Милана Шторм – Осколки: на грани войны (страница 34)
Айн вновь почувствовал, как в его душе поднимает голову слепая ненависть, и он даже ощутил благодарность к Рику. Он тоже хотел посмотреть на самую грязную из имперских шлюх. Увидеть ее во плоти — ту, что уничтожила его жизнь до основания. Пусть эта жизнь не была радужной, пусть кто-то назвал бы ее пустой, но это была все-таки жизнь.
А не ее осколки.
Торжественное шествие началось. Императрице предстояло пройти около двух километров вдоль живого коридора, из «свипов», жителей города и прибывших инопланетников. Рик выбился в первый ряд, оставив Айна чуть позади, и подобное безрассудство убивало. Пустой космос, и это его обвиняют в том, что он идиот!? Да Риксом Салерно ему такую фору даст, что Айн его в жизни не догонит! Ведь не только он когда-то восхищался мастерством гениального пилота, во времена Союза молодой Рикки был звездой галактики. То, что его до сих пор не узнали в лицо, было чудом, а этот кретин еще и выдвинулся вперед. А если его заметит Императрица? Конечно, есть лишь малый шанс, что она будет разглядывать лица в толпе, но ведь в любом случае возможность имеется! А вдруг она… а что если они были знакомы?
Айн похолодел.
Салерно были представителями союзной знати, и пусть они не могли похвастаться близким родством с династией Кармегиров, но тоже жили на Ровелле — центральной планете сначала Союза, а потом и Империи. Да, под вуалью Императрицы вполне могла скрываться и женщина из низов, ведь Император и сам не был лордом, но мало ли.
Страх и ненависть смешались в Айне, будто забористый коктейль, заставляя сердце учащенно биться, а руки сжиматься в бессильной попытке держать себя в руках. В толпе куча «свипов» и «есбов» переодетых в гражданское, не стоит ему стоять с перекошенной физиономией, на которой только идиот не прочитает явной неприязни к той, что медленно, но все-таки приближается.
Императрица как всегда была одета ярко. Бесформенный балахон пурпурного цвета, усыпанный бриллиантами, скрывал ее фигуру, красный парик был уложен в высокую прическу, а серебристая вуаль сначала показалась Айну выполненной из металла. Открытыми оставались только лоб и глаза, густо подведенные ярко-синими тенями. В этой женщине не было ничего настоящего. Кукла. Кукла, бездушная и бессердечная. Жестокая. Безжалостная. Окруженная вооруженными до зубов охранниками.
Именно она уничтожила Мармер. Чужими руками, но суть от этого не меняется.
Айн увидел, что Рик напрягся. Салерно будто хотел, чтобы Императрица его заметила. И она заметила.
Поравнявшись с Риксомом, она чуть помедлила и слегка повернула голову, встретившись с ним взглядом. И почти сразу опустила глаза, двинувшись дальше. Айн затаил дыхание.
Но ничего не произошло.
Браслет Риксома тихонько тренькнул. Он посмотрел на него, и развернулся.
— Нам пора, — буркнул он.
На его лице читалось разочарование.
После странной истерики Лайзы, Вилт вернулся к свои делам. Попытался. В голову лезли самые страшные мысли, и сосредоточиться решительно не получалось. Корбиг, заметив его состояние, милостиво его отпустил, и впервые за уже довольно долгое пребывание здесь Стэру не было неудобно или стыдно.
Вилт встретил Лию в холле административного центра. С женой было все в порядке, а ведь на один страшный миг он вспомнил, как не мог отыскать ее там, в Мармере, и допустил — всего лишь в мыслях допустил, что никогда уже не увидит ее живой…
В этот раз Предел не гудел от новостей. Все было слишком обыденно, будто ничего и не происходило. Если бы не Лайза с ее истерикой и уже привычным стремлением сорвать на Вилте злость… Он бы мог ни о чем не подозревать.
Лия внешне сохраняла спокойствие, но Вилт легко угадывал признаки тревоги: эта складочка в уголке губ, а еще Лия имеет привычку теребить край воротника, когда ее что-то беспокоит. Появление Вилта ее удивило.
— Ты как? — спросил он, взяв ее за руки.
— Да мне-то что сделается? — вздохнула Лия. Она хотела сказать еще что-то, но тут в холле появился Лек. Обычно его охрана не была на виду, но сегодня за ним следовали двое крепких парней.
— О! Вот и заместитель, сам явился. А мы только что вспоминали.
В этих словах чувствовалась угроза. Или может, Вилту только так показалось. Он сам не заметил, как оттеснил Лию за спину. Во взгляде Лека появилось раздражение. Небритый, растрепанный, с залегшими под глазами тенями усталости, сейчас он выглядел как никогда опасным.
— Так-так, у нас тут раскрытие служебной информации, — с напускной веселостью произнес он.
— Я ничего не говорила! — возразила Лия.
— Да? — удивился Лек. — Тогда что происходит?
— Лайза пришла в госпиталь, — пояснил Вилт. — С ней случился приступ истерики прямо в приемном покое.
— Хм… — Лек задумчиво взглянул на него. — И что сказала?
— Не слишком много. Но ее слышало достаточно людей.
Лек потер переносицу, предположил:
— Она все еще в госпитале?
— Ей вкололи успокоительное. Сейчас она спит.
— Ясно. Ну, пошли. Расскажешь, что тебе известно.
Вилт оглянулся на Лию.
— С твоей женой уже говорили, — бросил Лек. Лия кивнула, подтверждая его слова. Глава сопротивления добавил, обращаясь к ней: — А ты жди здесь!
Лия явно была против, но, видимо, под разговором все же подразумевался допрос. Что еще мог рассказать Вилт? Оставалось только пойти следом за Леком и его сопровождением.
Они оказались в небольшой комнате без окон, но, вероятно, здесь была стена-экран, прозрачная только с одной стороны. По крайней мере, у Вилта никак не проходило ощущение, будто за ним наблюдают.
В комнате был стол, два стула и — все. Определенно, не гостиная для задушевных бесед и на кабинет для деловых переговоров не похоже. Лек сел на один из стульев, махнул рукой Вилту — садись, мол, напротив. Коснулся ладонью поверхности стола, над которой появился небольшой голоэкран. На экране высветился знакомый текст. Отчет о сбоях в системе энергообеспечения госпиталя.
— Когда случился первый сбой, был составлен акт, который подписали Корбиг, ты и Шарен как представитель администрации.
— Согласно инструкции, — согласился Вилт.
— Да, ты практически единственный, кто эти инструкции полностью соблюдает. Что в тот день Шарен делал в госпитале?
— Хм… не знаю, как-то не успел спросить, он просто подвернулся под руку. Наверное, пришел на прием.
— В журнале посещений это не зафиксировано.
— Во время второго сбоя его не было, — подумав, заметил Вилт.
— Точно… согласно отчету, были вызваны техники.
— Они проверили систему. Таковы…
— … правила в случае повторного сбоя работы генераторов… — Лек взмахнул рукой, сметая с голоэкрана отчет. Экран погас. Лек помолчал, потом спросил у Вилта:
— Ты сказал, что встретил Шарена и Лайзу у энергоблока, и они ссорились.
— Мне так показалось, — нехотя подтвердил Вилт. — Но какое это имеет…
— Слышал что-то из их разговора? — оборвал Лек. — В подробностях, Стэр. Что еще тебе там показалось?!
В голосе его прорезались злые нотки. От вечно подкалывающего Вилта балагура не осталось и следа. Но Вилт и сам невольно думал о странной встрече у энергоблока по пути сюда. Пытался восстановить события после обвинения Лайзы.
— Шарен сказал, что может что-то сделать, кажется… А Лайза ответила, что это не его дело. Потом они увидели меня.
Лек снова помассировал переносицу.
— Ясно…
Вилту ничего ясно не было.
— Там ведь есть камеры…
— Они не работали в момент вашей встречи. Сбой в навигации, — глава сопротивления усмехнулся, произнося слово «сбой».
«Да уж, — подумал Вилт, — что-то слишком много сбоев».
— Только в навигации? — спросил он.
— Если бы, — вздохнул Лек. — Если бы дело было в камерах. Но нет, поступил отчет об ошибке в системе работы экранирующих спутников.
Вот это уже прозвучало действительно пугающе. Система экранирования защищала Предел от обнаружения извне. А ведь поисковые дроны появлялись все чаще. Они патрулировали «пустые» квадранты космоса, на случай… если где-то обнаружится повстанческая база или несанкционированное присутствие космических кораблей… Контрабандисты, мятежники — для Империи не было особого различия.
Система экранирования также блокировала исходящие сигналы. Это означало, что если на Пределе завелся «крот», он не мог подать сигнал изнутри. Конечно, если он относится к тем людям, кто не имеет права покидать Предел…
— Диагностика показала, что была нарушена целостность экранирующего щита, — подтвердил предположение Вилта Лек. — Видишь ли, в систему попал саморазвивающийся вирус. Твоя жена его нашла сегодня утром, теперь оцениваем ущерб… Похоже, нужна была внеплановая проверка системы, чтобы вирус внедрился. И судя по всему, внедрился он как раз после того, как была проведена диагностика повреждений в госпитале.
Понятно. А для этого нужны были точечные сбои, достаточно разобщенные, чтобы их не увязали в одну цепочку. Или в их последовательности тоже был какой-то смысл? Нужно было, чтобы вирус прошел с отчетами о сбоях определенный путь?
Пока Стэр недоумевал, отчего вдруг глава сопротивления настолько с ним откровенен, тот задумчиво спросил:
— Как думаешь, с чего бы у Лайзы случилась истерика?