Милана Шторм – Точка зрения. Дело № 1/0. Зеленое пламя (страница 3)

 Лайт коротко кивнул. В его глазах читалось тщательно скрываемое отвращение. Он определенно был уверен, будто новый капитан хочет забрать будущую прибавку к жалованию себе.

 Фрост не стал его в этом разубеждать.

 Если дело действительно окажется связанным с культом Смерти, а не с Тварями, которых в Рурке официально не существует, он сам отдаст его кому-нибудь.

 Но он должен увидеть все своими глазами.

 В конце концов, у него есть задание от Джорана Шейка. И он хочет понять, насколько все плохо.

 Термитник гудел, впрочем, как и всегда. Феномен этого района не то чтобы сильно занимал Фроста, но каждый раз оказываясь здесь и слыша этот гул, он задавался вопросом, откуда идет этот звук. Да, именно в Термитнике жило самое большое количество людей. Отребья, которое не в состоянии позволить себе нечто большее, чем маленькая каморка в многоэтажном доме. Да, именно здесь находится депо и железнодорожный вокзал (хотя для аристократов официально объявляют, будто вокзал находится в Лагуне). Да, улицы заполнены людьми и днем, и ночью.

 Но гул все это не объясняет.

 Впрочем, сегодня Фросту было не до размышлений о природе странностей Термитника. Свернув на Шестую улицу, он обнаружил столпотворение возле восьмого дома, и это ему не понравилось. Именно здесь, в Термитнике, не было ничего странного в трупе, найденном в канаве. Так на что же там все смотрят?

 Подойдя поближе, он растолкал зевак и подошел к краю канавы.

 И понял, почему здесь собралось столько народа.

 А также, почему это дело связывают с культом Смерти.

 Молодой Лерий Танет был совершенно обнажен. Он лежал навзничь, и его голубые глаза смотрели в весеннее небо Рурка. На губах мертвеца застыл хищный оскал, будто он злорадствовал над теми, кто пришел на него посмотреть. А еще его тело было совершенно белым, будто кто-то выкачал из несчастного всю кровь. На шее Танета были видны две маленькие ранки. Они выделялись на белой коже, потому что на них осталась запекшиеся багровые ошметки.

– Вы еще кто такой? – вслед за ним сквозь толпу протолкался капитан третьего участка, Рус Приоп. Кажется, Фроста не узнали со спины.

– Доброе утро, Рус, – проворчал Фрост, оборачиваясь. – Если оно доброе, конечно…

– А… это вы, – Приоп кисло улыбнулся. В отличие от многих, он не любил отдавать свои дела другим. – И как зрелище? Нравится?

– Пока не очень, – Фрост вновь посмотрел на тело. – Почему бедняга до сих пор в канаве? Когда его обнаружили?

 Рус цыкнул языком, а потом смачно сплюнул себе под ноги. В это время к ним присоединилась миловидная девушка маленького роста, на вид которой можно было дать не больше двадцати. На самом деле заместителю Приопа Энни Хольт было почти сорок три, и она была первой женщиной, кто смог дослужиться до столь высокого поста.

– Так сразу же было понятно, что дело не наше! – у нее был тоненький голосок, а еще она тараторила так быстро, что смысл слов всегда доходил намного позже. – Вот мы и оставили его здесь, чтобы вы полюбовались… А вы сами будете вести расследование, лорд Фрост? И правильно, все-таки аристократ убит… да еще и раздели беднягу… видите эти ранки? Нечистое дело, нечистое… что он тут забыл, интересно? Хотя его могли приволочь сюда и после смерти… С другой стороны, лежит он так, будто еще живой в канаву падал, да еще и радовался при этом… нечистое дело, попомните мои слова… И да, мы тут задержали кое-кого. Послушница культа Смерти, между прочим! Утверждает, будто она простая художница, но я бы не стала у такой мрази картины покупать… А вытащить беднягу надо, да… а то плохо, когда благородный господин лежит вот так… да еще и не одет!

 Сквозь поток слов до Фроста начал доходить смысл сказанного.

– Подождите, – прервал он словесную тираду Энни. – Вы задержали кого-то?

– Так я же и говорю! – Энни всплеснула руками. – Послушница культа Смерти у нас! Уже хотели направлять в вашу сторону, но раз уж вы сами пришли, может, и заберете? Девка совсем плохая. Утверждает, что всю ночь рисовала у себя. Живет в Обители. А чего ее принесло в Термитник, объяснить не может. Так ко всему прочему еще и на руках у нее кровь нашли. Немного, конечно, но все это очень подозрительно…

 Фрост мотнул головой и посмотрел на Руса Приопа. Тот слушал свою заместительницу со смесью снисходительности и раздражения. Привык уже.

 А вот Фрост привыкать к такому не собирался.

– Ведите меня к ней! – рявкнул он, пока Энни не принялась рассказывать все с самого начала. – Тело вытащить и доставить в морг при центральном участке. Все.

 Приоп усмехнулся.

– Пойдемте, Фрост, я покажу вам вашу подозреваемую. Энни, организуй тут все.

 Когда они протолкались сквозь толпу, Фрост увидел хрупкую девушку.

 На первый взгляд, ему показалось, будто ее волосы платиновые, как у Ширли Марей. Но нет. Волосы девушки были светло-серые, совершенно бесцветные. Она все время щурилась, будто пыталась разглядеть этот мир сквозь туман подступающей слепоты. И на ее руках была не кровь – это, закаленный в Унрайле, Фрост смог определить сразу.

 Это была краска.

 Красная.

– Как вас зовут? – хмуро спросил Фрост у девушки.

 Она подняла на него свой серый взгляд и, прищурившись, ответила:

– Мэри Дравл.

 А Фрост вдруг подумал, что ее фамилия совершенно ей не подходит. И он забудет ее почти сразу.

 Забудет?

 Почему?

 Он вдруг ощутил запах вишневого табака и дешевых духов.

– Она тебе подойдет, – рядом с ним стояла знакомая проститутка. Сегодня на ней было откровенное красное платье с огромным разрезом справа, который обнажал аппетитную ножку, затянутую в сетчатый чулок.

 Оглядевшись по сторонам, Фрост обнаружил, что вокруг них ничего нет. Ничего. Лишь серый туман, скрывающий очертания всего, что находилось за пределами небольшого круга. Подозреваемая с бесцветными волосами стояла замерев. Она была похожа на живую статую.

 – Что происходит? – снова посмотрев на золотоволосую шлюху, спросил Фрост.

 Та улыбнулась и глубоко затянулась. Запах вишневого табака стал еще сильней.

 – Забавно, я ведь действительно хотела узнать, как все начиналось. Но и подумать не могла, что первой ты найдешь именно ее, – шлюха кивнула на Мэри. – Но пути судьбы всегда извилисты, не так ли?

 – Что происходит? – повторил Фрост, чувствуя, как мир вокруг него сжимается. Превращается в лед, застывает и становится другим.

 – Наши с тобой жизни зависят именно от нее… это довольно интересно, что она станет первой… – шепнула золотоволосая.

 – Кто ты? – вокруг Фроста поднялась метель, но не из снега, а из ошметков бумаги и прошлогодних листьев. А еще появился гул, который с каждой секундой становился все громче.

 – Меня зовут Марла, – улыбнулась проститутка. – И я – кошка. Ты ведь любишь кошек, лорд Фрост?

 – Кошка? Что происходит? – гул стал оглушающим, и Фросту приходилось кричать.

 Но золотоволосая не ответила. Она покачала головой, выдохнула дым прямо ему в лицо и растворилась в воздухе.

 Фрост стоял возле допросной и никак не мог понять, как он здесь оказался. Но точно знал, что там, в серой комнате, его ждет девушка по имени Мэри. Якобы жрица Смерти, причастная к гибели Лерия Танета.

 И он должен ее допросить.

 О том, кто ее сюда переправил, и почему он не помнит ничего после того, как она ему представилась, он подумает позже…

***

 Задержанная смирно сидела на стуле, закованная в наручники, и вяло пыталась стереть красную краску со своих рук. Только идиот примет этот цвет за кровь, но Фрост давно уже привык, что вокруг него собрались люди недалекого ума. Пусть некоторые из них даже детективы.

 Он не ошибся и в том, что девушка со странными бесцветными волосами, слишком короткими даже для представительницы местной богемы, плохо видит: когда он зашел, она вскинула голову и прищурилась, явно пытаясь его разглядеть.

 Не говоря ни слова, Фрост устроился напротив Мэри Дравл и, откинувшись на стуле, сложил руки на груди. Чутье говорило ему, что эту несчастную задержали зря, но отпустить ее просто так он не мог.

 Мэри Дравл смотрела на него совершенно спокойными глазами, слегка склонив голову набок, и от ее полуслепого взгляда веяло мудростью и великим знанием. Как будто она видела больше, чем могли дать ей глаза.

– Вы хотите меня отпустить, – ее губ коснулась тень улыбки. Не наглой или вызывающей. Скорее грустной, полной горечи и разочарования.

– С чего вы взяли? – пытаясь скрыть смущение, спросил Фрост. Неужели у него на лице все написано?

 Мэри не ответила. Просто опустила глаза на свои запачканные руки и снова начала тереть их. Цепи наручников позвякивали, сталкиваясь с обшарпанной поверхностью стола и этот звук жутко раздражал Фроста. В конце концов, он не выдержал и на несколько минут покинул допросную. Вернулся со смоченным в воде собственным носовым платком. Расстегнув наручники, вручил Мэри платок и сел на место.

 Да. Так будет лучше. Эта девушка неопасна. Конечно, она может оказаться Тварью, но за время службы в полиции Фрост научился видеть суть. По крайней мере, он думал, что так и есть.

– Почему они решили, что вы одна из жрецов культа Смерти? – когда Мэри закончила и отложила испачканный платок в сторону, спросил он.

 Она поджала губы, подарила ему настороженный взгляд и ответила.

– Потому что так и есть. Я действительно поклоняюсь Смерти, капитан Фрост. – Не успел он осознать услышанное, как она продолжила: – Но все остальное чушь. Моим братьям и сестрам приписывают жуткие зверства и кровавые ритуалы, что время от времени проводятся в Рурке. Но мы здесь ни при чем. Наш культ – самый мирный. Мы поклоняемся Смерти, а не создаем ее. Вы понимаете?