Милана – Неизбежность. Неизвестность (страница 7)

Мои надежды по поводу совместного празднования Нового года не оправдались…

В день икс я оставила записку Алекс на своей кровати с извинениями и данными своих билетов, чтоб она не сильно переживала, если вдруг заметит, что меня нет. Хотя, на мой взгляд, это было маловероятно. Бросив последний взгляд на дом, я прошептала:

– Не злись, пожалуйста, я скоро вернусь.

Тим ждал меня у конюшни, чтоб это не вызвало подозрений. Раньше он никогда не заезжал за мной. Почти везде мы ходили пешком. Дорога до аэропорта пролетела быстро. Я была в радостном предвкушении, и мне не терпелось скорее оказаться в родном городе. Проводив до стойки регистрации, Тим обнял меня:

– Будь осторожнее и возвращайся скорее! Я буду скучать…

Уловив странные нотки в его голосе, я подняла глаза. Он был очень серьёзен. Я чуть отстранилась и ответила с улыбкой:

– Меня не будет всего неделю, не успеешь соскучиться.

– Я уже скучаю, – со вздохом сказал он, наклонился и поцеловал меня. Нежно, медленно, без напора, как будто спрашивал разрешения. Не почувствовав сопротивления, он углубил поцелуй, одну руку положив мне на шею, а другой держа за талию. Не сразу, но я ответила. Это было неожиданно, но ооочень приятно. – Я люблю тебя, Райли Ньюман.

Дыхание перехватило. Таких слов мне ещё никто не говорил. Родные и друзья не в счёт.

Я подняла на него смущённый взгляд, судорожно думая, что ответить, но он меня опередил, видимо заметив моё замешательство:

– Не говори ничего, просто проведи хорошо время и возвращайся, я буду тебя ждать.

И крепко прижал к себе.

Весь полёт мысли метались между Тимом и Мэлани. Его признание эхом звучало в голове и согревало сердце. Наверно, в глубине души, я хотела, чтоб он сделал первый шаг, просто не осознавала этого. От воспоминания о его поцелуе сердце начинало биться быстрее… Видимо, он значит для меня намного больше, чем я думала… Так. Надо перестать пока думать об этом и переключить мысли на самое ближайшее будущее.

К Мэлани я летела сюрпризом. Заранее невзначай в разговоре выяснила, что они с родителями никуда не собираются уезжать из города. Представляю её лицо, когда она увидит меня на пороге своего дома. Может, сфоткать это? – мысленно посмеялась я. После немого диалога с самой собой, чтоб отвлечься от приятных, но навязчивых мыслей, решила посмотреть кино и уснула.

Пробуждение было, мягко говоря, не очень. В груди холодным камнем лежало ощущение несчастья. Был ли это отголосок сна – непонятно. Возможно, совесть проснулась, подумала я, но отделаться от противного чувства никак не получалось…

Рейс приземлился без задержек, багажа не было, так что я довольно быстро покинула здание аэропорта и направилась к стоянке такси.

За окном машины мелькали знакомые виды. Такое чувство, что я и не уезжала отсюда. Всё настолько родное, что сердце замирает от восторга и от предвкушения встречи. С ума сойти, мы не виделись целых полгода! Но ещё минут десять-пятнадцать, и я обниму свою лучшую подругу! Впереди мост через залив, после него два светофора, поворот налево, останется проехать буквально три квартала, и я на месте. Даже не верится, что я вернулась!

Мы уже почти преодолели мост, когда сквозь шум мотора прорвался жуткий скрежет, от которого мгновенно всё тело покрылось мурашками. Я инстинктивно обернулась, и глаза расширились от ужаса: массивные опоры моста дрожали и тряслись, как листья на ветру, а асфальтовое полотно поднималось и опадало волнами, ломаясь и осыпаясь в воду. Таксист, выжав газ до упора, успел съехать с моста, и в ту же секунду вся конструкция с оглушительным рёвом обрушилась в тёмные воды залива.

Пронзительный визг тормозов раздался прямо перед нами. Я не успела даже повернуться, чтобы посмотреть, что происходит…

Удар.

Боль.

Темнота…

Скай. Надежда.

«Утро добрым не бывает» – очень подходящая поговорка для начала моего сегодняшнего дня.

Проснувшись и оглядев знакомую комнату, залитую солнечным светом, я облегчённо выдохнула.

Ну и ужас мне приснился ночью!

Я начала потягиваться всем телом, ощущая сладкую лень пробуждения и предвкушая поездку, как вдруг резкое жжение в районе груди заставило меня замереть. Дыхание перехватило, а сердце заколотилось в предчувствии беды. Это было не мимолётное покалывание, а пульсирующая боль, ставшая продолжением сна. Дрожащими руками я отбросила простынь и замерла, не веря своим глазам. На нежной коже красовался явный след моего ожившего кошмара. Это не был обычный ожог.

Кожа странным образом как будто оплавилась, образовав причудливый перламутровый узор. Он был холодным на ощупь и будто повторял извилистый путь молнии, застывшей под кожей. Я сидела на кровати, сжимая в кулаках смятый край простыни, и гладила пальцами этот ледяной лабиринт. И самое страшное заключалось не в самой метке, а в том, что она значила. Это было не концом обрушившегося ужаса, а лишь его первым, материальным знаком…

Холодный душ и две чашки чая с мятой привели меня в относительно стабильное состояние полного пофигизма. Мозг, словно перегруженный сервер, окончательно завис и отказывался верить в происходящее и воспринимать реальность адекватно.

На автопилоте оделась, взяла рюкзак, во внутренний карман куртки убрала сложенную карту, и, оседлав железного коня, отправилась в путь. Спустя некоторое время поездки понимаю, что меня начинает потихоньку отпускать. Глубоко вдыхаю и торможу на обочине. Часть пути прошла как в тумане, я даже не могу вспомнить, закрыла ли квартиру, хотя это наименьшее, что меня сейчас должно беспокоить. Заглушаю двигатель, снимаю куртку и сажусь прямо на землю. Вокруг возвышается лес. Солнце жарит так же беспощадно, но в тени деревьев ощутимо прохладнее. Закрываю глаза и просто сижу. Не думая ни о чём, ни о прошлом, ни о будущем. Мне нужна передышка. Хоть пять минут. Постепенно мысли проясняются. Открыв глаза, я увидела, что мир не перевернулся. Значит, можно двигаться дальше. Сверилась с картой, завела мотоцикл и тронулась в путь.

Всё чаще замечаю потрескавшийся асфальт и поваленные деревья, которые приходится объезжать через лес. Не зря я выбрала именно этот транспорт – крутится в голове. Деревья потихоньку редеют, и я въезжаю в посёлок. Снижаю скорость и кручу головой по сторонам, стараясь выцепить взглядом малейшее движение, но вокруг такое же запустение и разруха. Стон разочарования вырывается из горла. Вновь откручиваю ручку газа, стремясь быстрее добраться в Офливейл. Вновь въезжаю в лесной массив. Деревья мелькают так же быстро, как и мысли в моей голове. Если там будет всё тоже самое, поеду в Глиридж к Хлое. Главное, чтоб хватило бензина. Так, стоп, буду думать о проблемах по мере их поступления.

Бурчание в животе отвлекает от выстраивания дальнейшего плана – в свете последних событий завтрак я пропустила, но останавливаться не хотелось. Ехать осталось меньше часа, там и перекушу. По мере приближения к точке назначения сердце колотилось быстрее. Асфальт ровный, значит, землетрясения тут не было, это же отличный знак! Неужели наконец-то я увижу людей?! И может даже найду Дэниэла! – позитивные мысли потихоньку пробивают броню страха, и на смену недавним тревогам наконец пришло облегчение. Когда я выехала из леса и увидела вдали первые дома, по щекам сами собой потекли слёзы.

– Справилась… – вырвался счастливый шёпот, и впервые за долгое время на лице появилась улыбка.

По мере приближения к городу начали вырисовываться очертания эвакуационного лагеря. Полный обзор перекрывали холмы. Я еле могла усидеть на месте и ускорилась, хотя до этого казалось, ехала на предельной скорости. Слева показалась просёлочная дорога, разбитая, видимо, большими колёсами автобусов и грузовиков, которые перевозили народ. Я вглядывалась вдаль до рези в глазах. Вдруг кто пойдёт или поедет мне навстречу. После очередного поворота на пути попался сгоревший внедорожник, который получилось аккуратно объехать, не съезжая с дороги, а сердце вновь тревожно забилось.

Неужели тут тоже что-то случилось?

Наверно, я сразу всё поняла, но не хотела принимать суровую реальность…

Открывшаяся картина поражала и не хотела укладываться в голове.

Лагерь был мёртв. В тяжёлом воздухе угадывался запах озона. Всю площадь покрывали чёрные, обугленные пятна. Земля, как шрамами, была расчерчена извилистыми линиями. Разнообразный транспорт – грузовики, автобусы и внедорожники, ставшие когда-то спасением, теперь стояли как металлические скелеты. Следы огня видны на них повсюду, но не равномерные, а причудливые и жуткие. От палаток и временного жилья остались лишь жалкие останки. Обгоревшие куски брезентовой ткани висели на них, как сдувшиеся паруса на мачтах в штиль, и хлопали на ветру…

Повсюду царил хаос – разбросанные вещи, раскрытые чемоданы, опалённые фотографии, пустые консервные банки. Медицинское оборудование превратилось в груду покорёженного металла и пластика. Но самое страшное – это кости… Человеческие кости белели то тут, то там в серых кучках пепла… Я зажала рот рукой, подавляя готовый вырваться наружу крик! Гроза, обрушившаяся на лагерь, не оставила после себя ничего. Лишь призраков.

Я обессиленно опустилась на землю, подобрав обгоревшего плюшевого зайца, дотронулась до шрама на груди и прошептала: