Милана Шторм – Шесть кофейных зернышек (страница 3)

Оставалось лишь надеяться, что она сможет понять, как возвратиться домой до того, как ее тайна станет очевидной для всех.

Вернувшись в комнату, Несса подошла к шкафу и провела рукой по мягкому бархату, наслаждаясь ощущением шелковистого уюта. Во Втором Мире бархат могли себе позволить лишь богачи, и надеть подобное для Нессы было сродни кощунству. Она ведь простая воспитательница, не пристало ей носить столь шикарные вещи. Но другой одежды не нашлось, а в комнате было довольно прохладно. Дождь продолжал стучаться в ставни, требовательно, нагло, будто нахальный гость, перебравший малиновой наливки.

Однажды такой долго стоял у школьных ворот, пьяно ругаясь и требуя, чтобы ему вернули его дочь. На дворе стояла глубокая зимняя ночь, но он будто и не замечал холода. Несса помнила, как ее тогда удивил вид того пьянчуги: он очевидно был весьма богат, но явился в школу пешком, без сопровождения. Он плакал и смеялся, а время от времени из его рта вырывалось такое, что Нессе ничего не оставалось, кроме как зажимать уши своим воспитанницам. В руках беспокойный гость стискивал огромную бутылку с малиновой наливкой, сладкой и крепкой.

Ему не открыли, и пьяный возмутитель спокойствия ушел, прокричав напоследок, что он все равно добьется своего и вернет себе дочь, даже если ему придется разрушить школу до основания. Он разбил бутылку с остатками наливки о каменную кладку дорожки и запах пряной сладости еще несколько дней беспокоил каждого, кто входил и выходил из школьного двора.

Директор потом целую неделю пытался выяснить, кто из его воспитанниц приходится родственницей тому проходимцу, но по всему получалось, что никто.

Тот случай забылся, но Несса решила, что никогда не будет пить малиновую наливку. Наверное, потому, что запах сладких ягод здорово раздражал.

Взяв платье, Несса вновь скрылась в уборной. Ей не хотелось, чтобы Рой застал ее за переодеванием. Конечно, она уже вряд ли могла его чем-то удивить: пока она валялась в обмороке, он ухаживал за ней, и думать об этом было невыносимо.

Но Несса не хотела спрашивать у этого странного мужчины, что он видел и чего не видел. Хотя бы потому что ворот ее сорочки был расстегнут, и только слепой не смог бы разглядеть небольшую татуировку в форме капли, объятой терновым кольцом под левой ключицей.

Платье оказалось удачного фасона: высокий ворот, охватывающий основание шеи и скрывающий все ненужное, свободные рукава-фонарики, пояс, подчеркивающий талию и расшитый белоснежными лилиями подол. Оказывается, в Третьем Мире довольно интересная мода: кипенно-белая вышивка на кремовом бархате казалась Нессе удачным решением.

Оправив платье и спрятав мешочек-оберег на груди, Несса аккуратно сложила сорочку и вышла из уборной, обнаружив, что пока она приводила себя в порядок, мужчина, с которым она проснулась в одной постели, вернулся.

Рой был занят тем, что расставлял на столик содержимое подноса: высокий серебряный чайничек с узким носиком, две белых чашки, корзиночку с хрустящими даже на вид хлебцами, творожными ватрушками и медовыми пряниками, а также маленький кувшинчик, очевидно, со сливками.

Странный горький аромат окутал Нессу с ног до головы, и она, не сдержавшись, сглотнула набежавшую слюну.

Рой повернул голову и ослепительно улыбнулся.

– Я принес кофе, Солнышко, – сообщил он, небрежно бросив поднос прямо на незастеленную постель.

Несса только сейчас осознала, что он называет ее Солнышком не впервые. Почему он ведет себя так, будто они давно знакомы?

Загнав очевидный ответ на задворки мыслей, Несса положила сорочку рядом с подносом и выпрямилась, подарив Рою внимательный взгляд.

Дождь продолжал стучать по карнизу, как свидетель того, что происходит, а неверные огни свечей превращали небольшую комнату в обитель теней.

Вопросы снова вышли на первый план. И опять их было намного больше, чем можно было спросить.

– Мы ведь на постоялом дворе, да? Или как в Третьем Мире называют места, где можно переночевать за деньги?

– Так и называют, – пожал плечами Рой. – Мы с тобой находимся в таверне «Перекресток».

– И как надолго? – задала еще один вопрос Несса, имея в виду тот момент, когда их захотят выселить за неуплату.

Рой снова улыбнулся.

– Заплачено до конца дождя, – безошибочно определив подоплеку ее вопроса, ответил он. – Здесь время измеряют дождями.

– И кто заплатил? – холодно спросила Несса, не обращая внимания на мольбы желудка, наконец, позавтракать.

Рой посерьезнел.

– Заплатил не я, – сказал он.

И это было правдой.

Решив на время удовлетвориться и таким ответом, Несса осторожно приблизилась к столику.

– Значит, кофе – это напиток? – спросила она. – Пахнет вкусно.

Рой, чему-то обрадовавшись, поспешил предложить ей стул, а затем налил в чашки темно-коричневую жидкость, от которой исходил совершенно неповторимый аромат. Несса, не сдержавшись, вдохнула его полной грудью, вбирая все до капли.

– Это не просто, напиток, Солнышко, – Рой добавил в ее чашку сливок. – И я хочу увидеть твое лицо, когда ты сделаешь первый глоток.

Несса не стала тянуть. Взяв чашку, она поднесла ее ко рту и позволила ароматной жидкости коснуться языка.

И поняла, что она больше никогда не хочет возвращаться во Второй Мир, где ничего не знают о такой вещи, как кофе…

Незнакомый, но при этом совершенно родной, аромат обволакивал Нессу, даря ощущение покоя и уверенности, что все будет хорошо. Бодрящая горечь, сдобренная нотками карамели и сливок, превращала Нессу в самого счастливого человека во всех мирах, пусть и ненадолго.

Сделав еще один глоток, Несса вернула себе это счастье и зажмурилась от удовольствия. О Третьем Мире много говорили. Говорили, что здесь никогда не светит солнце. Говорили, что здесь никогда не прекращается вечный дождь.

Но никто и никогда не упоминал, что здесь, в Третьем Мире, существует такой волшебный напиток.

Не осталось ничего вокруг. Ни странной комнаты, ни таверны, ни таинственного незнакомца. Даже дождь будто бы затих, затаился, даря Нессе возможность сполна насладиться мимолетным счастьем. Кто бы мог знать, что пара глотков чего-то горького может подарить такие прекрасные ощущения?

– Поешь, – голос Роя вернул ее в реальность. – Поверь, медовые пряники тоже достойны внимания.

Несса потрясла головой. Она совершенно не хотела портить этот невероятный момент такой обыденной вещью, как еда.

– Не переживай, когда кофейник кончится, я принесу еще, – Рой хохотнул.

Открыв глаза, Несса обнаружила, что мужчина смотрит на нее со смесью восхищения и непонятной жалости.

Впрочем, ей самой было себя жалко. Как она будет жить потом, вернувшись домой? Туда, где не представляют, какой сказочный эликсир, горький и ароматный, существует в Третьем Мире.

– Откуда ты знал, что мне понравится? – Несса, не понимая, что делает, облизала губы и, смутившись, перевела взгляд на стол. Медовые пряники выглядели действительно хорошо.

Рой пожал плечами и сделал глоток из своей чашки.

– Я встречал мало людей, которым не понравился бы кофе, – ответил он. – Некоторые к нему равнодушны. А что до тебя… я видел, как ты время от времени принюхивалась к аромату, проникающему в комнату. Он тебе определенно нравился. Поэтому я был уверен, что тебе понравится и его источник. Ну и я был осторожен: выбрал для знакомства самый мягкий вариант. Сливки забирают в себя часть горечи.

Несса снова облизала губы и посмотрела на чашку Роя.

– Но сам ты пьешь без сливок, – заметила она.

Он подарил ей озорную улыбку.

– Я все же пью кофе не в первый раз. Этот напиток лучше постигать постепенно, Солнышко. Дождь закончится нескоро. У нас еще есть время познакомиться… со всеми сортами и разновидностями.

Судя по всему, сначала он имел в виду знакомство совсем не с кофе.

Познакомиться поближе с человеком, с которым проснулась в одной постели. Звучит заманчиво, особенно в свете того, что Несса не представляла, как ей выбраться отсюда. Первый, Второй, Третий и Нижний Миры были соединены между собой радужными мостами, но вот уже несколько десятилетий подходы к мостам были закрыты для простых людей навсегда. Считалось, будто переход между мирами вредит здоровью, но Несса была уверена, что дело в другом.

Магия.

Магия была запрещена повсеместно, а люди, обладающие хоть толикой магического дара, были обречены на вечное заточение в стенах инквизиторских дворцов.

Переход по мосту между мирами – прикосновение к забытой магии, а те, кто считал ведьм и колдунов исчадиями, пришедших из-за Пелены, в существование которой верили отнюдь не все, не желали терять свою власть.

Дождь снова стал сильным. Как же люди живут здесь, в мире, где время измеряется не днями, а дождями? Как они строят и ведут хозяйство?

– А когда кончится дождь? – спросила Несса, сжимая в руках чашку и вдыхая кофейный аромат, бодрящий и успокаивающий одновременно. Аромат, дарящий надежду. Как будто это был не просто приятный запах, а нечто большее.

Рой допил свой кофе и налил себе еще. Как и Несса, он не спешил приниматься за еду.

– Не знаю. Но однажды кончится. И выглянет солнце.

– Солнце? – удивилась Несса.

– Конечно, – Роя, кажется, позабавило ее невежество. – Первый Мир, знаешь ли, тоже состоит не только лишь из бескрайних пустынь. А в Нижнем Мире не везде царят вечные льды.