.

Кругом была кромешная тьма. Желудок сводило от голода, губы высохли. Хотелось пить. Я вспомнила про кувшин с водой в углу, принялась искать в темноте заветную полку на ощупь.

Долго шарить в темноте не пришлось. Я даже порадовалась, что комната такая маленькая. Наливать в темноте воду в кружку было бессмысленно, поэтому я обхватила руками глиняный кувшин и прильнула к нему, чтобы поскорее напиться.

Руки с трудом удерживали тяжелую посудину, поэтому я облилась. Пусть. Даже если простыну, не страшно. Не думаю, что успею выздороветь в этой жизни.

Вдоволь напившись, я немного повеселела. А вдруг, закончив эту жизнь, я очнусь в новом мире? И там все получится лучше, чем в этом? Какая глупая мысль. Не зря же меня забросило в этот мир. Было какое-то предназначение. И я не успела разгадать его, так бездарно потратив эту жизнь.

Слез больше не было, спать не хотелось. Я снова легла на кровать и стала смотреть в темноту. Не знаю, можно ли заснуть с открытыми глазами, но мозг мой спустя время погрузился в какую-то зыбкую дремоту.

Казалось, я не спала, лишь моргнула, а затем вздрогнула от звука отпирающейся двери. Было уже утро, тусклый свет проникал в мое окно. Я села на постели, чтобы достойно встретить новости, которые мне принесли и приняла самый равнодушный вид.

Однако увидев, кто вошел в комнату, я не смогла сдержать возгласа радости.

— Лиззи! — прошептала я.

В комнату вошла бывшая соседка. В руках поднос с чем-то дымящимся.

— Принесла тебе завтрак, — пробасила подруга и быстро составила на полочку тарелку с кашей, кусок хлеба и горячий травяной отвар.

Мне ужасно хотелось есть, но еще больше хотелось поговорить с Лиззи. Кажется, она правильно поняла мою нерешительность.

— Ешь, у тебя была тяжелая ночь. Но день будет еще тяжелее.

Подумав, она порывисто обняла меня, а потом поспешила выйти, оставив меня наедине с легким завтраком и тяжелыми мыслями.

17.2

Завтрак уже давно прошел, за окном рассвело, а за мной так никто и не приходил. Сначала я ждала, переживала. Но минуты тянулись, сливаясь в длинный долгий день.

Чего они ждут? Что в приступе клаустрофобии и под давлением чувства голода возьму на себя вину? А, может, уже костер там для меня складывают, чтобы согрелась после сырости каменной кельи?

Я не спала, но впала в какое-то оцепенение, словно экономила силы. Лежала на постели все в том же платье и смотрела в потолок, прокручивая в голове итоги моей жизни в этом недружелюбном мире.

Наконец в коридоре послышались шаги, и спустя пару секунд дверь отворилась. На пороге стоял Слуга Света. Тот, который приезжал в замок и вел службы. Он казался таким добрым и каким-то даже родным по сравнению с тем, кто конвоировал меня. Хотя я понимала, что и ему доверять не стоит.

— Пусть будет Свет в душе твоей, дитя, — сказал он, входя в комнату.

Немного помедлил, внимательно рассматривая меня и сел на кровать, устроившись в ногах. Я не двинулась. Было ужасно лень шевелиться.

— Прежде чем мы выйдем отсюда, я хочу спросить, есть ли у тебя на сердце что-то, что ты хочешь сказать?

Я смотрела на него равнодушным взглядом. Хочет сыграть в доброго полицейского и показать, будто ему важны мои интересы? Ни за что не поверю! Тем более, что он уже допрашивал меня ранее.

— Мне нечего скрывать. Так случилось, что я стала деталью чьего-то очень хитроумного плана. А как только стала не нужна, то от меня поспешили избавиться.