Милена Кушкина – Наваждение. Обмануть дракона (страница 27)

И посмотрите на него, имя он свое забыл, а как комплименты девушкам делать, помнит!

— Вы тоже очень себе ничего, — сказала я ему и не врала ни секундочки. И правда же удивительно удачный вариант мне сюда занесло! Могла бы оказаться эта их железная леди с топором. Может и неплохо, что у касатика память отшибло. Начнем отношения с чистого листа, ахахах!

— А у вас в городе есть какие-нибудь приличные заведения? — спросил темненький. — Я бы вас пригласил! Жаль, не могу с родственниками познакомить, потому что не знаю, есть ли они у меня вообще.

— А вы не привыкли терять время зря! — я была от него уже в полном восторге.

— Да, наверное, — вздохнул он, — совсем не помню, какой я на самом деле. Может быть наоборот, очень скромный. Поэтому надо пользоваться, раз уж я так удачно обо всем забыл. Мы с вами всего-то час знакомы, а такое ощущение, что всю жизнь вместе!

Ах! Какой кавалер! Мне захотелось раздобыть информацию, как его зовут, чтобы обращаться по имени. Не буду же я все время говорить что-то типа “дорогуша”. Да, Гуллик наверное об этом как-то упоминал, но мне тогда было неважно и письмо с приглашением на конференцию тоже фамильяр доставлял. Откуда же я знала, что стоит самой поинтересоваться с этим министром.

— А вы, наверное, агроном, Изольда? — спросил мой гость, рассматривая трогательные росточки картофеля и колосящуюся по углам морковную ботву.

— Да я так, любитель! Очень ценю контакт с природой! — призналась я ему. Об этой моей стороне даже Бертик не очень знает. Я уже после расставания с ним увлеклась разведением всякой зелени и селекционными опытами. Наверное, мне надо было сходить в свой наблюдательный пункт, уже время-то к обеду! Мои ребятушки и так без присмотра натворили дел. Мужчину вот в телепорт запихали, пока я отвлеклась. Да, игрулечки с конструктором заняли у меня всю ночь, но я теперь не жалею! Уж очень хорошую посылочку принесла утренняя почта… Хотя чуточку хочется спать, что и говорить. Но и дроу надолго нельзя одного оставлять. Кто знает, вдруг к нему память нежданчиком вернется и он тут тревогу забьет. И как прикажете Гулльчика теперь опросить о произошедшем? Придется крошечке сюда бежать на своих коротеньких лапках. Обычно он забывает в человека превратиться.

Я вздохнула, закрыла глаза и постаралась выйти на связь со своим фамильяром, мысленно призывая его к себе, как положено порядочной ведьме. Все, осталось дождаться, пока он до бункера доберется.

И все-таки, какая я молодец! Собрала прекрасно работающий модуль. Правда, что-то не учла, раз дроушке мозги слегка припекло. Но в целом работает вещица! Еще бы передающий аппарат изготовить, и дело в шляпе! Ведьминской, ихихих! Зря Бертушка в меня не верил. Я вспомнила, как мы вместе с ним сочиняли всякие научные работы и занимались разными разработками. Пока он не предал меня. Да-да! Не только ведьмы на это способны. Всякие идеалистически настроенные ученые тоже вполне. Сразу после того, как ему присвоили степень, Бертик вдруг решил забросить наши с ним проекты. Видите ли, мир ему спасти приспичило. Вылечить сотни или даже тысячи детишек одним махом. Мол извини, моя дорогая, наши исследования подождут более удобного часа! Какова наглость!

Конечно, я не стала терпеть такое наплевательское ко мне отношение… за этими воспоминаниями не заметила, как и уснула. Сказалась бессонная ночка. Мне приснилось, будто мы с дроунькой собираем устройство для ускорения созревания растений и уже собрали первый урожай пшеницы, когда сработал датчик слежения за входным люком. Он так противно пищит, что спать невозможно. Протерев глаза и глянув на монитор, я поняла, что прискакал мой фамильярчик. Как и думала, в образе шиншиллы. И как его по пути сюда не затискали? Пришлось лезть по стремянке вверх… да, у меня вход через крышу, потому что бункер вкопан в землю, как положено.

— И почему ты сегодня не на работе? — сердито запыхтел Гулль, приняв облик рыжего парня.

— Да вот, всю ночь развлекалась с детальками, которые ты натаскал, — похвасталась я, кивнув на озорно мигающий лампочками модуль.

— Что, вот так, с вечера, все доделала? — восхитился мой фамильяр.

— Ага! — расцвела я от его удивления. Приятно, хоть от крыски получить признание своих способностей.

— А этим ученым столько времени потребовалось, — хмыкнул рыжик.

— Так у них любовь в голове, ихихих! — я прыснула в кулак. — И не забывай, как здорово ты им помогал, дорогуля! Кстати, как дела у наших заек?

— Плохо у них дела, — махнул рукой Гулль, — они с утра опробовали свое открытие, хотели меня в телепорт запихать, но я увернулся, к своему счастью. И вместо меня под замес попал министр Ралвей.

Ралвей… вот как его зовут!

— Сам не пойму, куда и почему он исчез, — обескураженно сказал фамильяр.

— А я вот знаю, — хихикнула я, — его ко мне сюда принесло, в мою поделочку!

— Да ладно! — вытаращил глаза мой помощничек. — А где же он тогда?

Опаньки. А это очень хороший вопрос, своевременный. Потому что я сначала дремала, а потом встречала Гуллика, и совсем потеряла из виду Ралвейчика.

— Давай-ка его поищем. Прятаться тут негде! — скомандовала я.

Мы с Гуллем принялись осматривать мой не такой уж и просторный бункер.

— Кажется, я слышу его голос! — фамильяр кивнул на дверцу кладовки. Да, у меня и такая есть, храню там всякое нужное.

— С кем можно разговаривать почти что в шкафу? — удивилась я.

Мы с Гуллем на цыпочках подошли к двери, за которой скрывалась крохотная каморка, почти коробочка.

— Ты такой милашка! Давай с тобой дружить! — услышали мы бас дроу.

С кем он там дружить собрался, в моем бункере?

Я аккуратно открыла дверь и увидела сидящего на полу спиной к нам министра. Видимо все-таки голову ему здорово закоротило при перемещении! Мужчина в солидном деловом костюме играл куколками, что я неосторожно оставила в кладовке. В правой руке у него был профессор, в левой — ассистент. И он разыгрывал между ними какую-то нелепую сценку, по очереди говоря от имени каждой куклы! И дурацкий диалог только начинался!

Оливия

Кажется, происшествие с пропавшим министром выбило нас обоих из колеи. Я совершенно позабыла о своей основной цели.

В последнее время я очень много читала про то, каким скандалом завершился прошлый проект профессора. Еще один скандал, связанный с небезопасными экспериментами, окончательно похоронит научную карьеру Альберта, который и так сейчас находится на задворках научного мира.

Что я могла сделать? Просто стоять и смотреть, как рушится жизнь некогда великого ученого я не могла. И я даже не до конца отдавала себе отчет, почему. Уважение к наставнику? Восхищение заслугами? Или… Да, Оливия! Надо уже признаться самой себе, что профессор Кеназ нравится мне не как коллега, а как мужчина! И если бы он просто нравился, но нет…

Не осознавая, что делаю, я с жаром схватила Альберта за руку и предложила единственное, что показалось мне подходящим в данную секунду — себя!

В ту минуту я отчетливо поняла, что исправить ситуацию и вернуть министра сможет только сам профессор. Поэтому так важно, чтобы он оставался на свободе. А моя карьера… да не было ведь никакой карьеры, как и студента Оливера. Была лишь бедная девочка Оливия, обманом проникшая в лабораторию, чтобы тайно проводить обыски. Имела ли я право после этого на хорошее отношение Альберта? Конечно же нет!

Единственным правильным решением, которое подсказывало мне сердце, было взять всю вину за ошибку в эксперименте на себя и как можно скорее покинуть лабораторию. И даже беспокойство за сестру в тот момент не останавливало меня.

Кажется, профессор увидел в моих словах рациональное зерно. Он долго смотрел на меня, наверняка прикидывая, насколько выгодное предложение только что получил, и какую цену готов заплатить за него. Он долго собирался с мыслями, а потом сказал совсем не то, что я готова была услышать:

— Оливер, ты такой милашка!

Что ж, эти слова можно было принять за согласие на сделку. Ну а странная формулировка? Да чего ожидать от мужчины, попавшего в сложную ситуацию?

— Давай с тобой дружить! — выпалил профессор, страшно округлив глаза.

От шока я не могла вымолвить и слова. Какое “дружить”? Какой “милашка”? Похоже, профессор тронулся умом. Я осторожно оглянулась, прикидывая, далеко ли до двери, и услышит ли меня Аврора, если придется звать на помощь. Сумасшедший дракон — что может быть страшнее?

— Давай играть! — внезапно услышала я свой голос.

Судя по реакции профессора, он был в шоке от моего предложения и как-то нелепо взмахнул руками.

— Я люблю в догонялки, — излишне радостно воскликнул Альберт, тогда как выражение его лица совсем не соответствовало тому, что он только что сказал.

— Ты водишь! — прокричала я, и мои ноги понесли меня прочь из лаборатории.

Куда и зачем я бежала? Хорошо бы прочь и никогда не возвращаться. Судя по грохоту падающего стеллажа, раздавшегося сзади, профессор почему-то решил побежать за мной. Наверное, чтобы лично спустить меня с лестницы, а потом публично заявить, что это именно я стала причиной провала эксперимента.

Ноги тащили меня в сторону выхода. Я не остановилась даже тогда, когда на пути встала Аврора.

— Когда будет готов протокол по несанкционированному эксперименту? — грозно спросила наш суровый секретарь.