Милена Кушкина – Спаси моего дракона (страница 25)

А я усмехнулась. Вот же сорока! Золото увидела и обрадовалась. Не думаю, что на развалах продавалось что-то особо ценное. Скорее всего, золото это самоварное.

— Я вот себе колечко купила. Буду как дама, — продолжала красоваться горничная, — а еще платок! Купец сказал, что он идеально подчеркивает мои глаза.

Хорошо, что я чистила овощи немного в отдалении. Не хотелось разочаровывать девушку, которая была уверена в выгодности своих покупок.

Судя по рассказам счастливчиков, торговцы в основном из нашего же королевства, но несколько телег были с заморскими товарами. А циркачи и вовсе весь свет объехали.

— А еще там был сказитель, — уловила я мужской голос, — у него такая машинка интересная, ручку крутишь, и музыка такая, словно маленькие молоточки стучат по струнам. И вот, значит, крутит он свою машинку и сказки разные и небылицы рассказывает. Про страну драконов и про то, как они у нас появились. Ну знаете, бабки часто такое детям малым скажут. Но вот машинка прям чудная была.

Думаю, это что-то типа шарманки. Устройство волшебного механизма, заменившего целый оркестр, меня не сильно заинтересовало, а вот сказки надо было непременно услышать самой. Если сказитель путешествует с циркачами, то наверняка много где побывал и знает много сказок и легенд про драконов, которые распространены в других странах.

Интересно, а можно ли с драконом выступать в цирке и зарабатывать на этом? Сахарок слушается меня беспрекословно. Наши выступления имели бы успех. Замечтавшись, я не заметила, как острый нож соскочил со скользкой луковицы прямо на мой палец.

Я вскрикнула и отбросила нож. Кровь лилась на стол и пол. Почему так много, это же обычный порез?

— Ой, Линка, идем скорее! — меня за руку схватила Марта и потащила к экономке, но той не оказалось на месте, а дверь была заперта.

— Надо промыть и перевязать, — едва сопротивлялась я.

— Пойдем, у Клода тоже есть кровоостанавливающий артефакт, — неожиданно строго сказала Марта и потащила меня наверх к кабинету управляющего.

12.6

— Сейчас все пройдет, зачем нам туда? — меньше всего мне хотелось снова подниматься наверх, где я постоянно чувствовала угрозу.

— Ну как-ты с такой раной готовить будешь? — возмущалась Марта, — ни овощи помыть, ни мясо разделать. А останешься без работы, так и выходной для похода на ярмарку не получишь!

Я подумала, что был бы в этом мире йод и бинты, проблем бы вообще не было. А сейчас у меня ничего в арсенале, кроме кипяченой воды, и нет. Пришлось согласиться и покорно следовать за горничной.

— Вот! — предъявила Марта Клоду мою рану.

Тот лишь мельком глянул и велел мне пройти и сесть на стул. Затем достал из спрятанной в стене ниши резную шкатулку. Там оказались камни разных цветов и размеров. Нужный нашелся почти сразу. Кроваво-красный, словно он был насквозь пропитан свежей кровью.

— Приложи к ране. Когда затянется, то оставь у меня на столе, — коротко распорядился управляющий, — а ты молодец, Марта, что не оставила подругу!

Марта кокетливо повела плечиком. Кажется, она не по доброте душевной меня спасала, а хотела лишний раз выслужиться перед управляющим. Она неисправима! Когда Марта и Клод вышли, я осторожно взяла камень в руки. Теплый. И гораздо более тяжелый, чем я ожидала.

Аккуратно поднесла камень к ране, и он словно впитал всю кровь в себя, не оставив ни капли на пальце. Удивительное свойство! Когда рана очистилась, я поднесла его ближе, все еще сомневаясь, стоит ли прикладывать к открытой ране нестерильный камень. В этот момент артефакт, словно уловив мое сомнение, засиял теплым золотистым светом. Маленькие искорки вспыхивали то тут, то там, оттеняя багровый цвет камня.

Поколебавшись еще мгновение, я приложила камень к ране. Боль стала тише, а вместо нее в месте пореза нарастала приятная теплота. С каждой секундой боль отступала, а камень, словно насытившись моей кровью, дарил мне исцеляющее тепло.

Я решила отнять от пальца артефакт только тогда, когда боль совсем прошла. К моему удивлению, рана полностью затянулась, а на месте глубокого пореза была лишь розовая полоска кожи. Сам камень продолжал вспыхивать маленькими искорками, которые постепенно затухали. Я была не в силах отвести взгляда от такого чуда.

— Первый раз видишь джакут? — услышала я голос Патрика и едва не подпрыгнула на месте.

Когда он вошел и как я его не заметила?

— Если дело дошло до кровавого камня, то рана была серьезной? — спросил он, подходя ближе.

— Теперь все хорошо, вам не о чем беспокоиться, лорд Траверти, — ответила я, стараясь говорить как можно более небрежно и думая, как бы сбежать поскорее.

Патрик поморщился, как от зубной боли. Ему не понравилось такое официальное обращение?

— Покажи, — требовательно сказал он и протянул руку.

Что ему показать: камень или руку? Меня немного смутила его просьба, я попыталась проследить направление его взгляда. Кажется, его заинтересовал именно камень.

— Но вы-то не впервые видите такой артефакт, — ответила я, стараясь быть максимально равнодушной.

Но когда я отдавала ему камень, моя рука предательски дрогнула. Его теплые пальцы удержали мою ладонь чуть дольше, чем это было нужно, чтобы забрать камень.

— Но я впервые вижу такую реакцию камня, — с этими словами Патрик взял со стола перочинный нож и порезал кожу.

Темная тугая капля выступила из раны. Я завороженно смотрела на его действия. Мужчина поднес камень к ране. Артефакт оставался все таким же темно-бордовым и радостно впитал кровь лорда. Только вот никакого свечения не было.

Странный артефакт поразил меня второй раз за день. Я-то наивно полагала, что он одинаково реагирует на любую кровь.

— Что это значит? — спросила я у Патрика.

— Твоя кровь светится от магии, — ответил он, пристально глядя мне в глаза, — кто ты, Лина, и откуда здесь взялась?

Внутри все похолодело. Я не знала, как ответить и что все это могло значить.

Глава 13

От Патрика я постаралась сбежать как можно скорее. Ничего нового я ему не сказала: сирота, маму едва помню, отца и вовсе не знала. Раньше жила точно не здесь, потому что эти места мне не знакомы. Ценностью моей крови никто ранее не интересовался, тем более с помощью такого артефакта как джакут.

Пока лорд нe успел опомниться, я поспешила скрыться на территории слуг. Но и там я больше не чувствовала себя в безопасности. Я так и не узнала, кто и зачем проводил обыск в моей комнате, а теперь лорд будет следить за мной еще пристальнее. Придется найти для моего медальона более безопасное место.

А еще я подумала, что бежать без всего мне будет очень сложно. А уходить надо налегке, чтобы никто не заметил. Да и походную сумку в комнате хранить не будешь.

Но можно организовать в лесу небольшой схрон и постепенно выносить из замка вещи, которые мне могут понадобиться в длительном путешествии. А охранять мой импровизированный склад сможет Сахарок.

От этой мысли у меня даже настроение поднялось. Весь день я присматривала, что из кухонной утвари можно было бы вынести и спрятать в лесу уже во время похода на ярмарку.

Почти сразу я приглядела небольшой медный котелок. Он валялся сбоку от очага. Не новый, просто давно не использовался по причине того, что был слишком маленьким. А для меня одной в самый раз. К котелку нашлась большая ложка с погнутой ручкой. Даже если такой клад случайно найдут в лесу, то подумают, что кто-то избавился от мусора.

Хорошо бы обзавестись топориком и ножом. От тупого тесака толку не будет, а выносить из замка острый может быть опасно — вдруг кто хватится. Но можно прикупить что-то полезное на ярмарке и оставить в лесу на обратном пути.

В приподнятом настроении я понесла ужин для леди Кристины. Девушка бледной тенью ходила по комнате.

— Миледи, скажите, когда вы в последний раз были на свежем воздухе? — спросила я ее.

Девушка вздрогнула, словно она и не заметила, что в комнате кроме нее был кто-то еще.

— Я не помню, а какой сегодня день? — ответила она бесцветным голосом.

— Знаете, никому не будет легче, если вы тут растаете, как снег в весенний полдень. Сейчас вы съедите этот суп, а потом мы выйдем прогуляться во двор.

Сама не знаю, зачем я это сказала. Наверное, мне просто стало очень жалко эту никому, по сути, не нужную девушку, которую наверняка сбыли сюда с королевских глаз долой. Ни она, ни ее ребенок не были нужны будущему мужу, а свекровь планировала организовать тотальную слежку.

Девушка поела без аппетита. Просто механически подносила ложку ко рту и проглатывала еду. Не думаю, что она различала сейчас вкусы и запахи, настолько апатичной она была. а ведь еще несколько дней назад она казалась довольно высокомерной и холодной. Что же так сломало ее?

Я помогла надеть ей прогулочное платье. Корсет затягивать не стала, а чтобы прикрыть талию, накинула теплый подбитый мехом плащ и укутала ее в шаль.

— Весеннее солнце слишком обманчиво, — сказала я ей, — вам не стоит выходить в слишком открытом наряде.

Затем я подала ей руку и помогла выйти из комнаты. Шли мы медленно и встретили по дороге едва ли не всех обитателей господской части замка. Даже леди Траверти попались на глаза. Та лишь удовлетворенно кивнула, подумав, что я уже начала выполнять ее приказ. А я решила, что это даст мне несколько лишних дней на подготовку к побегу.